Галактеры
Шрифт:
Не чувствуя мороза он, пошатываясь, вернулся к Вике и Лежавшему Павлу Христофоровичу. Тяжело опус-тился на колени слева от застывшей в одной позе Вики:
— Ничего не сделать — там все горит! Топливо из танка… горящее топливо льется прямо вниз. Вика, они сго-рели заживо! Заживо!! Заживо!!! И из-за кого? Из-за нашей же доблестной армии, призванной нас защищать, но не убивать же!
Тут ему на глаза попался стерегущий уже полностью полыхающий танк солдата:
— Чего ты уставился на танк? Чего ты уставился, бля? За…сь горит? На хрен вы вообще здесь появились? Кто вас звал, уроды?! Ехали бы дальше, и никто бы про нас здесь не знал и не погиб — жили бы, переждали морозы без помощи армии. Знаешь, кто там сейчас горит? Все мои, и ее родные! — рыдал, переходя на крик и обратно Сергей.
Потом до него дошло, что он держит автомат. Диким взглядом посмотрел на него, на солдата и тихо, пытаясь незаметно, но получилось наоборот навести автомат на солдата. Тот только испуганно отпрянул, тоже рефлек-торно наводя на него свой «Калашников».
— Перестань, чего ты воешь? — вдруг тихо, но от того звучно прозвучавшим голосом произнесла Вика, не поднимая головы. — Папа сказал, что если не получиться помочь вытащить своих оттуда, то просто попытаться жить, ради его памяти, ради мамы. Ради всех близких. Жить, каким бы ни был новый мир и как долго ни про-длился твой и мой жизненный срок. Без этого смысл всего существования теряется — зачем тогда все это? Только это его пожелание держит меня не броситься в огонь. Он сказал нам направляться в город. Что мы там найдем, не знаю и не хочу знать. Они довезут нас, — как само собой имеющееся утверждение сказала она. — Так чего ты во-ешь, чего ты поднял автомат на него? — уже срываясь на крик, говорила она. — Он просто пацан, вчерашний школьник, которого призвали и не он устанавливал царящие в армии законы. Хотя если бы их не было, ничего бы вот этого тоже не было! Господи, за что? Давай перестреляемся все вокруг, на…й такая жизнь? Так же легче и проще! Раз и все! Опусти автомат, опусти. И ты тоже! — уже снизив накал речи, добавила она. — Помогите лучше труп в снег закопать — хоть так пусть, чем под открытым небом.
Неожиданная отповедь всегда тихой жены заставила по-другому смотреть на мир Сергея. Тем более смерть последнего близкого человека что-то надломила в душе всегда жизнерадостного в той, прошлой жизни парня, раз и навсегда отрезав от прошлого…
Они перенесли коченеющее тело умершего Павла Христофоровича в машину, как предложил Сергей: «чтобы зверье не начало глодать тело» и в ярком свете горящего танка направились к «Камазу». В прострации, как со-мнамбулы все четверо, испытывающие настоящий шок от развернувшейся за несколько минут трагедии забра-лись в машину. Заурчал мотор, машина стала разворачиваться. В один момент в ракурс попал горящий дом и подгребший его под собой танк:
— Постой несколько минут! — попросила Вика.
Она и Сергей мысленно прощались с прошлой, веселой жизнью, вспоминая родных, теперь уже находящихся в лучшем месте и взирающих на них оттуда. Им вспоминались их привычки, улыбки, шутки, все то, что связыва-ло их вместе… Все это безвозвратно отдалилось в один миг. Какой-то один короткий промежуток вечности и ты один. Нет, нас двое, мы сильные, мы выживем.
— Поехали.
Машина, прибавив обороты, стронулась с места. Обогнув дом, свет фар уже вперился в непроглядный мрак ночи, раздвигая его, оставляя за собой быстро догоравший и съеживавшийся костер. Скоро здесь только черное пепелище будет напоминать о произошедшей трагедии, виной которому сами люди, их безнаказанность, безум-ство и кажущееся величие. Скоро это пепелище скроется из виду, припорошенное снегом и никто, кроме памяти двоих людей не будет знать и помнить, что именно здесь произошло.
Что их ждало впереди? Неизвестность, жестокие реалии бытия кардинально меняющегося мира. Нужно быть готовым к новым испытаниям и мочь защитить себя. Эта укрепившаяся в сознании мысль заставила Сергея вни-мательнее посмотреть на зажатый в руках автомат, затем взгляд переместился на два магазина, смотанных между собой изолентой. Пока угрожающей им опасности нет. Щелк, магазин отсоединен, передернут затвор, досланный в ствол патрон, выскочил на пол. Щелк, автомат на предохранителе. Щелк, магазин снова подсоединен. Автомат направлен дулом в пол… Любой, кто только попробует пригрозить ему, немедля получит пулю в лоб…
Глава 11.
Срейтер (инженер) Дайнис просматривал только что полученную распечатку изменяющегося положения климатических условий планеты. Все шло по графику, даже через чур быстро. По временному сроку требовалось ждать еще один дергер (месяц), но планета явно не подходила под расчеты Свейнинга — она была меньше и поэтому намного быстрее охлаждалась. Пальцы на шестипалой руке пробежались по клавиатуре. Высветился ответ. Да, так и есть — через 2.1 дера (недели), а не через полных четыре дера наступит фаза полной подго-товки планеты.
Срейтер подошел к другому пультовому комплексу, немного постоял, размышляя и набрал команду… В кос-мос, туда, в центр Галактики ушел доклад, в конце которого была его Дайниса, приписка-рекомендация по изме-нению временного фактора дальнейших действий галактеров…
Андрей Павлович Суханский находился с женой в правительственной бункере глубоко под землей. Время обеда. Никто не мешал им у себя в выделенном отсеке, но думы, думы о тех, кто умирал наверху, не отступали ни на секунду. Температура на поверхности достигла поистине ужасной отметки в минус восемьдесят четыре градуса! Такого мороза, наверное, не было даже в самых удаленных северных районах планеты, и она продолжала опускаться.
Паника, хм, паника… ее уже не было — вернее многие миллионы людей уже не могли паниковать, застыв в самых необычных позах. Кто где: кто дома, скрючившись в позу эмбриона в попытке удержать последние крохи тепла, да так и заснул вечным сном, кто был заметен на улице, где его настигла смерть, кто-то замерз в машине, греясь от печки машины, да так и задохнулся угарным газом или был не в силах выйти на мороз, когда кончился бензин, кто… Да много можно перечислять примеров, следя за последними данными следящей аппаратуры. Она тоже в последние часы не выдерживала, массово отключаясь и отрезая сам центр правительственного и стратегического координирования от информации. Да, здесь можно долгие месяцы держаться, ожидая… ожидая чего?
Только что они потеряли последний канал связи с МКС соответственно и с лунной базой. Сторожевые кораб-ли пришельцев, так и ни разу не зафиксированные радарами уничтожали все активные передающие спутники. МКС пока была не уничтожена только потому, что вела одностороннюю связь на прием. Так, по крайней мере, диагностировал передающий комплекс отсюда — они покинули ЦУП из-за невозможности работы систем в холо-де. Даже там люди не смогли обезопасить центру управления полетами от, казалось бы обычного мороза, обер-нувшегося настоящим врагом. Кто бы мог предположить, что нужно неоднократно дублировать системы отопле-ния в ЦУПе?
Надежда, сперва витавшая насчет «Лунаса» растаяла с последней уничтоженной передающей орбитальной станцией. Хотя там знали, что от них просят. Да, именно просят, не приказывают и были готовы исполнить долг, но последнюю команду они должны получить с Земли… Сигнала отсюда, с планеты они не получат — нечем отправить приказ…
Земля замерзала. Руководитель космическими полетами остался не удел, ожидая атаки из той области, к которой он имел непосредственное отношение. Это походило как на капитана без корабля. Еще проще — сапожник без сапог…
Андрей Павлович доедал второе, картошку-пюре с котлетами, когда он и Анна Валерьевна почувствовали легкую вибрацию стен, пола.
— Что это такое, Андрюша? — обеспокоенно спросила Анна Валерьевна, с тревогой оглядываясь, словно ища причину, засевшую в стыках металлических стен.
— Не знаю — мы глубоко под землей. Никаких тектонических сдвижек в этой области Среднего Урала не мо-жет, не должно быть…
Договорить он не успел, рефлекторно выставив руки вперед — отстраненно ощущая, что летит… В следую-щий миг больно ударился руками и головой о переборку.