Чтение онлайн

— Что? — поднял тот голову.

— А что с твоим горлом? Кашель не уменьшился, случайно? Что-то я не слышу его или уже привык и не об-ращаю внимания на него?

— Ого! Кстати, у меня он прошел! — ответил Олег, не столь удивленный чудесным скорым выздоровлением, — вчера еще горло раздирало так, что думал кишки выплюну, а сейчас… Хм, так отголоски, першит чуть-чуть и все, больше ничего.

— Странно, у меня рука зажила полностью. Смотри, только след от пореза остался, а был глубокий!

— Ну что же! Очень хорошо, — не понявший, отчего так разволновался его командир.

— Вот-вот. Вика тоже радуется, — замолчал Сергей.

— А в чем дело-то? Ну, выздоровели мы и все тут!

— Пока не знаю. Надо подумать.

Романов только пожал плечами — ну думай, ты у нас голова, думай. И вернулся к прерванному занятию. Он только поднял голову вслед Горшенину, решительно направившемуся к Анне Дмитриевне, их общему выбран-ному медицинскому светиле.

Переговорив с ней, он вернулся, задумчивый, взялся за ствол, но решительно отложил в сторону:

— Вика, Олег, завтра идем в «Город монстров» и берем с собой раненых. Да-да, потихоньку добредем, доне-сем! — и, отвечая на немой вопрос, дополнил: — Мы все вчетвером проходили барьер, помните?

— Ну да! И что?

— А то — ты был болен, я ранен! Что-то, что находится в воздухе или какое-то излучение — другого объяснения не нахожу — за той стороной барьера положительно воздействует на живую плоть, поддерживая и излечивая раны и уничтожая болезнетворные микробы, как в твоем случае. Я только этим могу объяснить такое быстрое заживление глубокого пореза и твоего начинающегося воспаления легких.

— Хорошо, — немного подумал он, — нас с тобой вылечило что-то там, а как же тогда Вика и Игорь? С ними что тогда? Вика, у тебя… Ой, извини, — стушевался парень, опустив покрасневшее лицо.

— Да ничего! Все нормально, — откликнулась молодая женщина, — у меня ничего не болело и не болит!

— Вот, что тогда в ее случае? — вновь поднял к нему лицо Олег.

— А ничего — она же сказала: у нее ничего не болело, значит, и лечить было нечего. Это коснулось только больных участков организма. Может у нее если что-то болело или просто немного хандрило, но она этого не чувствовала, а теперь вообще все пропало.

— Поэтому ты ведешь раненых? — догадалась Вика.

— Да, у них мало шансов выжить! Сама же знаешь их состояние. Один-то выживет, рана поверхностная, а вот у тех…

На следующее утро вышли рано. Восемь человек. Трое раненых, двое помогающих идти двоим — Семен шел сам — и сама группа Горшениных.

— М-да, я так и предполагал, — произнес Сергей, опуская бинокль и поворачиваясь на бок, смотря на залегших сзади него, — Обь-то вскрылась по всему полукругу барьера-поля.

— И что? Значит, мы не сможем пройти за него? — спросил Семен, раненый в руку.

— Нет, здесь нет. Хотя пройдешь беспрепятственно, но, тут же, окунешься в воду. Она пока холодна, пляжный сезон еще не открыт! — усмехнулся Горшенин.

— О, черт, как-то не подумал! Извини.

— Не извиняйся. Пойдем в обход, — приказал Сергей, не обратив внимания на не существенное извинение. Во-обще за эти два дня за ним заметили эту особенность: не обращать внимания на подобные мелочи — мол, сам поймешь, что сказал или сделал не так. Но никому и в голову не приходило его поправлять или подтрунивать — он являлся тем, кто спас их и кажется, знает, что делать дальше, чтобы выжить, жить в этом изменившемся мире. Через несколько минут добавил: — По железнодорожному мосту пройдем на ту сторону. Я смотрел — граница барьера почти подходит к той его стороне насыпи. Быстро обернемся.

Им потребовалось полтора часа медленного продвижения. Соблюдая максимальную маскировку, стараясь полностью прикрываться массивными балками моста, они медленно приближались к противоположному берегу.

Под ними простиралась закованная во льды Обь. Взгляд блуждает по льду, схватывает картинку впереди, устремляется вправо и упирается в четко очерченный края открытой воды реки. В этом месте по всему периметру находится цель их пути: мимикрирующая мембрана. Впереди справа и слева возвышается все та же сине-зеленая световая субстанция, сквозь которую просматривалась черная, склизкая как после дождя земля, покрытая мусором и грязными следами потоков тающего снега асфальтированная дорога.

Еще несколько осторожных перебежек и они у сторожевого поста, охраняющего в былые времена вход по-сторонним лицам сюда. Отсюда уже видны детали сюрреалистично оттаивающего берега под воздействием не-обычных сил и всего, что находилось на нем. Кое-где проглядывались сперва непонятные, по мере осознания ужасные холмики — повсюду из-под снега выглядывали трупы замерших жителей.

На несколько секунд задержав взгляд на уже привычной картине, Сергей выхватил самое главное из общей обстановки, быстро сопоставил:

— В общем, так — идем вон туда, к трехэтажному дому — он кажется, напополам поделен барьером. Видимо, физико-молекулярная природа барьера не конфликтует с материальными предметами. Пробираемся внутрь дома, там посмотрим — если то, что я предугадал, совпадает, то мы достигли своей цели и нам не придется выходить на открытое пространство. Все, за мной по вон той канаве. Там грязь, постарайтесь не увязнуть — поддерживайте друг друга, но зато вообще скрываемся из виду любого корабля.

— Дисков-наблюдателей пока нигде не видно, — произнесла настороженная Вика.

— Вот и хорошо. Тогда вообще не будем гневить судьбу!

С этими словами нырнул вперед и вниз с насыпи в так удачно подвернувшуюся траншею.

…Каменный старый трехэтажный дом встретил их темной, веявшей сыростью и холодом тишиной. Непроиз-вольно поежившись, Сергей толкнул закрытую дверь подъезда. Она неожиданно заскрипела, открываясь и одно-временно падая на землю. Грохот от сорвавшейся с петель двери показался чудовищно громким.

— Все внутрь! Живо! — яростно прошептал он, проникая первым. Вторая дверь открылась нормально и падать не собиралась, но он уже забыл про нее — впереди, как и предполагал, являя своеобразную дверь в квартиру, сле-ва сияла мембрана барьера. — Вот и пришли.

— Как в сказке — впереди диковинные двери, за которыми исполнение самых затаенных желаний. Простите! — враз заткнулся говорливый Осин под красноречивым взглядом Сергея:

— В следующий раз башку откручу — без моего приказа никто не открывает рта! Если только не увидишь че-го-нибудь необычного, понял?

— Да, понял, так точно, извините… я…

— Все! — враз скомкал ответ Сергей — ему уже было не интересно объяснение-лепет. Задержавшись на миг, протянул вначале руку, которая просто, без каких-либо видимых преград пересекла границу, — видите, ничего страшного не произошло! — И нырнул туда.