Чтение онлайн

— Как вы считаете, та модель, которой пользуется Дилайт, близка к истине?

— Вполне. Мы учли в ней все известные научные данные, кроме, понятно, самых сомнительных.

— Сигнал-пульсаторы, дольмены? — усмехнулся Кратов.

— Даже совместное упоминание этих двух фактов недопустимо, убежденно произнес Вилга. — Принципиально разные ступени цивилизации. К тому же, в нашем распоряжении до настоящего момента не было достоверных указаний на склонность Аафемт к возведению циклопических сооружений. Мы вообще полагали их чуть ли не кочевниками. В самом деле, что за смысл вести оседлую жизнь, когда все только что возведенное будет неминуемо уничтожено огнем Очищения в любой непредсказуемый момент времени? Правильнее предположить, что они постоянно сидят на тюках с барахлом, чтобы при малейшей угрозе пожара сняться и откочевать в безопасные районы. Тут уж не до гигантских могильников, не до ваших дольменов, наипаче с сигнал-пульсаторами внутри… Конечно, Очищение для Аафемт — божественное благо, но какие-то рудименты инстинкта самосохранения и продолжения рода в них еще сохранились. Иначе мы просто не застали бы их. Они самоуничтожились бы, едва только утвердилась доминирующая ныне версия культа Очищения.

— Дольмен я вам не нашел. Но некрополь существует.

— Да, отныне это доказано. Аафемт умеют строить культовые сооружения. И это ставит под сомнение многие параметры нашей модели.

— Есть и другие вещи, которые ваша модель не учла.

— Крайне любопытно! — неприятным голосом сказал Биссонет и встал по ту сторону стола напротив Кратова, уперевшись ладонями в спинку кресла. Не сочтите за труд ознакомить. И не упустите при том указать точные координаты очередного дольмена.

— Вот именно, — кивнул Кратов. — Координаты… То, что я нашел во время своей высадки, должно находиться на расстоянии прямой видимости с нашего корабля. Мы могли бы наблюдать мой дольмен каждое утро, выходя на поверхность планеты. На фоне вулканической гряды.

— Но мы его не наблюдаем, — развел руками Вилга.

— Верно. И вулканическая гряда стала пореже. С просветами. Будто ее взяли и пропололи. А ведь мы высадились точно там, где я указывал.

— Уж не хотите ли вы сказать, что Джед привел корабль не на ту планету? — расхохотался Биссонет.

— Нет, планета та же самая. И координатная сетка по-прежнему привязана к здешнему экватору. Только под нее подогнали другой ландшафт.

— Подогнали? — нахмурился Вилга. — Кто? И, главное, как?

— Не знаю. Но я привык верить своим глазам. А уж станете ли вы верить мне — дело ваше. До сих пор вы не верили. Но вспомните и о «Горяевском могильнике», который поспешно канул за терминатор. Чересчур поспешно… Кратов помолчал и вдруг произнес со злостью. — Это ненормальная планета. Она вращается рывками. Что при этом творится на ней — не могу вообразить… Впрочем, могу: ничего особенного. Просто прокатывается очередная волна пламени, и снова все идет своим чередом. Очищение… Мне кажется, что эти фантастические планетарные катаклизмы должны происходить не без желания самих Аафемт. И во вполне предсказуемые моменты времени.

— Да вы сумасшедший! — закричал Биссонет. — Надо же такое придумать планета вращается рывками! Еще и по воле своих обитателей!.. Где вы видели, чтобы такое было возможно?

— Ну, по меньшей мере одна такая планета известна, — сказал Кратов. Это Сфазис, метрополия Галактического Братства, резиденция тектонов, астрархов, гилургов, средоточие представительств всех цивилизаций, занятых строительством Единого Разума Галактики. Искусственная планета-гигант с переменным гравитационным полем, не связанная никакими законами небесной механики кроме тех, что она сама себе устанавливает.

— Какое отношение Сфазис имеет к Уэркаф? — удивился Вилга.

— Разумеется, никакого…

— У вас есть доказательства, или вы снова фантазируете, как это было с сигнал-пульсатором? — мигом успокоившись, спросил Биссонет.

— Фантазирую. Какие могут быть доказательства?.. Но сигнал-пульсатор тоже существовал. Потому что Аафемт отнюдь не молодая раса, как вы только что утверждали, а очень старая. Может быть, даже вырождающаяся.

— Подите к дьяволу! — Вилга тоже начинал сердиться. — Час от часу не легче.

— Более того, — продолжал Кратов. — Свидетельства в пользу этого лезут на глаза из каждой дыры. Начать с их энергоразрядного оружия…

— Никакое это не оружие, — запротестовал Вилга. — Всего лишь плазмокинез. Научных данных, интерпретирующих способность Серебряных Змей генерировать плазменные разряды, у нас не было. Только гипотезы очевидцев.

— Отчет Брезе? — спросил Кратов.

— Он самый… — Вилга встрепенулся. — Вы и об этом знаете? Аксютин говорил, что вы у нас любопытный.

— Значит, фограторов у них нет, — промолвил Кратов задумчиво. Обычные примитивные громовержцы.

— Между прочим, психические способности некоторых земных диких племен так и остались неизученными, — сказал Вилга с раздражением. — Растворились в лоне цивилизации без следа. Что же по-вашему, мы должны дикарей возводить на вершину пьедестала?!

— И все же я слабо представляю себе, как можно сознательно управлять тем, природу чего не понимаешь, — заметил Кратов.

— Да сплошь и рядом! — воскликнул Биссонет. — Вы, драйвер, вовсе не обязаны знать экзометральную физику, что является основой движения ваших кораблей. То есть, конечно, неплохо было бы, но, насколько мне известно, она подвластна разумению единиц во всей Галактике. Кто-то построил корабль по заранее заданной схеме, усадил вас в кресло и сказал: «Владей и води!»

— Тогда кто-то обязан был даровать власть над энергией плазмы и Серебряным Змеям. Кто же?

— Действительно, кто? — буркнул Вилга, таская себя за ус.

— Так вот, Аафемт не только древняя раса, но и действительно в свое время сошли со звезд, как утверждает их официальная религия. И прибыли они сюда из системы Эаириэавуунс. Они прямые потомки этих странствующих чудаков Иовуаарп, что якобы с неясными целями пересекли Галактику, сунулись на этот участок пространства и как бы между делом открыли новую планету.

— Факты! — возопил Биссонет.

— Павел не рассказывал вам, что его сосед-плоддер любопытства ради прослушал вводный курс языка Иовуаарп? — осведомился Кратов.

— Ну, рассказывал, — нетерпеливо ответил Вилга.

Слегка усмехаясь, Кратов не спеша, раздельно произнес длинную фразу на чужом языке. С обилием звонких согласных.

— Это аргумент, — после паузы проговорил Вилга. — И сильный.

— Я ни дьявола не понимаю, — с неудовольствием признался Биссонет.

— Константин только что воспроизвел ритуальное обращение на сакральном языке Серебряных Змей, указывающее на добрые намерения и полную покорность.

— Вообще-то на языке Иовуаарп это, как принято говорить у нас, всего лишь крылатая фраза, афоризм, — сказал Кратов. — Что-то вроде: не стреляйте в пианиста, он делает что может…

— Двуногие гуманоиды в окружении шестилапой фауны, — покачал головой Вилга. — Это и вправду, как вы выразились, лезло в глаза…

— Выходит, Иовуаарп прилетали проведать родственников? — недоверчиво усмехнулся Биссонет. — Возможно. Тогда почему же они отнеслись к ним столь равнодушно, бросили в убожестве, на погибель от беспрестанных пожаров?