Галактический вихрь
Шрифт:
— Мартин! Идиот, что ты делаешь! — Джон рванулся вперед, чтобы удержать Стонски от безумного поступка, но стоявшая в проеме двери бледная незнакомка выразительно вскинула оружие, заставив его не просто остановиться, а попятиться назад.
— Не двигайся, — проговорила она. — Твой товарищ ляжет в камеру и останется здесь. Как гарантия твоего благоразумного поведения.
Это было сказано так просто и ясно, что Джон ни на секунду не усомнился в смысле услышанного. Мартин остается здесь в качестве заложника… а он?
— Что вам от меня нужно? — хрипло выдавил Хоули, не узнавая собственного голоса.
— Посадочные коды космодрома Эрлизы. Ты поведешь на посадку этот корабль.
Джон нервно хохотнул.
Рядом с ним Мартин Стонски с блаженной улыбкой полуидиота стягивал с себя нижнее белье.
— Ты что, девочка? Рехнулась? — Джон поднял голову и посмотрел на пленившую его сумасшедшую. — Да это корыто не протянет и мили в атмосфере, с такой-то пробоиной в борту! Ну уж нет… — развел он руками, — может быть, я и неудачник по жизни, но никак не камикадзе!
Незнакомка смерила его пристальным взглядом, в котором было больше презрительного любопытства, чем злости.
— Кейтлин, — внезапно произнесла она. — Меня зовут Кейтлин, а не «девочка».
— Ну хорошо, Кейтлин, я понял… Но…
— Прекрати! — отрезала она. — Ты напрасно тянешь время. — Она на секунду закрыла глаза, при этом шар, висевший над ее правым плечом, вспыхнул неистовым светом. Его кожистый аналог, секунду назад занимавший позицию над левым плечом девушки, резво отскочил в сторону и, жалобно попискивая, схоронился за выступ пульта управления. Очевидно, он, как и Джон, не любил яркого света.
Кейтлин открыла глаза.
— Аэродинамические свойства корпуса корабля нарушены, — тоном, не допускающим возражений, произнесла она, — но не настолько, чтобы посадка была невозможной. Если ты строго выдержишь указанный мною курс, все пройдет благополучно — я просчитала.
— Что ты сделала? — с недоверием переспросил Джон. Он был так шокирован событиями, что на секунду забыл о том, что пребывает в положении пленника.
Холодный ствол «ФЛАУ» — винтовки, упершийся в его скулу, послужил напоминанием об этом.
— Я просчитала предел прочности обшивки и несущих конструкций корабля с учетом максимального для Эрлизы ветра и скорости вхождения в атмосферу.
— А это можно сделать в уме? — искренне удивился Джон. Всю свою жизнь он страдал от того, что не умел вовремя остановиться.
Проклятый полупрозрачный шар вновь неистово вспыхнул, и Хоули получил такой заряд мгновенной головной боли, что едва не потерял сознание.
— Много разговариваешь, — равнодушно прокомментировала действия шара Кейтлин.
Джон медленно разжал пальцы, которые непроизвольно впились в мягкие подлокотники пилотского кресла, и повернулся к пульту управления.
— Нас собьют, — обреченно изрек он.
Вместо ответа Кейтлин нажала несколько клавиш на пульте управления.
Заработали обзорный экран и несколько секций приборных панелей.
Джон вздохнул и взялся за астронавигационные рули, в которые были вмонтированы гашетки включения двигателей.
«Просто бред какой-то», — подумал он, одной рукой пробуя запуск ускорителей, а другой включив внешнюю связь.
Ствол импульсной винтовки переместился к его затылку. В остальном все осталось по-прежнему, только кожистый шар, прятавшийся за пультом, с легкостью мыльного пузыря воспарил вверх, почти под самый потолок рубки управления, откуда с интересом наблюдал за происходящим.
Джон не был уверен, есть ли у этого существа глаза, но в том, что оно живое, в отличие от светящегося сферического монстра, он был уверен вполне.
Сухо щелкнули динамики интеркома, и на одном из экранов появилось перекошенное лицо Мартина. Не того, что лежал сейчас в уютной камере криогенного сна, покрытый толстым слоем инея, а оператора базы слежения.
— Джон! — воскликнул он, получив позывной и изображение. — Чтоб на тебя нагадило стадо Шиистов! Где вы шлялись? Почему уже полчаса нет связи?
— Были проблемы, — хмуро доложил Джон, решив не рисковать, чтобы не получить очередного разряда головной боли. Все-таки он очень сильно любил эту поганую жизнь, просто раньше у него как-то не было повода, чтобы задуматься над подобным вопросом.
— Я на борту транспорта… — сообщил он. — Это корыто обитаемо. Здесь пара искателей приключений с Канопуса, муж и жена. У них случились неполадки с системой рециркуляции воздуха. Рванул один из танков со сжиженным кислородом.
— А где они сами? — поинтересовался оператор.
— Во время взрыва мужчина пострадал, — уверенно сообщил Джон. Он и не подозревал, что может так вдохновенно врать. — Он в бортовом лазарете. Жена сейчас с ним. Меня уполномочили переговорить с базой слежения.
— И что они хотят?
— Как что? — делано возмутился Джон. Его явно вдохновлял приставленный к затылку ствол. — Тут раненый и серьезная пробоина. Они просят разрешения на вход в систему для ремонта корабля и оказания медицинской помощи.
— А где Мартин?
— В лазарете, помогает женщине. Слушай, кончай меня мурыжить. Свяжись с начальством!
— Хорошо, хорошо… Ты сам поведешь это корыто? — забеспокоился оператор. — Оно вообще в состоянии передвигаться?
У Джона отлегло от сердца. Поверил… Спина Хоули была мокрой и липкой от пота.
— До орбитальных ремонтных доков дотянет, не беспокойся… Кстати, эта парочка готова на вознаграждение за оказанную им помощь. Сечешь9
Глаза оператора потеплели.
— Ладно, можешь запускать движки. Думаю, что проблем с разрешением на вход в систему не будет. Следуй к Эрлизе, я сейчас передам тебе параметры свободного коридора для подлета к парковочной орбите возле доков. До связи.
— До связи… — машинально ответил Джон, вытирая ладони. Экран погас.
«Что-то будет дальше?» — тоскливо подумал он.
Эрлиза, вторая планета звезды Онтарио, была бы второсортным окраинным миром с убогой аграрной экономикой, если бы не одно весьма весомое обстоятельство — здесь располагался Центр биокибернетических технологий.
Когда-то, лет пятьдесят назад, когда историческое противостояние Окраины и Конфедерации еще только начиналось, Эрлизу избрали именно за ее заштатность и второсортность. Ничем не примечательный, убогий мир. Тут было слишком жаркое солнце, скудная природа и минимум ископаемых. Но именно тут благополучно процветал под видом Центра реабилитации инвалидов один из самых мощных, ориентированный на войну и нужды армии, засекреченный Институт биокибернетической инженерии.