Чтение онлайн

Ему ли как технику было не знать, что последует дальше!

Судорожным движением утопив клавишу интеркома, он возбужденно закричал:

— «Крабы»! Они идут к истребителям!

— Спокойнее… — раздался в ответ голос Клауса. — Мы уже стартуем.

— Да нет! Ты не понял! — продолжал возбужденно кричать Игорь. — Эта модель «Краба» рассчитана на функцию пилота!

— Не ори! — оборвал его Клаус. — У нас и так хватает забот. Полезай в блистер и сбей их, ко всем Шиистам космоса!

Интерком с сухим щелчком отключился. Модуль уже выровнялся и, набирая скорость, летел к пробитой ракетным залпом дыре.

За его кормой беззвучно откинулись колпаки пилотских кабин двух космических истребителей, и роботы, с необычайным проворством вскарабкавшиеся внутрь, уже втыкали сенсорные отростки своих конечностей в специальные разъемы пультов управления.

Игорь, совершенно ошалев от такого поворота событий, в полной прострации смотрел на монитор, где промелькнули изуродованные края пробитой в обшивке «Светоча» дыры, и базовый корабль вдруг начал стремительно удаляться.

Спустя десять или пятнадцать секунд из безобразной пробоины один за другим вынырнули два истребителя.

В первый момент Игорь даже не испугался. Он был настолько поражен окружавшей модуль панорамой, что едва обратил внимание на атакующие истребители, которые, не совершая никаких маневров, устремились прямо на десантный корабль.

— Заг!.. — потрясенно проговорил он. — Ты только посмотри…

Стылов, поборов тошноту, повернулся и, привстав, заглянул через плечо Игоря. Из груди лейтенанта вырвался удивленный вздох.

Вокруг, насколько хватало глаз, простерлось розово-фиолетовое небо, по которому, заслоняя ослепительный шарик красного солнца, плыла бесконечная вереница циклопических орбитальных плит, словно ожерелье окольцевавших звезду.

Внизу в голубовато-розовой дымке вихрились облака и виднелась бескрайняя поверхность, почему-то загибавшаяся у горизонта вверх, а не вниз…

— Что за…

Загомира прервал сопровождаемый грохотом удар, от которого десантный модуль едва не перевернуло. Над его головой что-то с треском взломало обшивку, и выпущенный с истребителя кумулятивный снаряд, не разорвавшись, вдребезги разнес монитор и отскочил в сторону, упав на пол покореженной раскаленной болванкой…

Несколько секунд техник и лейтенант ошалело смотрели друг на друга. В обшивку вновь что-то звонко стукнуло, и Игорь, словно очнувшись, вдруг рванулся к лесенке, ведущей наверх, в блистерный купол корабля.

Загомир со стоном вцепился в крепежную стойку. Лейтенанта мутило от страха, и его желудок рвался наружу. В блистерном куполе было еще страшнее, чем в десантном отсеке. Игорь, стараясь не смотреть по сторонам, в приступе дикой агорафобии упал в единственное кресло перед куцым пультом управления и, кое-как застегнув страховочные ремни, схватился за рычаги ручной наводки счетверенного орудия, чьи стволы торчали наружу.

Как оказалось, пристегнулся он вовремя. Корабль внезапно накренился на один борт и вдруг начал вращаться вокруг своей оси.

Игоря затошнило, когда земля и небо начали меняться местами. Он инстинктивно зажмурился, но тихое подвывание подающего боекомплект эскалатора вырвало его из кошмарного ступора. Он должен был открыть глаза!

По тому, как кровь отхлынула от головы и ослабло давление ремней на грудь, он понял, что модуль вновь летит как положено. Разлепив веки, он увидел розовую гряду облаков и две стремительно растущие точки. Два истребителя заходили на очередную атаку.

Игорь знал, что человек может сопереживать событиям до какой-то определенной грани, перешагнув которую он вдруг перестает бояться, но впервые в жизни он испытал это на собственной шкуре. Грань, за которой царило полное безразличие к смерти, была им пройдена совершенно внезапно — его просто перестало тошнить.

Он понял, что никто, кроме него, не в состоянии в эти мгновения хотя бы попытаться спасти корабль, обшивка которого уже была повреждена, отчего в салоне было слышно заунывное завывание ветра.

…Значит, атмосфера пригодна для дыхания, пришла в этот момент к нему абсолютно неуместная в его положении мысль.

Первое движение сенсорных рычагов наводки было явно неудачным — Игорю никогда не приходилось стрелять из корабельных орудий, а тем более на лету. Стволы закатились в зенит и застыли, направленные в сторону звезды.

Он осторожно потянул рычаги вниз, одновременно смещая скользящий по прозрачной поверхности блистера электронный прицел в сторону двух настигавших корабль точек.

Попытка была почти удачной — стволы опустились, и он, страшась опоздать, сдавил сразу обе гашетки.

Длинная очередь реактивных снарядов рванулась в сторону истребителей, но они спокойно и даже грациозно отклонились, и тут же их камуфлированные тупые носы перенацелились с поврежденного корпуса на заработавший блистер.

В этот момент, когда они начали атаку, страх вновь вернулся к Игорю, но было поздно вообще что-либо менять — истребители стремительно настигали корабль, и от их коротких, чуть скошенных назад крыльев к блистерному куполу уже тянулись строчки выпущенных снарядов.

Инстинктивно Игорь бросил рычаги и сжался в кресле, пытаясь спрятать голову под пульт. Он ждал, что сейчас толстое бронестекло брызнет осколками и его сметет этим горячим шквалом…

Снаряды со звонким, сводящим с ума грохотом впились в блистер, но он ничуть не пострадал… И тут Игорь понял, какой он дурак и трус! Купол не был прозрачным, просто его внутренняя поверхность представляла собой сплошной экран, покрытый многими слоями брони, в которой располагались связанные с рычагами механизмы наводки орудий. Ошалев от страха, он совершенно забыл об этом и, вопреки собственным знаниям, верил только тому, что видели его глаза!

Он снова схватился за рычаги. Истребители уже подошли вплотную и, отстрелявшись, начали разворачиваться для нового захода. Он видел все крупным планом, до мельчайших деталей, таких, как тонкие швы в стыке бронеплит на их фюзеляжах. Он просто не мог промахнуться с такой дистанции.

Пока он прятался под пультом, механизм дозарядки уже сменил обоймы, и теперь четыре ствола выплюнули в борт ближнего истребителя сразу сорок снарядов…

Ослепительный взрыв качнул модуль. Игорь в упоении смотрел, как из бурого облака, в которое превратилась пораженная машина, во все стороны летят уродливые куски обшивки.

Тихий щелчок и зеленый сигнал возвестили о новой смене боекомплекта. Стволы орудия дернулись, переместившись ко второй машине, которая легла на крыло, пытаясь развернуться, и вновь зашлись длинными, неэкономными очередями…

— Есть! Я их сбил!

Ликующий возглас Игоря был почти не слышен из-за нарастающей вибрации поврежденного корпуса, заунывного свиста врывавшегося внутрь ветра и гула двигателей.