Чтение онлайн

— Здесь есть люди. — Ее горячий шепот был едва слышен. — Я пришла рано утром и застрелила одного из них. Потом шар-носитель приказал мне погрузить в аэроджип два тяжелых цилиндра, кучу лазерных дисков, компьютер и еще какие-то танки с растворами. Потом мы улетели…

Новая мысль, пронзившая разум Кейтлин, едва не свела ее с ума.

— Там были дети! — уже не управляя собой, вскрикнула она, машинально оттолкнув Клауса. Вскочив с места, она рванулась было прочь, но бежать было некуда. Кейтлин споткнулась и остановилась. Ее пустые глаза смотрели в туманную даль болот, а в душе росло дикое, безумное чувство… Ее пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.

Маленькие, показавшиеся ей отвратительными красные сморщенные эмбрионы, омываемые струями физиологического раствора, лежали внутри двух похищенных камер. Тогда ей было все равно. Теперь же нет, но, оказывается, уже слишком поздно что-либо менять…

— Кейти, я не оправдываю тебя, — раздался за ее спиной голос Клауса. — Совесть — это такая штука, с которой лучше всего разбираться тет-а-тет, но у нас нет времени на душевные муки.

Она повернулась.

— Это был инкубатор…

Ситуация стремительно заходила в моральный тупик. Клаус не мог стать ее поводырем в народившемся хаосе ее собственного самосознания. На это просто не было времени. Чем больше он узнавал об Интеллекте, тем сильнее росла его уверенность в том, что их побег не пройдет безнаказанным и незамеченным.

— Ты должна перечеркнуть свое прошлое, — внезапно проговорил он. — Иначе ты погибнешь…

Кейтлин вздрогнула, словно ее ударили хлыстом.

— С точки зрения твоей этики — это возможно?

Клаус криво усмехнулся в ответ и присел на крышку кофра.

— Хороший вопрос…

Он был солдатом, и его философия начала формироваться в тот момент, когда он блевал в грязном осыпавшемся окопе над трупом первого убитого врага. Если бы он тогда не выдержал и застрелился, мир вокруг не пошел бы по иному пути развития. Просто его парнями командовал бы кто-то другой, и, быть может, они погибли бы раньше…

— Память и совесть нужны всегда, Кейти, — проговорил он, непроизвольно сжав механические пальцы правой руки. — Но кровь живых имеет свою цену. Она дороже, чем все прошлое вместе взятое…

— О чем ты? — не поняла она.

— О тех людях, что, по твоим словам, живут в сфере. Кто они такие?

— Просто люди… Я думаю, что они прилетели сюда очень давно. Интеллект ненавидит их за то, что они поддерживают высокий уровень технологий и понемногу восстанавливают тот участок сферы, где основали колонию…

— В то время как его собственные создатели безнадежно деградировали, утратив все знания, а он сам оказался не в состоянии совершить даже той малости, что оказалась по плечу людям? — закончил он ее мысль.

Кейтлин кивнула.

— Он ненавидит их и мечтает начать искоренение человечества с очистки сферы.

— Эти люди воюют?

— Нет. По-моему, они живут очень обособленно и счастливо. Я не видела у них ничего похожего на оружие.

Клаус нахмурился.

— Как ты думаешь, почему его заклинило на людях? Конечно, я понимаю, что не очень корректно отнесся к нему на Луне-17, но ведь он, судя по всему, очень сложный компьютер с огромным потенциалом и собственной личностью. Он должен был понять неадекватность своей реакции! Нельзя по действиям одного человека судить всю цивилизацию! Я уж не беру во внимание тот факт, что люди никогда не сталкивались с инопланетянами, а я, увы, не специалист-ксенолог и понятия не имел, что эта светящаяся спираль может быть мыслящим существом!

Кейтлин подняла глаза.

— Мне кажется, что Интеллект был до смерти напуган, — проговорила она. — Когда мы вернулись в сферу, он едва не сошел с ума, обнаружив тут людей.

— Паранойя?

Кейтлин пожала плечами. Она действительно не знала ответа на этот вопрос.

Клаус встал и хмуро огляделся.

— Думаю, мне стоит спуститься вниз и переговорить с парнями… То, что тут есть колония людей, в корне меняет дело. Я думаю, что теперь, когда Интеллект получил аппаратуру и технологии Центра биокибернетики, его реакция будет жесткой и быстрой. Он постарается уничтожить людей… Или обратить их в зомби…

Кейтлин медленно подняла голову и взглянула в его глаза.

— Кровь живых… ты имел в виду этих людей?

— Да, — не колеблясь, ответил Клаус. — Кроме нас, никто не знает о существующей угрозе. Мы должны добраться до них и предупредить. В конце концов, ведь получается, что это я заварил всю эту кашу…

— Но ты ведь не знал!

— Не знал… — Он вытащил сигарету, помял ее в пальцах, но так и не прикурил. — Я не знал, ты была под контролем, эти, — он кивнул в сторону накрененного к воде корабля, подле которого маячила всклокоченная голова Игоря, — просто испугались и не смогли остановить тебя на Эрлизе… Я не хочу, чтобы еще раз обстоятельства оказались сильнее меня. Иначе может случиться непоправимое. Такое, Кейти, чему уже не будет оправдания…

Он развернулся и пошел вниз, к покосившемуся десантному модулю, оставив ее в одиночестве обдумывать его последнюю фразу.

Игорь Светличный курил, сидя на корточках и прислонясь спиной к теплой бронированной обшивке модуля. Завидев спускавшегося по склону Клауса, он демонстративно сплюнул и стал смотреть в другую сторону.

«Тоже мне, командир нашелся, — со злостью подумал он. — Переночевал с девчонкой, а теперь, легок на помине, идет покомандовать…»

Чувствовал он себя хуже некуда. Голова после ночного гудежа разламывалась на части.

— Где остальные? — раздался рядом голос Клауса.

— Тебе надо, ты и ищи, — огрызнулся Игорь, гася окурок. — Я им не нянька, понял?

Клаус, ни слова не говоря, скрылся в распахнутом настежь люке.

В корабле пахло какой-то кислятиной.

«Свиньи», — раздраженно подумал он, брезгливо перешагивая через вонючую лужу.

Вскрытый медицинский кофр из бортового запаса модуля и валявшиеся тут же пустые пластиковые тубы красноречиво свидетельствовали о том, чем занимался этот горе-экипаж в течение ночи.

Джон и Мартин в обнимку спали прямо в проходе. Доползти до кресла, как это сделал Стылов, у них не хватило сил.

Лейтенант неподвижно сидел, откинувшись на спинку противоперегрузочного кресла. Его глаза были открыты. Лицо Стылова покрывала смертельная бледность. Очевидно, от употребления обыкновенного неразбавленного спирта его всю ночь выворачивало наизнанку.

Клаус подошел к нему и положил руку на плечо.

Загомир застонал и мучительно закатил глаза, пытаясь разглядеть, кто это пришел.

— Сходи-ка проветрись, лейтенант. — Клаус сжал механические пальцы и, легко приподняв грузное тело, вышвырнул его в люк.

Повернувшись к проходу, он проделал ту же самую операцию с Джоном Хоули и Мартином Стонски.

Игорь, который тверже всех держался на ногах, с изумлением наблюдал, как из люка вылетают полубессознательные тела.

Такого поворота событий он не ожидал. Что этот козел, вообразил себя крутым, что ли?

Очевидно, остатки алкоголя в крови совершенно отключили его серое вещество, потому что, завидев в проеме люка фигуру Клауса, он прорычал что-то нечленораздельное и, наклонив голову, ринулся вперед, как разъяренный бык на тореадора.