Чтение онлайн

Мамочка не стала вызывать фаэтон, и на время отложила поиск Конпола. Для начала, она решила посетить то место, где Эрнст Твигг был покалечен секирой.

Поселение, лежбовище, где стояло племя было покинутым. Оставленные дома захватили животные, еноты и лисицы. Они шуршали под навесами и в компостных ямах, на кладбище в избушке смерти и среди пепелищ больших костров. На Пирамидусе все лежбовища, были общие для всех племён. Пустующие дома можно было занимать и использовать для житья сколь угодно долгий срок. Среди племён считалось что дома это что-то лишнее, не модное, останавливаться в них, как говориться, было "погано".

Пол, в помещении, где секира отсекла голову Твиггу был завален шишками и жёлудями.

— Это самый сказочный могильный холмик который я видел в жизни! — воскликнул Твигг.

— Твои кости обглодали пушистые твари — сказала Смола — Твой холмик, получается не один, их много, и все они, это удобрение для леса.

***

Местный способ быстрого перемещения был довольно странным. Конпол подвёл Смолу к высокому обрыву и попросил сесть на сухую корягу.

— Прыгни вниз, коряга начнёт движение, это будет стремительный полёт и ты окажешься там где хочешь. Живой ветер…

— Кто угодно, каждый человек, может так летать?

— Нет, только, те кто…

Эрнст не успел договорить, черноволосая женщина прижала тунику подбородком, и без страха сиганула с обрыва вниз, но не разбилась, как мог бы кто-то подумать, а унеслась, на хлипкой деревяшке, в синий горизонт.

Огонёк, в одиночестве остался на обрыве. Здесь же задержался и Твигг. Его мозг был далеко, в медицинском центре, к нему стекалась информация со всей эгосферы, но Твигг отключился от всего, он хотел только одного, смотреть в даль, на удаляющуюся чёрную точку, и кричать.

— Ты мне поверила! Смола ты мне поверила! Могла не поверить, но поверила! Не испугалась, не подумала что я шучу, или хочу тебя убить, нет! Ты просто мне поверила и шагнула с обрыва в бездну с деревяшкой под попой — Эрнст кричал, но его голос слышали только звери, которые не знали синтетический язык. Но доктор психологии всё равно кричал, кричал громко, так кричат безумцы. — Ты могла испугаться высоты, ты могла испугаться от вида хлипкой коряги, ты могла испугаться за свою жизнь, но нет! Ты ничего не боишься! Ты доверилась мне, ты доверяешь мне, ты доверяешь мне так, как не можешь довериться никому! Никому! Только мне! Мне!

***

Джим Конпол собирал ягоды. Побережье моря заросло шиповником и ежевикой. И те и другие кусты были покрыты шипами. Конпол собирал шиповник, для приготовления витаминного напитка, а ежевику, из которой делают вино, так как племя Джима решило отказаться от вина, он попросту, как мальчишка, ел. Ежевика красилась, ежевичный сок, это хорошая краска, от чего руки и губы Конпола приобрели фиолетовый цвет.

Крети охотилась с острогой на морского зверя. Она уже пробила череп молодой нерпе и разделывала тушу с помощью секиры.

Живой Ветер стих над пляжем, но по инерции корягу занесло вперёд и Смола, с высоты трёх метров, плашмя рухнула в солёные волны прибоя.

Крети глядя на мокрую гостью громко засмеялась: — Тебе повезло дружок! Ха-ха! — сказала она — Могла нахлебаться рассола, и разбиться о камни. Кто тебе посоветовал так перемещаться по Пирамидусу? Ха-ха!

Волны поглотили корягу. Смола с достоинством вышла на пляж и скинула с себя мокрую тунику. На Крети гостья смотрела в упор:

— Нерпа… Фу… — Сказала Смола — Это мясо пропахло рыбой, как можно это есть?

— Мы делаем соус. Из нерпы получается отличный соус…

— Фу…

— Отличный рыбный соус…

К женщинам подошёл Конпол:

— Дорогая ты вся в крови — сказал он.

— И что? — тело Крети действительно покрывала свежая, ещё не запёкшаяся кровь, так же красные капли ручьём стекали с секиры

— Ты вся в прекрасной свежей крови — сказал Джим — Мы сварим прекрасный рыбный соус.

— Конечно! Всё самое лучшее, для моего дорогого.

Влюблённые поцеловались.

Смола поморщилась: — Я прибыла сюда не для этого — сказала она — Разве этот не сообщил о моём визите?

— Этот? Ты называешь его "этот"? Доктор Эрнст Твигг рассказал про тебя, именно ты разбила ему сердце… — сказал Крети — И теперь ты говоришь про него "этот"… Бессердечность и жестокость…

— Я говорю со стариком — грубо прервала её Смола — Джим ау! Хватит улыбаться словно кретин, ты не знаешь кто я, но должен знать зачем я тут! Неужели "этот" опять думает только о себе — Смола чуть не подавилась от злости — Эй ты! Ты! Появись здесь! Ты нужен здесь! — закричала она во всё голо — А ты! Да ты! Девушка! — Обратилась она к Крети — больше не повторяй таких движений, а то будет худо.

Крети покорно опустила глаза. Только что, в праведном гневе, она попыталась зарубить гостью, но живой ветер её остановил. Ветер разодрал её руки и ноги до крови, а мог бы и мгновенно сломать.

— Ты разбила сердце, такого прекрасного человека как Эрнст Твигг — сказал Конпол — Мне не хочется ни видеть тебя, ни сотрудничать с тобой. Уходи, и пусть тебя замучает совесть, если она у тебя есть. Таких беззаветных людей как доктор Твигг обижать нельзя.

— Твоя любимая отрубила ему голову, ты никогда не задавался вопросом, зачем?

— Мы тогда все были на взводе, мы страдали — сказал Джим — Это было преступление в состояние аффекта…

Смола ехидно засмеялась: — А почему Твигг вообще покинул свой агроэдем? Зачем он отправился с тобой в Каменное Молоко? Ты не думал об этом?

— Он спасался от смерти. Солдаты могли его убить.

— Ах, ты в это веришь? — Смола ухмыльнулась — Ну верь, верь… Верь всему… Верь людям, верь о чём болтают дети, верь тому что скрывают старики. Вера это хорошо. Вера, а в это тоже надо верить, спасает…

— Пускай тебя вера и спасает если других способов спасения не нашла. — сказала Крети — Твои дела только твои, сама ими и занимайся. А мы пошли… Мы с Джимом, любим друг друга, и в это верить не надо, это чувство которое дарит вечную жизнь…

— Твигг! — закричала Смола — Где ты, когда так нужен! Где ты, когда моя грудь переполнена и болит!

Рядом со Смолой вспыхнул тусклый огонёк…

— Замрите! — раздался голос социального психолога — Море и ветер сами всё сделают.

— Разве эти волны тоже "живые"? — спросил Конпол.