Чтение онлайн

— Виртуальный последыш только в теории неподвластен времени — сказала Валькирия — На практике иногда они затухают и гаснут.

— В любом случае религиозные шаблоны отрицают возможность предсказания будущего. Эта детская книжка не содержит мудрости она, лжёт!

— Партуро ты не прав — тихо сказала Артетта — Искусственный Интеллект описывает и предсказывает возможное будущего. Иначе как по твоему работают протоколы эгосферы и вся межпланетная социальная система? ИИ работает мягче чем профессиональные предсказатели судьбы, и допускает ошибки на семьдесят три процента реже…

— Эту цифру, семьдесят три процента, тебе твой и-мозг подсказал?

— Да, но это не важно. Эгосфера просчитывает будущие как человека так и групп людей, разве это не прекрасно?

Партуро замолчал. Он не хотел отвечать.

— Предсказать жизнь группы людей… — грустно сказала Валькирия — Группы людей которая жила в горной долине и занималась историей и ботаникой…

Артетта побледнела и захлопнула книжку: — Не могу видеть пометки её рукой — сказала она сквозь слёзы — Мне страшно.

В уголке покоев возникло серебристое облачко.

— Разрешить — сказала Валькирия.

Облачко растаяло и на его месте возникла голограмма рыжеволосой женщины, облачённой в серебристую ткань.

— Алька, что ты чувствуешь — с ходу сказала Янтарь — Что тебе подсказывает сердце?

— Быть вечным чемпионом невозможно, даже если есть такое желание — печально сказала воительница, у неё вновь проступили слёзы — У любого человека с возрастом тают жизненные силы.

— Эх жаль, в твоих словах нет ничего конкретного… — Янтарь от недовольства прикусила губы. Только сейчас мамочка обратила внимание, что все трое кого она видит: и Валькирия, и Партуро и Артетта, плачут — Лысые обезьяны должны стойко и мужественно переносить личные трагедии и утраты — строго сказала она — Стандартные протоколы эгосферы легко приглушают любую тоску и грусть, и каждому дают моральную поддержку: жалость, утешение, отвлечение, покой. Сердечные и духовные раны, как известно, нельзя зашить нитками, они стягиваются без рубцов.

Янтарь закончила говорить, но ей никто не ответил. Тогда она продолжила, словно боялась тягостную тишину:

— Конечно! Лысые обезьяны стадные животные — сказала она — Любую смерть люди лучше переживают сообща. Но личные утраты это ничто по сравнению с ужасом который возникает в стаде под угрозой гибели самого стада, ужас перед изменением структуры стада. Лысые обезьяны от жгучего страха, в панике, начинают рьяно спорить, формируют органы власти, создают философские концепции об этике и морали, познают глубочайшие тайны вселенной и всё равно не могут избавиться от кошмара оказаться один на один с жестокой реальностью мира. Лысые обезьяны самые беспомощные приматы в галактике.

— Лады бы знала что тебе ответить — тихо сказал Партуро. Его горло смягчённое горечью выдавало высокие, нежные звуки — Но её с нами нет. И где она, где её душа никто не знает. Это боль, которая разрушает наши сердца.

— Я могу точно предсказать и пересказать слова Лады — сказала Артетта — Она бы сказала что стадо может легко превратиться в стаю или в лежбище. Когда люди поверят в возможность магии превращения, их страх исчезнет.

— И кто может сделать такое превращение?

— Как кто?! — Артетта скромно, только одной светлой чистотой, улыбнулась — Конечно волшебник!

— Или волшебница! — добавила Валькирия.

— Эволюция социума это страшный процесс, ужасный, и его нельзя остановить. Эгосфера не имеет таких протоколов — закричала Янтарь — Даже предстоящие выборы в Галактический сенат приобрели зловещий ореол! Люди знают что это событие не только войдёт в анналы истории но и хорошенько перетряхнёт всё человеческое общество! Исчезнет тысячелетний духовный опыт, изменятся моральные императивы, и вдруг например возникнет какая нибудь новая, чужеродная аристократия!

— Всё хватит! Стоп! — сказала Валькирия — Ты нас не утешаешь, а даже наоборот… А раз так проваливай на свою планету, иначе будет худо.

— Ты такая я же злая как… — продолжила кричать Янтарь, но ей не дали кончить, воительница прервала трансляцию.

— Что это было? — спросил Партуро — столько много неуместных слов…

— Она озвучила свои страхи — сказала Артетта — Видимо без смертельных утрат мамочка не может разобраться в своей душе. Не может понять что её сердце боится, а что любит.

— Ты не права — сказала Валькирия — Янтарь прекрасно знает кого любить, а кого ненавидеть. Она мудрая женщина. Дело в другом. Исчезновение Лады возможно перетряхнёт всю галактику почище выборов, и это её страх. Вдруг волшебство перехода стада в стаю уже запущен.

— Разве такое возможно? — спросил Партуро — Один человек и сотни населённых планет

— Собирайте свиту, мы отправляемся в путь. Скоро сами всё поймёте.

Валькирия закончила процедуру. Помощницы сняли с неё тяжи миоида и аккуратно поместили его в контейнер. Присоски стабилизатора смоченные горьким потом тоски отвалились сами. Так не должно было быть, сеанс желательно было повторить, но никто воительнице не сказал ни слова. Потолок и стены в её покоях приобрёл круглую форму и ослепительно белый цвет.

***

Происшествие в парке Каменное молоко вызвало волнение информационной плотности лишь на низших уровнях планетарной эгосферы. Эти уровни называются пеной. События и новости исчезают в пене без следа как пузырики в ячменной воде. Ведь пузырики в ячменной или любой другой газированной жидкости состоят из воздуха.

Трагедия, формальная гибель людей не смогла стать триггером человеческого сочувствие и сострадания. Исчезновение целой научной группы, помимо армейского подразделения, взволновала только самих сотрудников «Молока" их коллег физиков и некоторые семьи.

Пострадавшие члены социума чтобы стойко перенести личную трагедию, позволили эгосфере запустить свои стандартные протоколы. И уже через несколько часов после взрыва в гигантских агроэдемах, в старинных усадьбах, в лачугах отшельников, в техносфере, в космосе, по всей галактике словом везде, где требовалась помощь — помощь была оказана. Психологи, помощники психологов, волонтёры, сим-дроиды начали свою обычную работу. И родственники и друзья пропавших и вообще кто угодно, пусть даже случайный зритель чей пузырек эгосферы дрогнул после взрыва получили утешение и платочек для слёз.

Люди почти на всех своих планетах уже давно активно погрузились в политические дебаты причём полемика стала самым интересным шоу в информационном пространстве. В этом шоу участвуют миллиарды людей. Гигантские человеческие популяции, дрожат от страха и послушно следуют указаниям разных партийных форматоров. Сами форматоры тоже дрожат от страха, но списывают свою дрожь на отвагу и ярость политической борьбы.

Утром после трагедии, с восходом Солнца, в администрацию парка потёк ручеёк грустных соболезнований. Сочувствие выражали тысячи людей и организаций. Бывшие работники, посетители, муниципалитеты, объединения археологов, ботаников, кулинаров, форматоров и тысячи других официальных структур в уместной форме, скромно, объявили своё участие. Административная система автоматически обработала всю скорбную корреспонденцию, отправив в ответ уместное эхо благодарности.