Чтение онлайн

Ночь…

Искажающие поля лишали ее очарования.

— Одного Визарда тебе мало? — он не обернулся, «разглядывая» ее на визоре командного.

Натаскал на свою голову…

Зерхан. Маршея. Фринхаи. Встреча со Скорповски. Риман Исхантель…

Внешне она мало изменилась, а вот внутренне… В последнее время Шторм все чаще видел в ней свое отражение.

— Аршан останется в списке до тех пор, пока я не буду абсолютно уверена, что к смерти адмирала он не имеет никакого отношения, — подтверждая его мысли, произнесла она. — А что касается Сашки…

Он остановил жестом, с нейро-датчиков ответив на входящий. Выслушав, хмуро посмотрел на развернувшуюся к нему Элизабет:

— У Злобина ЧП. Взрыв на сборочной платформе.

Элизабет понимающе кивнула — проблем в эвакуационном лагере с каждым днем становилось все больше, прихватив с окна чашку, отнесла в зону отдыха.

Поставив в мойку, замерла на секунду… обманчиво расслабленная и натянуто-спокойная.

Шторм знал, что она хотела сказать… и даже ждал этих слов… нет, не поддержки — приправленной яростью самоиронии, уже давно ставшей им всем подспорьем, но Элизабет их так и не произнесла.

Неторопливо подошла к двери… вновь кивнула, то ли ему, то ли своим собственным мыслям, и… переступила порог, оставив после себя то самое, «сидевшее» в душе четким ритмом марша родной Академии…

Есть только мы и… победа!

Ему очень хотелось в это верить…

Притон был из тех, куда добропорядочные граждане Гордона в здравом уме не заглядывали. Он не был… добропорядочным, но даже для него вот эта смесь из перегара, запаха давно не мытого тела и пропитанной потом и собственными испражнениями одежды была уже слишком…

— Дальше будет только хуже, — как-то… без особых эмоций заметил Сашка, приоткрыв один глаз. Проводил взглядом едва вписавшегося в поворот мужика — тот и был источником весьма специфичного амбре, вновь откинулся на спинку скрипучего, потертого кресла.

И ведь был прав… только хуже.

О панике речь пока не шла — на Окраинах к связанным с переделом собственности передрягам всегда относились философски, но что-то такое, намекающее на серьезные последствия, в воздуе витало.

Нынешнюю ситуацию если что и осложняло, так «закрытие границ» демонами и стархами. Принимать беженцев — принимали, но избирательно, пропуская лишь тех, за кем не тянулся хвост контактов с вольными.

Впрочем, этот момент тоже не относился к критичным. Кроме двух империй «поблизости» от вольных земель находились еще несколько не так что бы больших, но вполне жизнеспособных альянсов.

— Я просил не лезть мне в голову… — «равнодушно» вспылил Горевски.

Всего лишь стиль общения… Проявленная в первую встречу излишне категоричная резкость если впоследствии и давала о себе знать, то не без особой причины, служа скорее предупреждением об опасности, чем реальным отражением их манеры взаимоотношений.

О том, кто старший группы, Кабарга-Скорповски никогда не забывал. О том, от кого в большей степени зависит успех — тоже. Выкладывался по полной, не жалея ни себя, ни…

К другим отношение у Сашки-Алекса было особое. Кому больше дано…

— А я и не лез, — с теми же… привычно-усталыми интонациями, огрызнулся Скорповски. Под противный аккомпанемент рассохшегося дерева шевельнулся, устраиваясь удобнее в пыточном шедевре. Поежившись, сложил руки на груди.

Щеголял все в той же, но уже лишенной знаков различия флотской форме. Дерзко! Но в этом был весь он… Сашка Кабарга, ставший на Окраинах бывшим офицером спецпозразделения контрразведки Алексом Скорповски.

Ну а то, что вид теперь имел не самый свежий, так не это главное. Главной была суть… вызов, который он бросал миру, выбранному из всех возможных.

— Это — надолго… — преувеличенно тяжело вздохнула Красотка, играя с Роликом в стаканчики. Вариант с двумя им наскучил довольно быстро — оба успевали отслеживать «передвижения» шарика, так что в ход пошел третий, освобожденный от содержимого тем же самым Сашкой.

— Пусть расслабляются, — фыркнул Ролик, демонстрируя ловкость рук. — Ему бы еще пожрать…

Валесантери мысленно согласился. За полтора месяца, что мотались по Окраинам, Сашка «высох», «утянувшись» до похожих на витые канаты жил, стал тоньше, «рифленее» со своими острыми скулами и каким-то надрывным подбородком. А еще — злее.

Контакты с мразью, которой становилось тем больше, чем ближе подбирались к Гроссу… Дар… Эмпатия отбирала силы, сжирала его изнутри, сначала стерев улыбку с лица, а затем добравшись и до глаз, ставших холодными… мертвыми.

— Или… выпить, — «поддержала» Ролика Красотка, поднимая тот самый стаканчик, под который Ролик и загнал похожий на радугу шарик.

— Или… по девочкам, — скабрезно заржал подошедший к их столу в углу зала Нолик. Демонстративно проверил, застегнута ли ширинка, потер натянутым на ладонь рукавом несуществующие следы своего якобы загула. — Могу проводить, — продолжил он, гнусновато ухмыльнувшись. — Там такая крошка…

С Марси Олиш отработал без особых проблем. У капитана вольных было ради чего цепляться за жизнь. Сын. Парню за двадцать, но выглядел тринадцатилетним подростком. Тщедушный, прыщавый… гениальный математик, которому ученые мужи прочили великое будущее.

Еще одно из избитых реальной жизнью откровений. Кредиты в этом мире решали все, но иногда не помогали и они. Заряд волновика искорежил позвоночник юного таланта, окончательно лишив возможности быть, как все.

Помочь в Союзе не могли, а вот не дать сдохнуть, если… когда с самим Марси что случится — вполне.

— После тебя она еще двигается? — скривился Алекс. Вновь поежился… Морозило… Внутренней пустотой морозило.

В отличие от демона, им с Гроссом пока не везло. Не так что бы основательно — посмотреть со стороны, подвижки выглядели весьма серьезно, но окончательный результат впереди едва просматривался.

Капитан вольных был… очень осторожен, что в данном случае только добавляло ему плюсов.

А им?

— Может, отдохнешь? — Нолик остановился у Сашки за спиной. Во взгляде мелькнуло… нет, не сочувствием — заботой.

— На том свете… — медленно выдохнул тот. Откинул голову назад… — Сейчас бы…

Он не закончил… «прострелило» легким напряжением, но Сашка вновь расслабился, лишь, выпрямившись, бросил короткий взгляд на Олиша.

Еще один… сгоревший, но если у Алекса Скорповски оставался шанс вновь стать тем баламутом Сашкой Кабаргой, каким он появился в их команде, то у Одноглазого демона, как теперь звали Олиша на Окраинах — вряд ли…