Чтение онлайн

Я кивнула и молча пошла за ней, понимая, что она меня ведет к главному здесь, и задавать ей вопросы смысла нет, все равно не ответит.

Несколько поворотов по лабиринту похожих друг на друга коридоров, и вот она толкает с виду обычную, но более светлую дверь. Я вошла в небольшой пустой зал с единственным креслом посередине. Стало жутковато. Снова на память пришла кровать, к которой меня привязывали по рукам и ногам, снимая видео для моего отца.

– Садитесь! – интонация ровная, но тон не предусматривает неподчинения.

Я, внутренне дрожа, села на деревянное сидение, ощущая себя чуть ли не на электрическом стуле. Моя провожатая взяла за болтающиеся слева и справа от меня концы веревки и привязала меня ими к креслу, завязав узлы на его ручках.

Я с трудом проглотила ставшей вдруг вязкой слюну. Жутко хотелось пить, но в туалет вдруг захотелось еще сильнее. Странно, что всю влагу из меня не выпарило ужасной жарой еще в карете.

Сзади послышались тихие, но уверенные, полные ощущения превосходства шаги. Я внутренне напряглась, понимая, что прямо сейчас узнаю, что меня здесь ожидает. Мимо меня, обдав терпко-горьковатым запахом каких-то трав, прошла женщина в такой же одежде, как и у моей провожатой.

Встав напротив, она развернулась и уставилась на меня немигающим задумчивым взглядом. На вид лет пятидесяти, довольно стройная, с хорошей осанкой и горделиво приподнятым подбородком. Приятное лицо с правильными чертами, лишь только начавшее терять четкие очертания, свойственные молодому телу, и светло-голубые глаза. Вот и все, что можно было сказать о ее внешности, так как от пят и до головы она была укутана в бесформенную многослойную одежду.

– Приветствую вас, леди, в нашем приюте скорби и немощи!

Ничего себе, приветствие! Словно на тот свет приглашает. Но я промолчала, так как любой ответ прозвучал бы нелепо и явно неискренне. Не говорить же ей, что я рада поселиться здесь до конца дней своих!? Прежде всего, мне необходимо собрать информацию, и уж затем, я надеюсь, когда меня оставят в покое, придет время все проанализировать.

Женщина кивнула каким-то своим мыслям.

– У вас есть сейчас какое-то пожелание?

– Есть, - прокаркала я пересохшим от жары горлом. – Хочу, чтобы меня развязали, дали воды и сводили в туалет.

– Куда? – светлые брови над голубыми глазами удивленно взлетели.

Я поморщилась. Ну, на самом деле, средневековье какое-то! Простых слов не знают.

– Облегчиться мне надо! – каркнула я еще раз, мысленно поморщилась от этого устаревшего и неприятного выражения, а затем добавила, уверенно кивнув: - Очень надо!

– Придется потерпеть, - невозмутимо ответила незнакомка, которая, кстати, даже не подумала представиться. Хотя, если это на самом деле что-то вроде сумасшедшего дома, то психи вряд ли запомнили бы имя его начальницы.

– Что? – до меня запоздало дошел ее ответ, и я неожиданно для себя разозлилась. Это она что, считает, что зов природы должен ее тоже слушаться? Да уж, самомнения у этой дамочки просто завались! Ну что ж, посмотрим! Что с сумасшедшего возьмешь!?

Я глубоко вздохнула и растянула рот в идиотской улыбке.

– Зачем терпеть? Я и здесь это прекрасно сделаю! Очень удобное кресло!

Женщина выпучила на меня глаза и замахала руками, пытаясь что-то произнести сиплым голосом.

Глава 3. Экстремальный "аттракцион"

Один-ноль в мою пользу! Вот что значит правильный подход к людям. Потихоньку начинают пригождаться уроки моего папеньки, на которые я раньше лишь отмахивалась. С другой стороны, с этим тоже нужно мне быть осторожней. Отец поучал меня со своей позиции «хозяина жизни», я же сейчас нахожусь в совершенно противоположной. И то, как бы хуже себе не сделать, хотя куда уж хуже, оказаться связанной в дурдоме!

Оказывается, с выводами я поторопилась.

После моей угрозы сделать пи-пи прямо на стуле, меня быстро развязала черноглазая «конвойная» и, получив от грозной начальницы сказанные шепотом указания, снова повела меня по коридорам, правда, спустившись перед этим на этаж ниже.

Вот тут уже и вправду впору было сказать «ой!».

Во-первых, в коридорах цокольного этажа оказалось значительно холоднее, чем на первом. И вдоль коридора, по которому меня вели, располагались… клетки! Вернее, задняя и боковые стены маленьких комнатушек были каменными, а вот передняя стена – решетчатая!

Внутри этих клетушек было темно, так как окон в них не было. Черноту этих мрачных холодных помещений разгоняли лишь небольшие, ярко светящиеся предметы величиной с ладошку, которых в каждой клетке было по три-четыре штуки. Возле них, держа как можно ближе к свету открытые ладони, сидели люди. Вернее, я видела лишь их силуэты да напряженные, подсвеченные красным и желтым, изможденные лица.

Заглядевшись на этот ужас, я споткнулась, едва удержавшись на ногах. Моя проводница обернулась, смерив меня внимательным испытывающим взглядом. Но я лишь сильнее сомкнула губы и, отвернувшись от клеток, потопала дальше. Стук моих каблучков гулко разносился под каменными сводами, и от этого я чувствовала себя еще более неуютно.

Опустив голову на свою громкую обувь, только сейчас заметила, что коридор понизу, вдоль решеток, выложен разноцветными светящимися кусочками неизвестного камня, поэтому идти было довольно легко, так как дорога тускло, но подсвечивалась.

И тут мне стало еще страшнее, неужели меня ведут в точно такую же темную каморку? Мертвенный холод скрюченными пальцами пробежался вдоль позвоночника, но я промолчала, лишь сильнее обняв себя руками, и так уже прижатыми ко мне длинными рукавами смирительной рубашки. Чем заканчиваются мои вопли и угрозы связями папеньки, я уже недавно убедилась на собственном опыте. Поэтому сейчас предпочла молчать и… наблюдать.

К моему неслыханному счастью, вскоре в конце коридора забрезжило белое пятно дневного света, и через некоторое время я ощутила легкий сквознячок, а чуть позже и уже не легкий. Пятно света расширялось и, наконец, превратилось в дверной проем, створки дверей которого были распахнуты настежь.

Вслед за своей провожатой я шагнула за порог, удивленно хлопая глазами. Слева в стене зияло закрытое слегка мутноватым стеклом большое окно, выходившее, судя по всему, на хозяйственный внутренний двор. Там рылись в пыли куры, хрумкали сено кони и бегали по каким-то лишь им ведомым поручениям бедно одетые мужчины и женщины.

На все это я лишь мельком обратила внимание, внутренне радуясь, что меня не оставили в одной из темных клеток. И все же меня, как ни странно, больше заинтересовал другой вопрос. Каким образом мы, спустившись на один этаж под землю, вышли снова на первый?