Гамбит Воскресенского, или Как я свергал Александра Лукашенко
Шрифт:
Ко всему прочему Бабарико имел образ добропорядочного вдовца, потерявшего любимую жену в результате несчастного случая.
Тогда ведь мало кто задумывался, что не просто же так в его компании стремительно возникла белорусская профессиональная флейтистка из Германии Мария Колесникова, с всегда ярко и призывно накрашенными губами, да еще столь неуловимо напоминавшая погибшую ранее супругу.
В общем, в души белорусов он запал, причем очень многим людям сразу. Никто не обращал внимания на то, что у него нет четкой программы, нет идеологии, нет политической истории, вообще ничего. Он просто импонировал своими человеческими качествами.
Когда я шел к нему в штаб, то был уверен, что Бабарико – настоящий «селф-мэйд-мэн». Ведь именно такой образ удалось создать его PR-команде. И получилось у них довольно хорошо. Если говорить сегодня, оперируя фактами, то Бабарико ни разу не являлся «селф-мэйд-мэном» и уж тем более – политиком. Он оказался самым обычным чиновником, назначенным сверху топ-менеджером филиала российского «Газпромбанка», не более того. Российские банкиры, судя по всему, тоже повелись на его коммуникабельность и компанейность да и усадили сюда рулить своими денежными потоками. Кстати, жестоко на этом обожглись. Ведь их избранник, как выяснилось далее, оказался откровенно нечист на руку. Это был серьезный кадровый просчет российской стороны. Позднее это признал в приватном разговоре с Лукашенко спешно приехавший из Москвы, дабы прояснить ситуацию, бессменный (на протяжении более 20 лет) руководитель «Газпромбанка» Андрей Акимов.
В результате российские партнеры, а точнее наниматели Бабарико, до последнего, то есть до его ареста якобы по политическим причинам, не знали, что их «эффективный топ-менеджер», свой в доску парень, взял да и «отладил» схему, позволявшую ему из денежных ручьев и потоков, протекающих через структуры вверенного ему в управление филиала сугубо российского банка, регулярно вычерпывать приличные объемы для себя, любимого. И это при официальном окладе в десятки тысяч долларов ежемесячно, возможности несколько раз в год отдыхать в морских круизах на яхтах, получая параллельно премии, надбавки, бонусы и прочие плюшки.
При всем при том кто-то решил его еще и политиком сделать, чем сослужил очень плохую службу этому человеку. Ведь с внешним миром он общался через кнопку коммутатора, секретарш и помощников, даже предпочитал ездить в отдельном лифте в своем головном офисе. А четверть века своей банкирской жизни и вовсе находился в состоянии своеобразного аполитичного анабиоза, не проявляя никакого интереса к политике.
Справедливости ради отмечу, что Бабарико в своей жизни хоть как-то трудился, пусть и не всегда праведно. И этот факт его здорово отличал от основной массы оппозиционных проходимцев, которые давно и прочно заняли нишу в публичной белорусской политике, официально при этом никогда не работая. Их миссия заключалась в рутинном освоении западных грантов (за что их справедливо называли «грантососами») под видом развития гражданского общества и декоративной борьбы «с кровавым режимом», находясь при этом в роскошных офисах в центре Минска. И так на протяжении без малого трех десятков лет.
Помнится, еще в преддверии президентских выборов 2010 года журналист и политик Александр Федута публично обвинил белорусскую оппозицию в системном разворовывании западных грантов. По его словам, «белорусская оппозиция коррумпирована ничуть не в меньшей степени, чем власть». О методах, способах и суммах разворованных средств Федута рассказал в беседе с журналистом «Белгазеты» писателем Виктором Мартиновичем. Раскрыл, так сказать, секрет Полишинеля.
В отличие от всех этих оппозиционных бездельников я к 2020 году был в политике уже 20 лет, и на одновременное с работой освоение политических технологий приходились не год и не два, а четверть века.
Первое мое участие в качестве сборщика подписей в поддержку коммуниста Василия Новикова выпало на 1994 год. Именно тогда состоялись первые президентские выборы в Беларуси. Однако коммунистам на них ничего не светило. Тогда в ходу была шутка из КВН образца 1991 года, пародия на Золушку в мужском исполнении:
– Добрый Фей, а можно я пойду на бал в костюме коммуниста?
– Можно, крестник Золушок. Конечно, можно.
– А коммунист на нас не обидится?
– А кто их сейчас спрашивает, мой славный, наивный Золушок.
Как бы там ни было, опыт реальной работы в политическом пространстве я тогда получил.
Шло время. Я последовательно принял участие еще в нескольких электоральных кампаниях, пройдя весь путь, начиная от волонтера, бригадира и сборщика подписей до руководителя кампании и кандидата. В итоге стал депутатом Мингорсовета, «столичного парламента».
Параллельно, повторюсь, пахал. Последовательно научился нести ответственность за семью, за бизнес, за подчиненных. Обеспечил достойную материальную базу для своих родных людей.
Я и сейчас и вижу, и слышу будто наяву, как мудрая моя жена Алеся минимум сто раз мне в том 2020-м не просто говорила – кричала: «Зачем тебе опять эта политика, Юра, куда ты снова лезешь?»
Но оставаться в стороне не мог. Чувствуя, как буквально закипает накачанное ковидной истерией и всеми этими «новыми медиа» (телеграм-каналы, блогеры, соцсети) общество, я понимал: сейчас или никогда. Ты не можешь отказаться от участия в происходящих вокруг исторических процессах, если рожден для политики.
К сожалению, исходя из политической интуиции, мне очень быстро стали понятны перспективы той «драки», в которую довелось ввязаться. Я понял, что власть уже измерила уровень популярности альтернативных кандидатов и сделает все, чтобы не допустить к старту самых проходных конкурентов. В связи с этим нужно было срочно переформатировать кампанию и разработать пошаговый план действий, предусматривающий различные сценарии.
В начале мая 2020-го я заявил в своем «Фейсбуке»* о том, что Виктор Бабарико и Валерий Цепкало (еще один оппозиционный кандидат) «не будут зарегистрированы в качестве кандидатов в президенты с вероятностью 100 %, а Светлана Тихановская (второй по популярности оппозиционный кандидат после Бабарико, к которой автоматически перетекла популярность ее мужа – блогера Сергея Тихановского) – 50 на 50».
Прогноз полностью сбылся. Но тогда никакой реакции на эти пророчества со стороны моих соратников не последовало. Меня не слушали и пренебрегали всеми советами. Теперь я понимаю почему. Они были неспособны ни к анализу политической обстановки, ни к оценке последствий принимаемых решений. Если вкратце, я абсолютно уверен: все худшее, связанное с выборами, что произошло в 2020 году в нашей стране, случилось в первую очередь из-за Бабарико, Цепкало, Тихановской, Колесниковой, и их ближнего круга – поражающих своей некомпетентностью случайных людей, вдруг возомнивших себя политтехнологами. А ведь максимум из того, что они умели делать достаточно качественно, – организовать шоу и весело выкрикивать завет покойного Фредди Меркьюри, очень плохо закончившего свою пусть и яркую, но абсолютно беспутную жизнь: show must go on.
В переломный исторический период мы имели дело с аниматорами, нарядившимися в серьезные одежды вершителей будущего, и политическими клоунами, спрятавшими ненадолго свои парики и накладные красные носы. Какой же это был отвратительный цирк!
В принципе, когда в политику попадают люди, чтобы покрасоваться и подзаработать, то они там наворачивают почище слона в посудной лавке. Это, может, грубовато, но я как человек, видящий все происходящее изнутри, имею право так говорить. В книге я еще отдельно прорисую некоторые портреты этих персонажей, которых ныне иронично называют наивными эльфами, любителями розовых пони, трех бокалов просекко и тыквенных капучино.