Чтение онлайн

И, как бы ни было смешно, это я должен был получить у него визу, а не он у меня. Однако ситуация теперь повернулась кардинально. Я стал выше на ступень и даже сам не понял, как у меня получилось провернуть это настолько быстро.

— Заедем в офис? — предложил он. — Есть у меня некоторые умельцы…Вот сам заедешь и глянешь.

Я согласился. Мы, фигурально выражаясь, пожали руки.

Когда машина слабоватого авторитета зашуршала шинами по бездорожью, меня посетило легкое чувство волнения. А стоило увидеть деревянный частокол Кирилла Петровича, как сердце неприятно екнуло. Миг — и дорогу преградило дерево, а потом наше авто окружили.

— Рука вверх и нэкакого лишних движений! — смугловатый паренёк в ярко-оранжевой бандане наставил на нашего водителя пистолет.

Более того, гостей оказалось не меньше десяти человек. И всё как один вооружённые, злые и просят позолотить ручку.

Кириллу Петровичу такой расклад событий крайне не понравился. Он шикнул водителю, магу ледяного поддува, чтобы тот не вздумал открывать машину или окна. А я тем временем с любопытством наблюдал за хрупкой девушкой, которая с менее хрупким ружьём застыла по ту сторону стекла.

И гневно на меня смотрела, то и дело опуская и поднимая своё оружие. Кажется, для неё оно было слишком тяжёлое.

— Что делать будем? — я чуть потянулся вперёд, привлекая к себе внимание Кирилла Петровича. — Вооружённое нападение, я прав?

— Прав-то прав, — прохрипел недовольный боров. — Но пришли они за тобой, насколько я понимаю.

— А может и нет, — пожал я плечами и тут же вернулся на своё место. — Вдруг, за вами?

Тогда, я еще не понимал, насколько был прав.

А секундой позже посмотрел на дверцу, нашёл небольшой рычаг, которым, судя по всему, можно было открыть окно, и под неодобрительный взгляд Кати начал его крутить.

На меня зашипели все и сразу. Даже водитель, который не особо разговаривал, а только дул.

— Ты что творишь, Шаман?! — если бы жирная тушка Кирилла Петровича могла позволить ему делать резкие движения, он… он бы определённо развернулся и задушил меня ремнём безопасности. — А ну-ка, закрой!

— Я сейчас всё решу, — обнадёжил присутствующих я, продолжая опускать стекло.

Ручка, кстати, крутилась крайне тяжко, словно я пытался сдвинуть с места бронестекло. И оказалось, что так оно и было! Когда оконце чуть приоткрылось и появилась маленькая щель, я смог оценить толщину стекла. И не мог не задать вопрос водителю: не жалуется ли он на плохое зрение, как это делали водители Сталина.

Тот что-то просвистел, меня обдуло ветерком, и я повернул голову к той самой девчушке с ружьём.

Яростные карие глаза. Пухловатые губы, русые волосы и боевой настрой. Но вот одета она как-то не по-боевому. Какое-то красно-зелёное платье, что почти не скрывало колен, корсет, подчёркивающий её грудь-двоечку, и золотое кольцо в носу. Аки бычок, честное слово.

— Что надо? — грозно спросил я. — Мелочи нет, машину мыть не надо!

— А ты, как я посмотрю, шутник? — у девушки, в отличие от её приматов-братов, никакого акцента не было. — Выходи из машины, покумекаем.

Ого, какие выражения знает.

— Подписи не собираем, строить храм не планируем. Брысь отсюда, немытые.

От таких слов её аж перекосило.

Петрович между делом хихикнул, а Катя заулыбалась. Я же повернулся обратно к «авторитету» в юбке и задал вполне адекватный вопрос. Точнее, правильный, как по мне.

— Их десять человек. У троих — пистолеты, у этой макаки — ружьё, у остальных — винтовки. Сумок не вижу, обойм тоже. Значит, патроны только фактические. Сколько зарядов?

Кирилл Петрович посмотрел на меня как на что-то безумное. Закашлялся, почесал пятнадцатый подбородок и спустя пару секунд родил:

— У девчонки, которая тебя то ли убить этим ружьём хочет, то ли засунуть куда поглубже, «Фусил». Он самозарядный.

— Это у которого в патроне порох?

Монеткин позволил себе вдоволь рассмеяться.

— Кто использует порох, боже? — заулыбался он. — Нет! Внутри патрона порошковый макр, который и даёт пуле вылететь. Если у неё и есть карманы в этом… — он заулыбался, а его поросячьи глазки заблестели, — сексуальном костюме, то не больше трёх. Они большие, такие нужно в специальной сумке нести. А вот остальные…

Он, тыча пальцем в каждого из цыган, расписывал их снаряжение. Двое оказались с пугачами, у которых слишком маленькое дуло. Двое — со сбитыми курками, и это больше походило на муляжи, а вот остальные явились с пистолетами посерьёзнее.

— Пистолеты настоящие, это точно. Но я не думаю, что они заряжены.

— Не проверю не узнаю, так?

— А как ты это проверять собрался?

Я всем вниманием вернулся к смугловатой красавице, готовой смешать и сожрать меня с дерьмом.

— Понимаешь, в чем дело, Кирилл Петрович, — протянул я. — В мире есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно. Как горит огонь, — я повернулся к девице, что явно слышала, о чем я говорил, — как индус катается на поезде и…

Не знаю, почувствовала она загривком или каким-то иным способом, но рот раззявила будь здоров. Ого! А зубки-то какие…Ровные, белоснежные…

— Как цыган кушает конину!

Последнее я проорал так, что никто из этой десятки не мог не услышать этого оскорбления.

Девушка сделала два шага назад и чуть ли не в упор разрядила своё орудие. Я машинально зажмурился, но бронестекло на то и бронестекло, чтобы выдерживать подобное. Правда, стрельба загрохотала и в других направлениях.

Я добивался простого: чтобы эти попрошайки изрядно нашумели и привлекли внимание охраны «резиденции» Монеткина. И у меня в целом получилось. Только вот у девчушки патроны оказались в загашнике за спиной. Эта амазонка то и дело быстро перезаряжала ружье и палила, попадая то в дверь-стекло, то в землю.

Мда, совсем ей, видать, с таким оружием тяжко.

— Как же ты на коня запрыгиваешь, если сил нет ружье в руках держать? — я продолжал поддерживать провокацию. — Или когда ты его ешь, силы уходят в сиськи?

— Убью! — завизжала она, занимаясь пустым переводом патронов.

Первые выстрелы со стороны частокола раздались спустя пару минут. Первые потери в лице попрошаек начались ровно в то же время. Я же вышел из машины, когда девчонка отвлеклась на перестрелку впереди, выронила мешочек с патронами и принялась их очень быстро собирать.

Неумеха положила на землю ружье и хаотично зашарила по земле руками, выискивая драгоценные патроны. Кирилл Петрович из авто и носа не показал, так боялся, боров трусливый, за свою откормленную шкуру.

Впрочем, учитывая его «толстую кость», пуля вряд ли пройдёт все эти жировые запасы.

Согнувшись и ползая по земле, девушка что-то бормотала себе под нос, словно вспоминала проклятия, и даже не заметила нависшей над ней тени. Моей тени.

Когда до неё дошло, что рядом стоит чужак или даже враг, она и сделать-то ничего не успела. Положила руку на приклад винтовки, а я наступил на ствол, не давая поднять хрупкой девице и без того тяжёлое ружьё.