Чтение онлайн

— Как мастер Штейнман сообщит нам о том, что настал наше время? — спросил я у Альберта. До этого данная сторона вопроса не представлялась мне важной, ложась целиком на плечи ливонца.

— Я почувствую его сигнал и скажу вам. Что-то вроде горна, только неслышимого ни для кого, кроме меня.

Я покачал головой, выражая свое отношение к такой магии, и в очередной раз — наверное, сотый — проверил пистолеты. Это занятие успокаивало меня, заставляло собраться, быть готовым действовать в любой момент.

— Зебальд, проверь мастера Зольгера, — сказал Себастьян, в очередной раз забирая все наши ставки. Ему удивительно везло в карты и притом абсолютно честно, без шулерства.

Сержант решил было возмутиться, но потом прикинул, что из нас он самый младший и по возрасту, и по званию. Он покорно поднялся и вышел за дверь, в коридор, который вел к лестнице на первый этаж.

— Долго еще ждать? — спросил Люблер, раздавая карты. — Уже и день на исходе.

В распахнутое узкое оконце падали последние лучи заходящего солнца. Видимый нам участок неба был окрашен закатом в багровые цвета. Наверное каждый посчитал это дурным предзнаменованием, но поостерегся сказать об этом вслух, не желая прослыть трусом.

На городских улицах было тихо, изредка доносился шум играющей в свои забавы детворы или проходящего патруля ночной стражи, готовящегося к исполнению своих обязанностей. Когда часы на городской ратуше пробьют девять часов, горожанам будет запрещено появляться на улицах и каждого преступившего этот приказ ждут долгие разбирательства с городской стражей.

Скрип двери заставил всех нас вздрогнуть. В комнату ввалился обеспокоенный Зебальд:

— Вставайте, мастера Зольгера нет в зале!

Мы немедленно вскочили со своих мест, оставив недоигранным карточный кон. Каждый потянулся за своей амуницией — проверить, одеть, прикрепить к поясу, зарядить или сунуть в ножны.

Начинался предварительный этап нашей операции. В течение него мы должны будем узнать у хозяина гостиницы номер комнаты, в которой расположился некромант, и собраться у двери в нее. Потом мастер Штейнман протрубит в свой горн в голове у Альберта и мы ворвемся в комнату, чтобы надрать задницу некроманту.

Зал гостиницы был почти пуст, лишь несколько горожан сидели за столом, негромко переговариваясь. Мы заняли свои места у лестницы, Себастьян подошел к хозяину таверны.

— Вторая слева комната, — сказал фон Вормсвирген, возвращаясь к нам. — Будем надеяться, что он не слышал, как наше стадо прогромыхало доспехами и оружием мимо его комнаты и вниз по лестнице.

Несмотря на то, что мы спускались в зал как можно тише, Себастьян не мог оставить наши действия без своего комментария.

— Ждем сигнала, — сказал Альберт, и мы расселись за столом.

Прошло четверть часа, обеспокоенный чародей потирал руками виски. Сигнала не поступало или он не мог его услышать. Впрочем, и то, и то не предвешало нам ничего хорошего.

— Все в порядке? — поинтересовался у него я. — Мы можем тебе чем-нибудь помочь?

В ответ Альберт протянул мне свой пустой кубок и я наполнил его вином. Осушив его, лифляндец попытался успокоить себя и нас:

— Возможно в комнате происходит что-то важное и мастер Штейнман не считает наше вторжение подходящим.

Себастьян с сомнением пожал плечами. Мы ждали. Минуло еще четверть часа, затем еще.

— Хватит сидеть, — сказал фон Вормсвирген. — Возможно, мастер Штейнман из-за происков некроманта не может связаться с нами. А пока мы здесь сидим, Зольгеру может угрожать опасность.

— И что ты предлагаешь? — спросил я.

— Мы сейчас идем наверх и врываемся в комнату мага. Будем действовать по собственному усмотрению.

— Нет, — твердо возразил я. — Мастер Штейнман приказал нападать только после его сигнала, иначе некромант будет слишком силен, чтобы мы могли противостоять ему.

— Маг может сбежать и наше задание окажется невыполненным, а мастер Зольгер мертвым.

— Я все равно против.

— Как руководитель нашего отряда, назначенный мастером Болем, я приказываю незамедлительно перейти к действиям.

— Я отказываюсь подчиниться! — парировал я. — Я капитан ганзейской роты, и подчиняюсь непосредственно Ульриху Дункелю, а твои приказы не имеют надо мной власти.

— Мастер Боль передал тебя под мое командование! — Себастьян повысил голос. — Ты обязан выполнять мои приказания!

Мы начали орать друг на друга, заставив горожан еще ниже пригнуться к столу, уткнувшись в кружки с пивом при виде ссоры двух благородных господ. Себастьян, вскочив, схватился за меч, я положил руку на пистолет, лежавший рядом со мной на скамье.

— Тихо! — спокойным голосом сказал Альберт, ткнув меня кулаком в бок. — Остыньте оба. И говорите тише!

Мы замолчали, переводя дыхание, и разъяренно смотря друг на друга. Зебальд и Конрад подавленно взирали на нас, не ожидая раскола в нашем отряде, казавшимся со стороны незыблемым. Мне хотелось надеяться, что уж Конрад-то точно был на моей стороне.

— Себастьян прав, Дитрих, — продолжил Альберт. — Он действительно глава нашего отряда. Мастер Боль назначил его и потребовал от всех нас подчиняться его приказам, если ты помнишь.

Естественно, я-то помнил, но не хотел признаваться в этом. Себастьян постоял немного, остывая, затем на его лицо вернулась обычная улыбка:

— Ладно, забыли. Сейчас мы пойдем наверх и сломаем этому некроманту пару-другую ребер. Все готовы?

Мы осмотрели каждую деталь своей амуниции и кивнули Себастьяну.

— Наверх, — выдохнул фон Вормсвирген и первым двинулся к лестнице.

Магическое зеркало, созданное мастером Штейнманом, покоилось в центре стола в зале собраний бременской ратуши. Четверо членов Верховного Магистрата Ганзы расселись так, чтобы всем было видно изображение, отражаемое в колдовском предмете.

Зеркало было изготовлено Фридрихом Штейнманом и тремя его подмастерьями из цельной серебряной пластины и стояло на толстой ножке из того же металла. Обратную его сторону, как могли убедиться все желающие, покрывали таинственные знаки и символы, нанесенные главным ганзейским магом.

Сейчас поверхность зеркала не отражала ничего, помимо собравшихся в зале людей, части столешницы, кресел и плотно прикрытой входной двери.

— Неужели это может показывать происходящее за много лиг? — шепотом спросил мастер Николаус у сидевшего рядом Ульриха Дункеля.

Губы Фридриха Штейнмана дрогнули, но чародей сдержал улыбку, не подавая и вида, что расслышал вопрос. Мастер Дункель лишь молча пожал плечами, никак не выражая своего отношения к происходящему.

В залу вошел мастер Боль, несущий чернильницу, перо и бумаги, с которыми не расставался никогда. Кивком приветствовал всех и сел рядом с магом.