Чтение онлайн

Я, подумав, согласилась. Раз уж мне настолько комфортно рядом с этим мужчиной, то кто я такая, чтобы от этого отказываться?

— Уфф, — я отвалилась от стола. — Извини за манеры, но это очень вкусно.

— Я поэтому тебя сюда и привел, — Никульчин усмехнулся и отпил воды из принесенного официанткой стакана. — Здесь хорошо готовят мясо. Мороженное, кстати, тоже делают здесь.

— Что ж, — улыбнулась. — Буду забегать сюда иногда.

Мужчина, сидевший напротив меня, опустил взгляд.

— Мне было бы приятно… приглашать тебя сюда… иногда, — с каким-то странным усилием сказал он.

Я тут же посерьезнела.

— Анатолий Григорьевич, — отозвалась я. — Хочу предупредить, что я против служебных романов и иже с ними. Я вообще против того, чтобы в бизнес закрадывались какие-то личные отношения.

Мой шеф кивнул и все же посмотрел на меня.

— Не скажу, что я доволен этим фактом, но я приму к сведению такую твою позицию, — сообщил он. — Но все же позволь мне иногда приглашать тебя куда-нибудь… по-дружески.

Я только фыркнула.

— Боюсь, что в ближайшее время у нас будет столько работы, что времени на приглашения у тебя не останется, — со смешком высказалась я.

— Это твой план по устранению неугодных поклонников? — Поднял он брови.

— Кто знает, — повела я плечами.

До дома Никульчин меня все же сопроводил, плетясь за мной на своей машине. Уехал только тогда, когда убедился, что я закрыла за собой калитку. Я тихо рассмеялась. Несмотря на усталость, настроение было отличным. Нет, я не собираюсь скатываться до флирта с шефом, но знать, что ты приятна человеку, который и тебе приятен — это, как минимум, греет душу.

Но на следующий день отчего-то заходить в кабинет шефа мне было не ловко.

— Доброе утро, — все же поздоровалась я, наткнувшись на внимательный взгляд карих глаз. — Там Дэн говорит, что кто-то камеру у теплицы сломал.

Улыбнувшееся было начальство тут же подскочило на ноги и рвануло мимо меня к двери.

— Извини, — догадался он попросить прощения за то, что сдвинул меня в сторону.

Я же несколько раз хлопнула глазами, прежде чем поняла, что этот мужчина просто аккуратно (но в долю секунды) переставил меня с места на место, слегка приподняв над полом. Это он… сильный такой? Он же весь день в кабинете, где ж он так…? Или дома у него тренажерный зал имеется?

Покачав головой, я отправилась в маленький кабинетик, где сидел мальчик. Когда я заявилась туда, то Никульчин уже склонился над монитором и внимательно следил, как неизвестный мне мужчина в сумерках уже подходит к камере и бьет по ней лопатой.

— Это Солоницын, — пробормотал шеф. — И зачем ему это делать?

— Денис, покажи это же время на тринадцатой. Там зеркало стояло, которое должно было перекрыть периметр, — припомнила я.

Мальчик послушно переключил изображение и в отражении выпуклого зеркала мы увидели, как мужчина забирает какие-то ящики.

— Ворует? — Сразу предположила я.

Анатолий Григорьевич в ответ достал телефон.

— Игорь? Солоницына ко мне, — распорядился он и посмотрел на меня несколько виновато. — Тина, поприсутствуете?

— Конечно, — быстро закивала я.

— Дэн, сбрось это видео мне на почту, — велел Никульчин и вышел из каморки.

— Дэн, ты — молодец! — Похвалила я мальчишку, потрепала довольного ребенка по вихрастой голове и отправилась за начальством.

Вредителя Игорь доставил в кабинет шефа уже через десять минут. Причем под глазом у этого Солоницына наливался свежий фингал, а Игорек, скромно потупившись, крепко держал того за плечо.

— И зачем? — Прищурился Анатолий Григорьевич.

— Что «зачем»? — Попытался отвертеться расхититель чужого добра.

— Семен, ты только одну камеру сломал, а не все разом, — шеф злой, как одинокая бухгалтерша на безалкогольном корпоративе, развернул к нему монитор компьютера и прокрутил видео, где этот самый Солоницын тырит ящики. — Поэтому я и спрашиваю… зачем?

Не очень умный вор с обидой выпятил губу и, выдернув свою руку из захвата Игоря, принялся рассказывать о том, как несправедливо устроен этот мир. Почему кому-то достается все, а кому-то ничего? Он просто взял немного, а тут уже конец света устроили! И вообще, он увольняется с этой богадельни.

— Анатолий Григорьевич, можно вас на минутку? — Я поманила шефа в свой кабинет и тот, бросив тяжелый взгляд на Солоницына, отправился за мной. — Эмм, что вы хотите делать с ним дальше? — Я уперла руки в бока.

— Надо будет его рассчитать и уволить, — пожал он плечами.

Я покачала головой.

— Надо вызвать участкового, — предложила. — Я уверена, что он не один тут такой, а потому надо бы с ним предметно поговорить на этот счет.

— Бесполезно, — шеф даже слушать мои размышления не стал. — Сейчас участковым тут работает его отец, и никто разбираться ни в чем не будет.

Я приподняла брови. Мда, как-то я не учла такую реальность происходящего в поселке.

— Но допросить его надо, — уперла я руки в бока.

— Надо. Но как? — Никульчин нахмурился.

Я только хмыкнула и взялась за телефон.

— Старший брат моей подруги работает в одном управлении, так что сейчас все организуем, — пояснила я, выискивая нужный мне номер.

Две спец машины подъехали к зданию уже через сорок минут. Все это время Игорёк удерживал Солоницына в кабинете шефа, хотя тот так и норовил куда-нибудь сбежать. Я вообще подумала, что он в окно выпрыгнет, когда послышались сирены.

За последующий месяц мы нашли еще семерых нечистых на руку сотрудников. В этом деле очень полезной оказалась Анна Николаевна, которая знала всех и вся и быстро набрасывала возможные цепочки взаимодействия воришек, ведь все сплетни и слухи в поселке каким-то образом стекались именно к ней.

А еще я побывала-таки в столовой, где попробовала то, чем кормят местных работяг и скривилась. Кормили здесь настолько… невкусно, что я поняла отчего моя соседка встает в несусветную рань, чтобы собрать мужу судочки с едой на работу. Пришлось заняться и этим вопросом. Для этого я поговорила с Аней, что владела «Ридикюлем» и узнала, что у них уволилась повариха, которой не подходил график работы в вечернее и ночное время. Ей бы вечером с внуками водиться, а не в ресторане возиться с едой. Повариху мне пришлось посетить лично, так как на незнакомые номера она не отвечала (дети запретили) и переговорила с ней. Женщина, подумав, согласилась у нас работать за ту же зарплату, что и в ресторане.

В общем, месяц выдался насыщенным и продуктивным. Анатолий Григорьевич приглашал меня еще пару раз отужинать, но дальше этого не заходил, хоть определенные знаки внимания и проявлял. Я же старалась не реагировать, мило улыбалась и была доброжелательна. Не зря я столько лет в «мужском» бизнесе провела, отшивать я умею мягко и безболезненно, сохраняя видимость доброжелательности.

А вот поведение Дэна меня беспокоило больше. Он вдруг решил, что я — вовсе неплохая партия для его отца. Это я поняла не сразу, а только тогда, когда парень сначала пригласил меня к ним в гости (я отказалась), и потом притащил свою десятилетнюю сестру, чтобы познакомить нас. Тогда-то я и догадалась, что это немного ненормально. Нет, я его пару раз по трассе на «Нюсе» покатала и печенье ему и шефу иногда заносила, потому что кто-то банально забывал пообедать, но такой реакции точно не ожидала. Пришлось разговаривать с мальчиком напрямую.