Гардемарины
Шрифт:
Г ребцы недоумевающее смотрели то на него, то на друг на друга. Это было что-то вне их понимания. Как первокурсники могли победить асов, зубров, зверей гребного дела? С берега неслись приветливые крики зрителей, девушки размахивали легкими платочками, приветствуя шлюпку номер тринадцать – победителей соревнований.
– Победу в гребных соревнованиях одержала шлюпка номер тринадцать 21-ой буки роты! – раздалась информация в мегафон с ПСК.
– Кричали девушки ура и в воздух трусики бросали! – пошутил Дима Осипов.
Глаза курсантов дружно уставились на причалы, разыскивая девушек глазами – никто из девушек трусиков не бросал. Все дружно рассмеялись, и командир вместе с гребцами.
– А теперь, братцы, покажите мне ваши руки! – скомандовал уже спокойно командир шлюпки.
Все дружно вытянули свои руки вперед и рассмеялись – у всех на руках были кровавые полопавшиеся мозоли. Только теперь Леша почувствовал боль в ладонях, с которых кожа слезла и виделись пузыри.
Где-то наконец финишировала сборная училища и другие отставшие шлюпки.
– Весла на воду! – скомандовал командир шлюпки.
Шлюпка номер тринадцать не спеша взяла курс на шлюпочную базу.
На берегу командир шлюпки что-то горячо обсуждал с адмиралом Катышевым и командиром шлюпки сборной училища, который почему-то считал, что шлюпка номер тринадцать злостно нарушила правила соревнований.
– Не надо было так близко к нам подходить, Леша! – горячился мичман. – Вы нам сами срезали корму! Я вас даже не видел. Я же сидел спиной к вам! – и помахал рукой своей жене, пришедшей его встречать и поздравлять с очередной победой, – конечно, обидно проигрывать салагам, вот ты и ищешь себе оправдание! А виноват сам!
Адмирал Катышев примиряюще улыбался и хлопал по плечу командира сборной училища.
– Он прав! Вы проиграли!
На торжественном построении их мичману вручили хрустальный переходящий приз за победу на гонках. Приз командир передал сразу на руки командиру роты капитан-лейтенанту Иванову.
– До следующего года вы чемпионы училища!
Адмирал Катышев сказал, что это первый случай, когда в шлюпочных гонках победили курсанты первого курса.
Хотя все гребцы шлюпки номер тринадцать понимали, что это не их победа, а победа их командира и они были очень благодарны ему за учебу.
Мозоли на руках Леши горели и болели.
Медсестрички из санчасти сразу смазывали всем гребцам чем-то руки, и перевязывали их бинтами.
Приз, заработанный за шлюпочные гонки, потом стоял в ротном помещении 21-буки до следующего года, а украшением на груди всех гребцов стал значок 2-ого разряда – честно заработанный в соревнованиях.
Больше в таких соревнованиях Леше участвовать не пришлось, а ротная шлюпка того состава больше никогда на таких соревнованиях не выступала, хотя ежегодные соревнования были. Но на призе, хрустальном кубке с металлической медной пластинкой, впервые в истории училища был выгравирован номер 21-ой буки роты первого курса среди других записей рот старших курсов.
Память о тех соревнованиях осталась в Лешиной памяти надолго, как и любовь к шлюпочным гонкам.
– Побеждают не руки и мускулы, а голова! – вспоминал он потом изречение того мичмана из той победной шлюпки номер тринадцать.
Во время службы уже офицером Леша любил смотреть на шлюпочные соревнования в Севастополе. Ему очень нравилось, когда весь Севастополь собирался посмотреть на красивые и принципиальные гонки команд военно-морских училищ «Голландии» и Нахимова. Команды кораблей в этих соревнованиях всегда оставались где-то позади, а впереди были всегда курсанты.
– И-и-и-и-и-и-и-и – раз! И-и-и-и-и-и-и – раз! – разносилась такая знакомая команда на весь Севастопольский рейд. И Леша с грустью вспоминал тот осенний, победный для него, Петергофский рейд.
Глава 4. Случай на параде …!
На параде, на параде – флот воздушный в небесах, Стало душно тете Наде в длинных байковых трусах!
Фотография Володи Дмитриева
Парад – торжественное прохождение войск и военной техники, реже – различных коллективов, организаций, движений или партий. Парады проводятся, как правило, в дни официальных праздников, торжеств государственного и военного значения, а также после завершения крупных военных учений, манёвров.
В Советском Союзе, в Москве, на Красной площади военные парады проводились дважды в год – на первое мая и на седьмое ноября – в дни самых значимых государственных праздников. В то время на параде моряков представляли курсанты (по выбору руководства) одного из высших военно-морских училищ и нахимовцы.
В отличие от других войск академий, училищ и войск Московского гарнизона моряки-курсанты ВВМУ проходили не с автоматами и не с кортиками, а с карабинами СКС (самозарядный карабин Симонова). Неподготовленному в военном деле человеку и не посвященному в тонкости военной строевой подготовки невозможно понять, в чем здесь сложность. Но посвященный в военное дело человек сразу скажет, что с карабинами в положении «На плечо» на параде идти гораздо сложнее, нежели с автоматами в положении «На груди». Так как при прохождении с автоматами шеренги смыкаются, и каждый участник чувствует поддержку плеча товарища и получается, что проще выравниваться в шеренгах, что значительно упрощает прохождение и равнение. С карабином же в положении «На плечо» идти и самое главное держать равнение гораздо сложнее, чем с автоматом, так как плечо товарища не чувствуешь, а постоянно идет отмашка правой рукой, а на левой руке, сжатой в локте, постоянно чувствуется тяжесть карабина – весом почти в четыре с лишним килограмма. То есть каждый идет сам по себе и равняется не по плечу товарища, а на глазок на соседей только справа. А так как равнение должно быть не только в шеренгах, но и по диагоналям, и в рядах, то от положения каждого зависит равнение всего строя и всего морского полка.
В Москве, когда на прохождение смотрит высшее руководство страны и армии – это является, пожалуй, самым важным элементом парада.
В 1967 году курсантов первого курса ВВМУРЭ имени Попова привезли в начале марта в Москву готовиться к первомайскому параду. К этому времени курсанты уже считали себя более или менее подготовленными «парадниками», так как отрабатывали прохождение с момента поступления в училище. Отрабатывалась каждая шеренга, отдельно отрабатывался каждый курсант в шеренге, отрабатывались общие строи батальонов. Наиболее неспособные и низкорослые курсанты были сразу забракованы еще в ходе подготовки и переведены в так называемый «обоз», то есть не участвующих в параде.
В Москву поехали два батальона – одиннадцать шеренг первого батальона и одиннадцать шеренг второго батальона по двадцати одному человеку в шеренге. Одиннадцатые шеренги и двадцать первые курсанты в шеренгах – запасные. Пройдет две коробки, каждая десять на двадцать. В первый батальон, руководимый начальником второго факультета капитаном первого ранга Шульцем, вошли курсанты трех рот факультета радиосвязи и одной роты вычислительного факультета, а во второй батальон, возглавляемый начальником первого факультета, вошли курсанты четырех рот радиотехнического факультета.