Чтение онлайн

Змей замер, но лишь на мгновение.

Он всегда рассчитывал на себя, даже когда надежда утекала, как песок сквозь пальцы. Рептил-мутант рванул прочь, но течение становилось все сильнее, тянуло его — словно невидимыми щупальцами. Гигантские пасти фильтраторов сияли огнями, а глубоко в горле этих чертовых монстров вращались измельчители.

Острые, тонкие, они двигались с пугающей скоростью.

Мусор превращался в труху, едва попав на них.

Змей знал, что это цикл переработки.

Отходы измельчаются и утрамбовываются в брюхе стальной рыбины. Затем прессуются в стандартные брикеты, которые роботы-фильтраторы выдают в пунктах приема. Получаются дешевые стройматериалы.

Змею совершенно не хотелось, чтобы его кости стали частью стены какого-то бюджетного коттеджа.

Одна из рыб пронеслась рядом, и Змей содрогнулся от низкого, вибрирующего гула ее двигателей. Стальной корпус сужался в хвост и оканчивался перистыми плавниками, которые сыграли с рептилом злую шутку. Рыбина взмахнула хвостом — поднялась волна и отбросила Змея. Кувыркнувшись, он ощутил мощное влекущее течение.

И увидел приближающуюся пасть.

Змей разглядел ее изнутри: острые лезвия, яркий свет, хищная безмолвная утроба, жадно пожирающая все подряд. Лезвия встретят его через пару секунд. И с чудовищной силой потока невозможно бороться.

«Чертова железная килька!» — подумал он, глотнув отвратительную воду.

Кислую, горькую, резкую.

Он понял, что не успеет всплыть.

Поток нес его прямо к смертоносной мельнице. Плащ затрепыхался и потянулся вперед, Змея резко завертело, перевернуло. Он попытался развернуться, но ничего не вышло.

Панически забился — крокодилий хвост рассекал воду. Но ничего не помогало — Змея продолжало тянуть с чудовищной силой!

Воронка оказалась уже совсем близко — но Фортуна в последний момент вспомнила о своем любимце. Уже влетая в круглый рот механической рыбины, ему чудом удалось зацепиться когтями за внешний контур. Змей раскорячился, упираясь руками и ногами, а его плащ полоскался в водных потоках и норовил угодить в измельчитель.

Бешеная круговерть лезвий сулила ужасную, но быструю смерть.

Нехватка кислорода убивала медленно и очень мучительно.

Робо-рыба вдруг шевельнула хвостом, подстраиваясь к течению. Предательский толчок стряхнул Змея с опоры. Он потерял равновесие и сорвался в пасть…

Еще секунда, мгновение, смерть.

Он зажмурился, принимая неизбежное. Но не погиб. Гул внезапно утих, а лезвия замерли. Вибрация исчезла. Сенсоры в глотке рыбы забили тревогу — голубые лампочки изменили цвет, вспыхнули красным. Машина остановилась, процессоры пытались вычислить: что за странный объект попал внутрь? Животное или разумное существо?

Радоваться благополучному исходу Змей уже не мог — в легких полыхал нестерпимый пожар. От нехватки кислорода в голове нарастало давление. Еще немного, и мозг просто разорвется.

Паника — вот ощущение, которое командовало им.

Оттолкнувшись от застывших лезвий, Змей рванул прочь из смертельной ловушки. Стальные пластины рыбьего корпуса послужили опорой для нового толчка. Он греб всеми руками и ногами, поднимаясь вместе с пузырями воздуха, исходящего от машины. Хвост работал без остановки, мускулы горели жестоким огнем, болью, жаждой выживания.

Один мощный рывок — еще один — и он вырвался на поверхность!

Первый глоток воздуха — новая порция боли, но она начала быстро проходить.

Змей дышал так, словно впервые ощутил, что такое свобода.

Живой. Все еще живой.

Под ним, там, в глубине, проплывали громоздкие силуэты рыб-фильтраторов.

Эксцесс устранился сам собой. Они продолжали работу.

Едва отдышавшись, Змей бросил взгляд на берег. Его укрепляли бетонные плиты, а выше сверкали на солнце небоскребы.

Надо плыть.

Собрав остатки сил, Змей поплыл к берегу, его хвост продолжал рассекать воду, добавляя хозяину скорости. Но каждая последующая секунда давалась тяжелее, вода казалась гуще, чем минуту назад. Однако он, упрямо стиснув зубы, продвигался к цели.

И, наконец, добравшись до берега, Змей с изнеможением рухнул на грязный бетон. Мокрая одежда отяжелела и мерзко липла к коже, хотя через слой чешуи это ощущалось не так сильно. Сейчас он чувствовал себя настоящей ящерицей. Перевернувшись на спину, глубоко вдохнул и зажмурился от яркого солнца.

Рядом прошелестел полиэтиленовый пакет — ветерок согнал его вниз по укрепленному берегу прямо в реку.

«Такими темпами, рыбинам хватит работы на сотню лет», — мрачно подумал он.

Но экология — последнее, что его сейчас заботило.

Змей проиграл битву, но не войну.

— Да вы издеваетесь! — выпалил я, когда грузчики начали заносить.

— Никакой ошибки, — сказал бригадир. — Доставка заказана на ваш адрес и в примечаниях указано «избушка на курьих ножках». Так что извиняй, мужик.

Он добавил сочувственный вздох, а я поморщился, но приложил палец к окошку на планшете, подтверждая получение.

— Сколько тут? — мрачно уточнил я, глядя на бесконечную вереницу коробок.

— Две тонны, — выдохнул бригадир.

Меня словно парализовало, лицо окаменело, а живая рука похолодела. Мозг просто отказался поверить, что такое возможно.

ДВЕ. ТОННЫ. ШМОТОК.

Это сколько на каждую? Больше, чем по триста кило?

Триста килограммов одежды на бабу!

Да я их, к чертям, в спецовки наряжу! Чертовы промотчицы! Да с такими аппетитами всего золота в мире не хватит, чтоб им хватило хотя бы на месяцок!

Пока я мысленно укладывал всех своих девиц на плац и заставлял отжиматься до потери пульса, пара рабочих решила устроить перекур. Один из них флегматично искал что-нибудь интересное в коммуникаторе.

— Ого! — воскликнул он и показал экранчик товарищу. — Ты смотри, у нее на башке лианы! Никогда таких баб не видел!

ЧТО?!!!

Я стремительно приблизился и схватил запястье парня. Не обращая внимания на протестующие возгласы, повернул его к себе.

Там шла трансляция с дрона. Жужжащий пропеллерами агрегат то и дело снижался или поднимался выше. По улице стремглав неслась Роза.