Чтение онлайн

– И что произошло потом?

– Муж ждал меня в этой квартире. Когда я вернулась с пустыми руками, мы с ним повздорили.

– Мы это уже поняли.

– Да, он наговорил мне много обидных слов, почти все они были несправедливы. Я тоже напомнила ему, что он все эти годы не вспоминал о нас. В общем, мы обсудили ситуацию, поняли, что оба были не правы. И муж сказал, что раз уж подаренная Марго вещь, похоже, потеряна, мы имеем право возместить свои убытки.

– Убытки?

– Ну, раз Марго умерла, та драгоценность, которую подарил ей муж, ушла вместе с ней, мы должны были вернуть себе потерянное.

– Но каким же образом?

– Муж сказал, что в доме у Марго есть тайник. Вадим делал его по совету моего мужа. И Максим знал, как можно добраться до этого тайника. Но для этого было нужно время. Время и силы. Одному Максиму было не справиться с работой. Надо было вскрыть стену, проделать в ней отверстие. А затем вновь его заделать, чтобы слуги и дурак садовник ничего не заметили.

Так вот откуда на руках покойного Максима Галчика взялись следы цемента! Он пытался вскрыть заначку своего друга.

– Ваш муж хотел возместить свой убыток. Ему это удалось?

– Нет. Когда мы вскрыли тайник, там ничего не оказалось.

– Совсем ничего?

– Пусто. К тому же было заметно, что тайник вскрывали, и совсем недавно.

– И кто это мог сделать?

– Только сама Марго. Вероятно, ей не хватало наличных, и она залезла в заначку своего отца. Я знала, что Марго последнее время слишком много тратила, но я не думала, что ее дела обстоят столь плохо.

– Вы хотите сказать, что прежде чем начать расставаться с недвижимостью, которая приносила ей доход, она предпочла вскрыть захоронку своего отца и потратить хранящиеся там наличные?

– Мы с мужем тоже так подумали. Муж очень огорчился, что тайник оказался пуст. Он был уверен, что сможет хотя бы частично компенсировать свой убыток. Его это сильно потрясло, я видела, как он подавлен.

Подруги вновь переглянулись. Но что же это была за вещь, о потере которой так убивался отец Богдана и которая стоила больше, чем все хранящиеся в тайнике отца Марго деньги?

– Так, допустим, вы рассказали нам правду.

– Что значит «допустим»? – возмутилась Надежда. – Я рассказала вам чистую правду!

– Но как получилось, что ваш муж умер?

– А он точно умер? В смысле, один раз уже вышло так, что вместо мужа на опознание принесли труп другого человека. В этот раз это точно его тело?

– На этот раз дактилоскопическая экспертиза подтвердила: Максим Галчик, он же господин Брыньски, мертв и более не воскреснет.

Надежда сухо кивнула:

– Уверена, сердце у него остановилось, когда он понял, что вернуть сделанный им Марго подарок уже невозможно. Муж разочаровал меня своей любовью к деньгам. Не скрою, без них порой бывает очень тяжело. Но чтобы любить деньги превыше тех, кто рядом с тобой… Нет, этого я не понимаю. Я ответила на ваши вопросы? Теперь отвезите меня к моему сыну!

– Еще один вопрос.

– Какой?

Теперь Надежда не скрывала своего раздражения. Ей не терпелось увидеться с сыном – единственным близким ей существом на этой планете, а подруги ей мешали в этом. И Надежда начинала терять терпение.

– Вы знали, что ваш сын и Марго были женаты?

Вот этого вопроса Надежда явно не ожидала.

– Что? Откуда вы об этом узнали?

– Это было достаточно просто сделать. Записи ЗАГСа нынче не представляют тайну за семью печатями.

– Ну… Ну, знала. Но это был фиктивный брак, поймите! Он ничего не значил для них двоих.

– А зачем они его заключили?

– Богдан говорил, что Марго преследует своими домогательствами один человек. Что она хочет заключить фиктивный брак, только чтобы тот человек от нее отстал. Наверное, сын пошел на поводу у своей подруги. Когда они поженились, сын мне признался, что решился на это только из-за просьбы Марго. Сын ведь был очень привязан к ней с раннего детства. Он выполнил бы любую ее просьбу, любой каприз.

– Но факт брака вашего сына с Марго делает его главным подозреваемым в деле о ее убийстве.

– У моего сына алиби!

– Увы, нет. Мы бы очень этого хотели, но алиби у вашего сына нет.

– Он был…

– Где? На курорте? В отеле? – перебили Надежду сыщицы. – К сожалению, нет. Он не был в Турции, он находился в нашей стране. Прятался в однушке на Коломяжском. И поэтому алиби у вашего сына нет. И перспективы очень плохие. Либо его задержит следователь и посадит за убийство Марго, либо до вашего сына доберется человек, который хочет уничтожить его, присвоить деньги господина Галчика.

– Мой сын ни в чем не виноват! – горестно запричитала Надежда. – За что жизнь так обижает его? Мальчик и так сильно пострадал! Его отец бросил нас. Все эти годы мы жили в нищете, пользовались добротой окружающих. Это было так унизительно, так противно. И вот сейчас, когда у моего сына наконец-то появился шанс получить все то, чего он был лишен эти годы, вы заявляете, что он может погибнуть!

– Большие деньги – большие проблемы. Марго могла бы рассказать вам об этом.

– Марго! – воскликнула Надежда с непередаваемым презрением в голосе. – Да что вы знаете про эту девчонку! Она была немногим моложе меня, но какая испорченная! Ее мужиков невозможно сосчитать! Не было такого порока, которому бы она не предавалась! Она была конченая дрянь! И мой муж собирался облагодетельствовать эту девку, совсем забыв про меня! А в чем была моя вина перед ним? У меня мужчин было на порядок меньше, чем у Марго!

– Вы изменяли своему мужа, – предположила Кира. – Он это узнал, и это стало причиной его бегства из страны.

– Ну, нет! Не обвиняйте меня! Не надо! Мой муж сам довел меня до измены ему! Он хотел от меня лишь одного – ребенка. Он женился на мне, будучи уверен в том, что я, молодая и здоровая, рожу ему наследника. А когда это произошло, потерял ко мне всякий интерес! Он месяцами не прикасался ко мне. Конечно, я должна была искать себе утешение на стороне.

– И ваш муж узнал об этом.

– Узнал! У нас состоялся очень тяжелый разговор. Муж сказал, что разочаровался во мне, в этой жизни.

– Но сына своего он любил.

– Я была уверена, что он никогда не оставит Богдана! И ошиблась! Муж сбежал, бросив нас без всяких средств к существованию. Спасибо Вадиму, что помогал нам. Спасибо его жене за помощь. Я раскаиваюсь во многом. Единственный, кому я могу верить, – это Богдаша! Но отведите же меня к моему сыну! Умоляю вас!

Слезы матери были такими искренними, что подруги не могли больше противиться ей. Возможно, профессиональный следователь и сумел бы выжать из этой раздавленной свалившимися на ее голову бедами женщины что-то еще, но только не подруги. Они молча пригласили Надежду следовать за ними.