Гарем
Шрифт:
Эйприл немного успокоилась.
– Но ведь ужасно находиться на турецком корабле?
– А спать с мерзким Хорьком разве приятнее? – возразила Эстер. – Я чувствую себя спасенной от этой участи.
– Но в жизни есть кое-что и похуже, чем быть женой урода, – разумно заявила Эйприл.
– А, ты согласилась со мной, что он урод?
– Но быть замужем даже за таким уродом лучше, чем быть рабыней поганого турка. Навечно остаться в плену у язычников и никогда не увидеть вновь родную Англию, – тут Эйприл всхлипнула.
Эстер надоело пререкаться с кузиной. Она принялась разбирать сложенный в углу каюты багаж. Добравшись до заветного сундучка с двойным дном и выбросив оттуда вещи, она извлекла из тайника точно такой же кинжал, что был отобран у нее пиратами. Спрятав его под подушку, она с наслаждением разлеглась на мягкой постели.
– Мы возьмем в заложники первого же турка, который войдет сюда. Нам остается только ждать. А там посмотрим, как они запрыгают!
Эстер смежила веки, притворяясь, что спит. На самом деле девушку терзали те же страхи, что и ее кузину.
Эйприл прильнула к круглому корабельному окошку. Морские волны показались громадными и грозными. Нигде не видно было земли. Никаких шансов убежать.
– Папа! – вдруг пробормотала Эстер. Сон все же сморил ее, но не принес долгожданного покоя. Эйприл безуспешно пыталась ее разбудить.
– Папа… прости меня…
Эйприл изо всех сил тряхнула кузину за плечи, и та открыла глаза, но продолжала оставаться во власти кошмара.
– Я во всем виновата…
– Неправда. Ты просто бредишь. – У Эйприл от жалости к кузине разрывалось сердце.
– Если б я так не поступила…
– Все в прошлом, – прервала ее Эйприл. – Не занимай этим голову. Подумай лучше, как нам вырваться из рук неверных.
– Да-да, конечно, – Эстер не сразу пришла в себя.
Перед ее мысленным взором возникали ужасные картины их пленения и казни маленького капитана. А вместе с ними и воспоминания о том, как не помогли ей уроки обращения с оружием, которые она брала вместе со своим братом, уберечь отца в момент нападения на него.
Эйприл прислушалась и уловила шорох за дверью каюты. Эстер мгновенно выхватила кинжал из-под подушки, бесшумно пересекла босиком пространство каюты и прижалась к стене возле двери.
Дверь отворилась, и мужчина почтительно внес в каюту тяжелый поднос с кушаньями. Тут же в его шею уперся острый кончик кинжала.
– Передай поднос моей кузине и проглоти язык! – приказала Эстер.
Команда была тут же выполнена. Видимо, французский язык турок понимал.
– Теперь повернись.
Слуга повиновался безмолвно, словно марионетка.
– Проводи нас к своему капитану, – выдвинула очередное требование Эстер.
– Последнее не требуется. Капитан здесь. Чем могу служить?
Насмешливый тон Малика вывел Эстер из себя.
– Выполняй мои требования, или я убью твоего человека!
– На моем корабле достаточно людей. Одним больше, одним меньше, какая разница! Всех ты не зарежешь своим игрушечным кинжалом.
– Ради бога, не зли этого дикаря! – взмолилась Эйприл. – Он убьет нас.
– Отдай кинжал и признайся, сколько у тебя еще в запасе таких шипов, Английская Роза?
Эстер подчинилась и честно признала свое поражение.
– Больше нет. Теперь я безоружна.
Малик с улыбкой передал, не глядя, кинжал своему помощнику, возникшему у него за спиной, произнес что-то по-турецки, после чего помощник учинил тщательный обыск в вещах английских леди.
– Я не могу полагаться на твое слово, красавица. Солгать неверному турку ведь не считается у вас, христиан, грехом? – как бы извиняясь, произнес с улыбкой Малик.
Не обнаружив ничего похожего на оружие, гигант и робкий слуга, принесший пищу, удалились.
– Неужели ты была способна проткнуть шею безвинному рабу? – поинтересовался Малик и тут же сам отверг эту мысль. – Не верю! А теперь приятного аппетита!
Капитан решил сам прислуживать пленницам и поднял крышки с блюд, источающих соблазнительный аромат.
Убедившись, что обе леди не в силах бороться с искушением, он вежливо покинул их общество, заперев снаружи дверь каюты.
– Кровопийца! – заявила Эстер. – Мерзавец! Людоед!
– Похоже на то. Он откармливает нас, чтобы потом съесть, – согласилась доверчивая Эйприл. – Что нам делать – кушать или нет?
– Во всяком случае, силы нам надо сохранять. План А не удался, переходим к плану Б.
– Что значит Б?
– Пока не знаю. Надо подумать.
Эстер присела к столу и принялась за еду.
Подгоняемая попутными ветрами, пиратская шхуна быстро пересекла Средиземное море, прошла через Гелласпонт – по-английски Дарданеллы – и причалила в тихом заливе Мраморного моря, где возле городка Галлиполи располагалась вилла знаменитого пирата.
Во время всего путешествия Эстер и Эйприл не покидали каюты. Их обслуживал гигант-помощник Малика и на все вопросы отвечал широкой беззлобной улыбкой.
Эстер очень хотелось запустить ему в голову ночным горшком, но она понимала бессмысленность такой выходки.
И вот, наконец-то, ранним утром, когда слепящее солнце нырнуло в отверстие иллюминатора, они увидели землю.
На берегу расположились несколько шатров, вокруг них гарцевали всадники, а выше, на скале, виднелось каменное строение.
– Это настоящий дворец! Где мы?
– Не имею понятия. – От чувства неизвестности и собственной беспомощности Эстер вновь проявила характер и стала биться в дверь каюты, но тотчас убедилась, что она прочно заперта, и выломать ее им не по силам.
– За нас все решат, – трезво рассудила Эйприл и занялась своим вышиванием. За дни скитаний по морям она уже достигла в этом ремесле совершенства. – И не бейся головой о стену, Эстер. Это нам не поможет, а мозги твои еще понадобятся.
Эстер охотно согласилась. Она устала сопротивляться тому, что все равно неизбежно. Ей даже хотелось скорее узнать, что такое – это неизбежное.
Настало время обеда, но уже знакомый девушкам молчаливый слуга на этот раз так и не появился. Зато до их слуха донеслись возбужденные мужские голоса, лязг якорной цепи и шумы, которыми обычно сопровождается разгрузка корабля. Голодные девушки пребывали в тоске и тревоге.