Чтение онлайн

– Моего друга… Или возлюбленного. Я не знаю, как мне называть его.

– Вы погибли из-за него? – Джи вспомнил, что по поверью, которое ему пересказывал Энлэй, девушку убил её родной брат. Но, похоже, правда отличалась от слухов.

– Я расскажу вам, когда мы придём.

– Придём куда?

Мэйфэн не ответила, молчаливо взмахнув рукавами.

Через некоторое время лес стал гуще, деревья здесь росли почти вплотную друг к другу, а кроны полностью перекрывали небо большими заостренными листьями.

Вдруг краем глаза Джингшен заметил движение и лихорадочно огляделся вокруг. Прищурившись, он увидел, как со стволов бамбука, более темных, чем в предыдущей части леса, с шорохом стекают струйки тёмной жидкости. Капли медленно скатывались по веткам и бесшумно падали на траву. В нос ударил металлический запах крови.

Джингшену стало дурно. Печаль терзала его сердце, не давая вздохнуть. Он присел, пытаясь справиться с сильным головокружением и дрожью, и слабым голосом обратился к Мэйфэн.

– Что происходит с деревьями? Мы… В Кровавой роще, да?

Девушка остановилась и кивнула. В темноте леса, где все цвета были приглушенными, а силуэты размытыми, только её полупрозрачное тело и алые слёзы оставались яркими.

– Не бойтесь, здесь всегда так, – она указала на кровавые пятна на бамбуке. – Странно, что ветер не поднялся. Наверное, он не прогоняет вас, потому что я вас сопровождаю.

– Спасибо и на этом, – отдышавшись, пробормотал Джи. Никогда в жизни он не был в месте с более пугающей, давящей атмосферой.

Когда Джи пришёл в себя, призрак вывел его на большую поляну. Возле старого деревянного дома стояли глиняные горшки и местами прогнившая от дождевой воды скамейка. Каменная дорожка вела от порога к берегу маленького лесного озера, заросшего тиной и кувшинками. Над водой, смутно блестевшей во мраке, склонялась чахлая плакучая ива.

Девушка толкнула обшарпанную дверь и, к удивлению, Джингшена, её рука не прошла сквозь поверхность. Юноша неуверенно зашёл следом и оглядел комнату. Внутри находились только стол, соломенные коврики и сплетённые из бамбука корзины. В левом углу Джи разглядел очаг. Всё вокруг, от пола до балок на потолке, покрывали толстый слой пыли и занесённые ветром пожухлые листья. Над распахнутым окном колыхалась грязная, потрёпанная занавеска. В воздухе пахло сыростью и плесенью, что заставило юношу украдкой зажать нос.

Мэйфэн зависла сбоку от стола и жестом пригласила занять место напротив. Джи осторожно сел на край табурета, надеясь, что тот не развалится от старости под его весом.

– Хотите узнать, что случилось в этом лесу век назад?

Джи почувствовал себя крайне неуютно от осознания, что сидит за столом в заброшенном доме посреди зловещей рощи и ведёт разговоры с призраком. Но любопытство пересиливало страх, и он кивнул, приготовившись слушать.

– Я родилась в тихой деревушке, что к западу от леса. Она стоит там по сей день. Мой отец был рубщиком бамбука, а мама – плетельщицей корзин. Иногда папа водил нас с мамой в лес. С возрастом я стала чаще проводить в нем время, поэтому отец построил для меня эту хижину.

Я не могла работать из-за больных глаз, которые постоянно воспалялись и затуманивали зрение. Несмотря ни на что, болезнь не портила мою внешность и, как мне говорили взрослые, я была милой. Поэтому мама надеялась, что найдётся человек, который захочет взять меня замуж. Когда мне исполнилось семнадцать, в деревне поселился молодой лекарь, переселившийся из Долины Лотоса. Его звали Вэйдун. Родители сразу же повели меня к нему, чтобы он проверил мои глаза. К сожалению, он не мог вылечить неизвестную болезнь, которой я страдала, но посоветовал капать травяные настои.

Я успела позабыть о своей проблеме: я влюбилась в теплые нежные пальцы, гладившие мои веки, в свежий запах лекарственных трав, которым пропах шёлк его халата, в голос, одновременно серьёзный и шутливый. Вэйдун стал для меня смыслом жизни, и я часто приходила к нему, чтобы послушать, как он лечит других пациентов. Он привык к моему присутствию и стал учить меня основам медицины. Я ловила каждое слово. В дни месяца цветка сливы 14 я сидела возле его двери и ждала, когда он закончит с лечением, чтобы выпить со мной по чашке чая. Жители деревни, которые видели нас рядом, говорили, что мы похожи, словно брат и сестра: с одинаковыми тёмно-каштановыми волосами и карими глазами. Правда, мои были намного светлее из-за застилающих их белой пелены.

Не знаю, что на меня нашло, но целыми днями я думала только о Вэйдуне и мечтала, чтобы он взял меня в жёны. Моя мать поддерживала меня и надеялась, что я приглянулась лекарю, раз он начал меня учить. Я не могла долго скрывать свои чувства и, когда наступило лето, попросила Вэйдуна прийти к озеру в бамбуковом лесу. Я до сих пор помню торопливый звук его шагов и шорох халата, который колыхался на ветру. Он спросил меня, зачем я его позвала, и я призналась, что уже давно люблю его и хотела бы стать его женой. Его ответ… Убил меня.

Вэйдун только рассмеялся и сказал, что я наивная и глупая, потому что он никогда меня не полюбит. «Извини, но ты, похоже, слишком многое надумала. Если я учу тебя – это не значит, что ты мне нравишься. В этой деревне есть более красивые и, главное, здоровые девушки, чем ты. Я уже давно думаю о помолвке с Лин. Давай забудем об этом разговоре?». Лин являлась главной красавицей деревни. Услышав об этом и осознав, что Вэйдун влюблён в другую, я почувствовала, как разрывается сердце. Невыносимая боль охватила моё тело и душу, я горько заплакала, но вместо слёз из глаз вытекала кровь. Она окропила стволы ближайших деревьев. Последнее, что я помню: холодный ветер, свои рыдания и испуганные крики убегающего Вэйдуна. Я умерла, и с тех пор мой дух обитает в роще, где были разбиты все мои мечты.

Пока Мэйфэн рассказывала свою историю, сердце Джингшена сжималось от тоски и сочувствия. Он не понимал, как лекарь мог так жестоко отказать несчастной девушке, которая любила его всей душой. Юноша задумался о том, что в жизни любовь не приносит счастье так, как описывается в книгах. Он засомневался, что она приносит что-то, помимо боли и обиды. Ни у его матери, ни у призрачной девушки, но даже у наставницы не сложилась личная жизнь. Ло Фэй один раз упомянула о юноше, с которым она дружила, будучи смертной. Они проявляли симпатию друг к другу, но в скором времени их пути разошлись. Когда Ло Фэй поселилась на Туманных островах, они почти перестали видеться и разговаривать.

– Мне очень жаль, – выдавил он после долгого молчания. – Жизнь обошлась с вами несправедливо. Вы просто хотели, чтобы вас любили.

Девушка кивнула и с отчаянием уставилась на Джингшена белыми невидящими глазами. Кровь стекала по её щекам, скапливалась у подбородка и, падая, растворялась в воздухе.

– Я рада, что за сотню лет кто-то согласился меня выслушать, – прошептала она. – Те, кого не может прогнать ветер, сами бросаются наутёк, когда замечают меня. Но я не хочу, чтобы снова приходили экзорцисты и пытались провести обряд очищения! Даже если я мертва и не могу вести жизнь как живой человек, я хочу продолжать существовать. Пусть это существование заключается в печали и одиночестве, лучше цепляться за него, чем уйти в небытие.