Чтение онлайн

– Привет, Гарри… Она жива, но без сознания. Ничего страшного, рука сломана, а остальное – просто шок. Ей повезло – закатилась в ложбинку под упавшим деревом, - пройдя меж расступившимися при его приближении тварями, Глор передал Гарри тело Джинни. Все тролли остановились и уставились на него в немом обожании, как новобранцы на фельдмаршала.

Гарри попытался усадить Джинни перед собой, но голова её падала, и все тело клонилось вбок.

– Дай лучше я, - не выдержал Рон. – Гермиона, меняемся. Ты идёшь к Гарри, я беру Джинни на свою лошадь.

Спрыгнув с коня, Рон, не доверяя словам Глора, внимательно осмотрел Джинни. Удовлетворенный осмотром, аккуратно, словно дорогой ковёр, перекинул её через свое седло.

– Вот так. И нечего с ней церемониться, - произнес он грубовато, но тревожный блеск в глазах выдавал его беспокойство. Он наклонился над ухом сестры и ласково прошептал:

– Держись, Джинни. Придется тебе повисеть немного вниз головой, но это для пользы дела.

– Что с ними? – спросил Гарри, указывая на зомбированную армию.

– Я позвал их, - печально ответил Глор.

– Позвал? Как это?

– Как крысолов крыс в сказке, помнишь?

– И теперь они будут делать всё, что ты скажешь?

– Нет. Они всего лишь пойдут туда, куда я скажу.

– Ты… уведёшь их отсюда?

– Да, конечно. Уведу. Ваш замок не будет взят, - Глор запнулся, словно подыскивая слова, и Гарри прочёл тень обречённости в его фиолетовых глазах.

– Глор, что-то не так?

– Всё не так, Гарри, - легко согласился принц. – Я отказался от своего отца… и своего народа, а мой отец и мой народ отказались от меня. Я бесплодное семя, гонимое ураганом. Я отрёкся от своей судьбы, и теперь ничего не значу для эльфов.

– Зачем? – одними губами прошептал Гарри.

– Я не знаю, «зачем». Правильнее было бы спросить «почему?». Потому что я слишком долго жил среди людей, потому что слишком проникся их взглядами на мир. Вашими смешными взглядами на любовь, честь и преданность... В итоге то, что считается предательством среди эльфов, мне оказалось вынести легче, чем тяжесть человеческого предательства… Она не любит меня, Гарри, и она может и дальше считать, что я не люблю её – поскольку не умею. Но передай ей – я сделал для вас всё, что смог. Я заплачу за это своей жизнью, но мне уже не нужна жизнь. Выбор нелегко мне дался, но я доволен, что его сделал….

– Но почему – жизнью? – отчаянно выкрикнул Гарри.

– Потому что мы, эльфы, не имеем права применять зов во вред людям… и их потомкам, пусть даже таким дальним и уродливым, как эти порождения больного ума и тёмной магии, - Глор легонько усмехнулся в ответ потрясённому Гарри и прощально взмахнул рукой.

– Прощай, Гарри. Ты мне всегда нравился. Прощайте, люди. Удачи вам.

– Глориан! Постой! А как же… Я хочу сказать тебе, подожди!

Бесшумно, как белый призрак, единорог перескочил через ежевичный куст. Вновь раздался недавно поразивший Гарри звук. Очнувшиеся тролли задвигались и забурлили, устремляясь вслед за принцем. Теперь Гарри казалось, что он различает в зове слова: «Иди, иди ко мне…». Безнадёжность и обречённость, звучавшие в нём, завораживали и усыпляли.

Гарри долго смотрел вслед Глориану, чувствуя, как едкие слёзы стекают по щекам, но тот так и не обернулся.

***

Возле входа в подземный туннель их ожидал неприятный сюрприз. Когда четверо гриффиндорцев – Джинни уже очнулась и сидела впереди Рона, со сломанной рукой на перевязи (ничего другого в полевых условиях сделать не смогли) – подъехали к дубу, вход в дупло оказался перекрыт. Вокруг виднелись следы побоища, трава была истоптана человеческими ногами, конскими копытами и тролльими лапищами. Труп норманна с оторванной ногой не вызывал ни у кого острого желания подойти поближе и удостовериться, что травмы нанесены зубами. Второй труп был растерзан так, что никаких сомнений в том, что это – остатки каннибальского пиршества – не оставалось. А из дупла торчала голова мертвого тролля. В зубах он сжимал обломок копья – судя по всему, убитые воины Вольдеморта дорого продавали свою жизнь.

Вытащить тролля, полностью перекрывшего собой вход, не представлялось никакой возможности. Гарри, Рон и Гермиона всё же попробовали. Никакого успеха.

– Может, проще будет столкнуть его внутрь? – предложила Джинни. Она повернулась спиной к окровавленной траве с лежащими мёртвыми телами и, покачиваясь, лелеяла на здоровой руке распухшее предплечье.

Попробовали протолкнуть жирную тушу вниз. Тот же результат, вернее, отсутствие оного.

– Основательно его тут заклинило. Может, под ним есть нечто, что мешает ему провалиться полностью?

– Хорошо бы, ещё один тролль…

– Это зачем ещё?

– Да просто приятно будет знать, что не одной, а двумя тварями стало меньше… Хоть Глориан и сказал, что в них человеческая кровь, я отказываюсь считать их братьями по разуму… разве что Крэбба и Гойла.

– Это ты правильно сказал. Но делать-то что будем? – Гарри уныло уставился на Рона.

– Мечетесь, мышата? – язвительно спросили со стороны поляны, где Гарри подслушивал разговор Слизерина и Вольдеморта. – Что, норку завалило? Ах, нехороший, мерзкий тролль!

Эти интонации могли принадлежать только Драко Малфою. И пожалуйста – вот он, в латах и зелёном с серебром плаще, верхом на серой в яблоках кобыле. Чистенький с иголочки – не в пример извалянной в болотах гриффиндорской четвёрке – холодный, как лёд, и изысканно надменный, как на королевском приёме.

Джинни напряглась. Гермиона нахмурилась и потянулась за палочкой. Малфой продолжил:

– Дохлый лесной ублюдок мешает припозднившейся молодёжи вернуться обратно в тёплую постельку? А зачем же вы из неё вылезли в такой час? Групповуха на природе? Ах нет, я не угадал: Грэйнджер вряд ли так легко простила тебя, а Уизли? Или ты решил утешиться сестричкой? Ах, нет, - Малфой притворно ударил себя пальцами по губам, - вы же из Гриффиндора, а инцест и гриффиндорцы – вещи несовместные. Дайте-ка подумать…А, знаю! Великий Поттер снова решил спасти все человечество в лице одного отдельно взятого замка… Но наш доблестный герой снова возвращается, несолоно хлебавши…