Чтение онлайн

 - У вас же ребенок! – взмолилась Диз.

 - Тем более, есть к кому возвращаться, - улыбнулся Монах мыслям о сыне.

 Тогда у Грюма уже кончились силы. Он как сквозь мутную пелену слышал и видел заклинания, летающие вокруг них, а потом и вовсе погрузился в беспамятство…

 - Добро пожаловать! – поприветствовала его Диз с соседней койки в больнице Святого Мунго.

 - Кто еще выбрался? – первым делом спросил Глаз.

 - Рог, Пес, Лис, ты да я, - ответила Алехандра Дизлеспи.

 - Монах и Графиня?

 - Туда все, кто мог, полетели, скоро будут, - отрицательно покачала головой в ответ на вопрос Диз.

 Аластор Грюм тяжело откинулся на подушку и взвыл, не от физической боли в искалеченном теле, а от той несусветной душевной боли. Сейчас, когда адреналин уже перестал бурлить в крови, на Глаза буквально свалилось осознание произошедшего – взрывы в которых погибли двое из трех, смертоносные заклинания отнимавшие жизнь у его друзей, напарников, людей, кто спасал жизнь ему, и кому спасал жизнь он. Кинжал, который не дал себе умереть прежде, чем не передал фамильную «железку». Карнавал, который, поняв, что стал обузой для остатков группы, подорвал себя и догоняющих их смертоедов. Монах и Графиня, оставшиеся там, чтобы выиграть время для остальных…

 Грюм сорвал себе голос, но даже с хрипом до крови в горле, он не смог облегчить нечеловеческую боль, рвущую его душу.

 Когда мимо их палаты провезли в каталках двух раненых, Глаз узнал волосы второго, а точнее второй:

 - ГРАФИНЯ! – заорал он что было силы, и из горла вместе с криком вылетели брызги крови.

 На его крик прибежал испуганный колдомедик.

 - Что с ней?! – сипел Грюм. Не замечая боли в руках, он поднял врача за грудки.

 - Как только узнаю - сразу скажу вам, - пропищал врач и убежал, едва Глаз расслабил трясущиеся пальцы.

 Через полчаса в их палату вошел врач, занимавшийся семейной парой мракоборцев. В его глазах читался ужас, а руки дрожали, когда он слоил их на груди:

 - Лучше бы их убили. Пожиратели свели с ума заклинанием Круциатус, шансов, что они поправятся, нет вообще…

 Аластор Грозный Глаз Грюм, долго смотрел на притихших студентов. Он казался каменным изваянием, лишь кадык часто ходил вверх-вниз – спустя почти шестнадцать лет Глаз все еще никак не мог справиться с эмоциями.

 Гермиона сидела в шоке. Невилл угнетенно смотрел себе под ноги. Блейз мрачно глядел в окно, сжимая и разжимая пальцы. Гарри и Рон тоже притихли. Кира Снейпс смотрела на преподавателя, и из её глаз, темно-карих, текли слезы.

 - Так и закончился проект «Щит и Меч». На допросе Руквуд признался, что это он сдал нас Темному Лорду, и тот, смеясь, дал ему тридцать сиклей, - завершил историю преподаватель, - Пожиратели Смерти еще порядка полугода оставляли листовки, что оценят головы Глаза, Диз, Лиса, Пса и Рога в тысячу галеонов, а Монаха и Графини - в пятьсот. Через некоторое время в списке появилась и Ветерок… - Грюм вздохнул, - Говорят, что незадолго до падения Того-Кого-Нельзя-Называть Рабастан Лестрейндж получил тысячу галеонов за Ветерка, - последовал еще один тяжелый вздох, - Рога осенью 81-го убил сам Тот-Кого... Диз уехала от этого кошмара, Лис пил два года без просыху. Вот такая вот история.

 - А Глаз? – тихо спросил Невилл.

 - А Глаз остался и решил, что если его смерть хоть на волосок приблизит победу, то он, не задумываясь, умрет…

 Прозвенел звонок. В гробовом молчании самая малочисленная группа студентов покидала аудиторию. Смотря им в спины, как, наверное, тогда в спины уходившим смотрел Карнавал, Грюм сипло прошептал, но в тишине класса даже его шепот прокатился, как раскат грома:

 - Задание на дом: подумать и решить, сможете ли вы быть мракоборцами. И задумайтесь об этом хорошенько!

 Странное чувство грызло студентов, идущих от Грюма. Смесь грусти и страха. Грюм рассказывал очень импульсивно и настолько страшно, и студентам казалось, что все это только что произошло с ними, а не когда-то с бойцами Особого Отряда.

 Осень пыталась вступить в свои права и заволокла небо плотными свинцовыми тучами. Из-за этого в коридорах замка царил полумрак, и студентам-мракоборцам становилось еще страшнее.

 «Зря Глаз все это рассказал», - думал Блейз Забини, все еще сжимая кулаки.

 Его обогнала Кира Снейпс, на мгновение оглянулась на Блейза и еще быстрее пошла дальше. Глаза девушки в полумраке были темно-зелеными, а на щеках все еще можно было заметить мокрые дорожки слез.

 - Невилл, ты чего? – спросил Гарри у налетевшего на него друга.

 Логботтом не ответил, продолжая блуждать где-то в собственных мыслях:

 «Вот так моих родителей довели заклинанием до сумасшествия… Я стану мракоборцем, стану, чтобы положить конец этому, чтобы больше не рушились семьи, чтобы больше папы и мамы приходили вечером с работы и обнимали своих детей... Живые и здоровые. Я справлюсь», - думал он.

 - Страшная история, - шепотом сказал Леккс, но в тишине коридоре его голос прокатился раскатом грома.

 - Очень, - кивнул Гарри, - Грюм так себя и не простил…

 В голове Поттера билась мысль, что он упустил что-то очень важное.

 «Суки», - скрипел зубами Драко, шагая за Блейзом.
– «Война войной, но есть же хоть какие-то нормы… Это уже даже не слизеринская жилка – это просто бесчеловечно… Слишком подло даже для Пожирателей. Теперь я понимаю, почему Блейз хочет половину выживших Пожирателей «в расход пустить» без всякой жалости».

 Поглощенные мрачными мыслями будущие авроры первыми вошли в обеденный зал – остальные студенты старшекурсники еще не вернулись с занятий. Пустота зала, полутемного из-за разыгравшейся на магическом потолке непогоды, стала пугающим дополнением к рассказу Грюма – Гарри показалось, что сейчас из-за стола преподавателей выскочат Пожиратели и с помощью собирающих чар выхватят у них палочки.

 - Протего, - прошептала Гермиона, будто прочитав мысли Гарри.

 Её голос вернул Поттеру осознание реальности. Все еще чувствуя страх, будущие мракоборцы направились к столам своих факультетов. С первой вспышкой молнии в обеденный зал вошли замученные Снеггом студенты-колдомедики. Невилл через силу улыбнулся Сьюзен Боунс, которая выглядела совсем обессилившей.

 - А Грюм так и не появился, - кивнула на пустующий преподавательский стол Гермиона.

 - Вряд ли ему было приятно это вспоминать, - пробормотал Невилл.

 - Да, - кивнул Гарри, - скорее всего, он сейчас пытается забыться.

 - И имеет на это полное право, - добавил Леккс.

 После обеда, который не смог даже немного поднять студентам настроение, у всех шестикурсников было первое занятие по Теориии Магического Действия. Занятия проходили в той же аудитории, где и лекции Лингстена. Друзья заняли центральные парты в первом ряду.