Чтение онлайн

 - И она тоже знает, что я твой отец.

 Кира угрюмо кивнула.

 - Осталось еще, чтоб Поттер об этом узнал. Для полного счастья, - язвительно пробурчал Снегг, помешивая зелье.

 - Это все ерунда, пап, пожалуйста, поговори с МакГоногалл, а? – девушка с мольбой в глазах посмотрела на родителя.

 - Не могу, - ответил Северус, - Точнее, не буду. И профессор МакГоногалл. Не забывайся, дочь, "профессор".

 - Па-а-п, ну пожалуйста, - Кира добавила в голос еще немного жалобности.

 - И куда это ты так торопишься? – почувствовал «неладное» зельевар, гася огонь под котлом.

 - Ну, я хотела позаниматься… - Кира сбилась.

 - Начало хорошее, а разве у профессора МакГоногалл ты не будешь именно это и делать? Трансфигурация всегда была не самой сильной твоей стороной, - сказал алхимик, зачерпывая зелье чашкой и дуя на него, чтобы остудить.

 - Я хотела поупражняться во владении мечами, - Кира пристально смотрела на отца.

 Его всегда радовало, когда дочь тренируется, причем без разницы в чем – хоть в карате, хоть в изготовлении ядов. Хотя тренировками Кира уже смогла себе навредить, но не остановилась. Осталось узнать его реакцию на имя слизеринца, решившего ей помочь.

 - Мне Блейз обещал помочь…

 С тихим плеском на стол пролилась большая часть содержимого кружки. Снегг смотрел на неё с удивлением.

 - Кто? – переспросил он.

 - Блейз Забини, - пояснила девушка.

 - Ты идешь на отработку по трансфигурации, и точка, - отрезал Северус, выпивая оставшееся зелье из чашки.

 - Зелье лечения? – Кира быстро переменила тему разговора.

 - Угу, у мадам Помфри уже закончились все запасы – извела на разбитые коленки.

 - Ты тоже? – удивилась девушка.

 - Найду того, кто это сделал, сгною на отработках, в пробирки по кускам распихаю, - пообещал ее отец, сквозь мантию почесывая зарастающие ссадины на руке.
– А сейчас ты идешь к профессору МакГоногалл. Больше повторять не буду.

 - Но...
– попыталась Кира в последний раз.

 - Ты использовала магию? – резко спросил Снегг.

 - Да, - девушка склонила голову, изучая пол в кабинете отца.

 - Первой?

 - Только после того, как эта зараза сначала из-под меня стул выбила и на тебя выеживалась.

 - Первой, - менторским тоном сказа Снегг.

 - Да, первой, - угрюмо подтвердила его дочь.

 - Ты нарушила правила Хогвартса?

 - Да, - еще тише признала Кира, уже не разжимая зубы.

 - Ты получила отработку?

 - Да.

 - Заслуженно?

 - Да.

 - Ты идешь к профессору МакГоногалл?

 - Да, - расстроенно ответила девушка и, понурив голову, вышла из кабинета отца.

 Она не любила, когда он отчитывал её как маленькую, но и переспорить отца ей удавалось всего пару раз.

 «Не отменил», - кинула она мысль Блейзу, стоявшему недалеко от кабинета зельевара.

 Он не подал и виду, но на девушку нахлынуло чужое чувство разочарования. Впервые Блейз Забини не хотел оказаться в одиночестве.

 В гостиной Гриффиндора Гарри, Леккс и Рон дожидались ужина. Рон порывался поставить Гарри мат в три хода, но тот уже дважды уходил от участи, пожертвовав в первый раз ладьей, во второй – ферзем. Эта партия ему явно не удавалась. Леккс, прислонив флейту к подлокотнику облюбованного им кресла, с интересом читал том по Трансфигурации. Незадолго до ужина он оторвался от книги:

 - Гарри, скоро восемь.

 - Да, сейчас мат поставлю, и можно идти ужинать, - Рон увидел в расположении оставшихся фигур на доске мат в два хода.

 - Да я не про это. Гарри, скоро восемь, - повторил Леккс.

 Гарри оторвался от мыслей, как свести партию хотя бы к пату, машинально посмотрел на часы и перевел взгляд на друга:

 - Да, - подтвердил он, не понимая, чего от него требует флейтист.

 Леккс смотрел на Гарри, всем своим видом показывая, что, во-первых – это сообщение несет в себе большой, буквально сакральный смысл именно для него, Гарри Поттера, и, во-вторых, будто надеялся, что староста прочитает его мысли.

 - Точно, - вдруг просиял Гарри, - Спасибо, Леккс, сам бы сходу не сообразил. Присмотришь за порядком?

 - Одним глазом, - улыбнулся Леккс, подмигивая старосте.

 - Пат! – выпалил Гарри, съедая последним конем слона соперника.

 - Блин! – горько воскликнул Рон, разведя руками, – этот ход противника он не заметил, - Как же ж так-то? Требую реванша!

 Но Гарри же уже покинул гостиную. Осторожно, не торопясь он шел в дальнюю башню Хогвартса, во владения Батшебы Бабблинг – преподавателя по древним рунам. По дороге он упал всего один раз - в душе Гарри был согласен, что шутки у кого-то очень и очень тупые, и сам бы с удовольствием прописал бы этого человека у мадам Помфри на денек-другой, желательно без магии. Около двери кабинета Гарри остановился и стал ожидать окончания пары.

 Со звонком из дверей вышла Гермиона и пара студентов с Когтеврана.

 - Гарри, - улыбнулась гриффиндорка, - Ты что здесь делаешь?

 - Тебя жду, - ответил Гарри, - Пошли на ужин?

 - Да, не откажусь от горячего чая. Древние Руны – это, конечно, безумно интересно, но и сил отнимает много.

 Они пошли в обеденный зал по опустевшим коридорам. Гарри шел чуть впереди девушки, что она быстро заметила:

 - Гарри, перестань идти впереди меня, - серьезно сказала Гермиона.

 - А что такое? – шагая чуть шире, спросил тот.

 - Во-первых, когда ты шел сюда, ты уже все подножки должен был активировать. И во-вторых, мне приятна твоя забота, но это всего лишь заклинание-подножка, а не Авада Кедавра.

 - Скажешь тоже, - помрачнел Гарри, - Я не хочу, чтобы ты спотыкалась.

 - Спасибо, - очень искренне улыбнулась девушка и тихонько коснулась его щеки губами.

 Они без проблем добрались до столовой – ближе к обеденному залу студенты, шедшие на ужин, успели активировать все ловушки.

 - Гарри, брат, ты бы его видел, - Рон махнул в сторону Леккса, - Ковбой! Как он всех на ужин построил и погнал.

 Они сели за стол напротив Леккса, и тот как-то немного грустно коротко улыбнулся, глядя на старост.

 В окно гостиной Пуффендуя светила луна, заливая уютную мебель серебряным светом. По привычке держась тени, из спальни мальчиков вышел Артемис Энтрерри. Посмотрев на подсвеченные зеленоватым фосфорным светом часы, он забился в кресло и нежно провел пальцами по струнам своей деревянной подруги. Гитаристу не спалось. Артемис наиграл мелодию песни, которую пела Таня в первый вечер в Хогвартсе. Голос девушки завораживал. Артемис Энтрерри, - так уж сложилась его с одной стороны нехитрая, а с другой достаточно страшная жизнь - больше доверял слуху, нежели глазам. Голос девушки доходил до самого дна души гитариста, возвращая его в детство. В то время, когда он был счастлив.