Чтение онлайн

— Теперь нас какое-то время не побеспокоят. Могу ли я доверить вам секрет, мистер Поттер?

Гарри кивнул.

— Серьёзный секрет, мистер Поттер, — добавил профессор Квиррелл. Он пристально смотрел на Гарри. — Его разглашение может отправить меня в Азкабан. Подумайте, прежде чем отвечать.

На какой-то миг Гарри даже удивился, почему этот вопрос так важен, учитывая его растущую коллекцию секретов. Затем...

Если этот секрет может отправить профессора Квиррелла в Азкабан, значит, профессор совершил что-то противозаконное...

Мозг Гарри сделал быстрые расчёты. Что бы ни было секретом, профессор Квиррелл не считал, что его незаконное деяние уронит его в глазах Гарри. Он не получит никакого преимущества, отказавшисьузнать секрет. А если откроется что-то действительно нелицеприятное о профессоре Квиррелле, то Гарри будет очень полезно это узнать, даже если он пообещает держать услышанное в тайне.

— Я никогда не испытывал особого пиетета перед авторитетами, — ответил Гарри. — Авторитет властей — не исключение. Я сохраню ваш секрет.

Гарри не стал спрашивать, стоит ли раскрытие секрета той опасности, которую оно сулит Квирреллу. Профессор Защиты не был идиотом.

— Тогда я должен проверить, действительно ли вы потомок Салазара, — обронил профессор и встал из-за стола. Гарри тоже вскочил, скорее рефлекторно.

Очертания профессора расплылись, резко сдвинулись...

Гарри оборвал свой панический прыжок на полпути и замахал руками, чтобы удержать равновесие. В крови бурлил адреналин.

На противоположной стороне комнаты в метре от пола покачивалась голова ярко-зелёной змеи со сложными бело-синими узорами. Гарри разбирался в змеях недостаточно хорошо, чтобы определить вид, но он знал, что «ярко окрашенная» означает «ядовитая». Ирония ситуации заключалась в том, что после превращения профессора Защиты в ядовитую змею привычное чувство тревоги значительно ослабло.

Гарри сглотнул и сказал:

— Приветствую... А, шс-с-с-с, нет, а, приветс-с-ствую.

— Приветс-с-ствую, — прошипела змея. — Ты с-сказал, я с-слышал. Я с-сказал, ты с-слышал?

— Да, я с-слышал, —прошипел Гарри. — Ты анимаг?

— Разумеетс-ся, —отозвалась змея. — Тридцать с-семь правил, правило тридцать четыре: с-стань анимагом. Все рас-с-судительные люди с-становятс-ся, ес-сли с-способны. С-следовательно, очень редко. —В тёмных колодцах глазниц скрывались плоские глаза змеи, контрастные чёрные зрачки на тёмно-сером фоне. — С-самый безопас-сный с-способ общ-щатьс-ся. Понимаеш-шь? Прочие не поймут нас-с.

— Даже ес-сли они змеи-анимаги?

— Лиш-шь ес-сли нас-следник С-слизерина пожелает,— змея издала несколько отрывистых шипящих звуков, которые мозг Гарри перевёл как язвительный смех. — С-слизерин не глупец. Змеи-анимаги не змееус-сты. Была бы больш-шая уязвимос-сть в с-схеме.

Это определённо было аргументом в пользу того, что Парселтанг — не язык разумных змей, который можно выучить, а личная магия.

— Я не регис-стрирован, —прошипела змея. Тёмные колодцы глаз смотрели на Гарри. — Анимаг должен быть регис-стрирован. Наказание — два года в тюрьме. Будеш-шь хранить мой с-секрет, мальчик?

— Да, не наруш-шу обещ-щание, —прошипел Гарри.

Змея замерла, как будто от потрясения, затем вновь начала раскачиваться.

— Придём с-сюда с-снова через с-семь дней. С-с с-собой возьми мантию, что с-скрывает, возьми час-сы, что по времени перемещ-щают...

— Ты знаеш-шь? —ошеломлённо прошипел Гарри. — Как...

Снова несколько отрывистых шипящих звуков, переведённых как язвительный смех .

— Ты приш-шёл на мой первый урок, пока был в другом клас-с-се, брос-сал во врагов пирог, два ш-шарика памяти...

— Дос-статочно,— прошипел Гарри. — Идиотс-ский вопрос-с, упус-стил, что ты умён.

— Глупо упус-скать, —судя по шипению, змея не обиделась.

— Час-сы ограничены, —предупредил Гарри. — Можно ис-спользовать лиш-шь пос-сле девяти час-сов.

Змея дёрнула головой — змеиный кивок.

— Множес-ство ограничений. Можеш-шь ис-спользовать лиш-шь ты, нельзя украс-сть. Нельзя перемещ-щать других людей, но змея в кош-шеле, подозреваю, пройдёт. С-считаю возможным держать с-сами час-сы неподвижно, не тронув чары, пока ты поворачиваеш-шь оболочку вокруг. Проверим через с-семь дней. С-сейчас-с не с-стану говорить о прочих планах. Ты не с-скажешь ничего никому. Не покажеш-шь ожидания, ничего. Понимаеш-шь?

Гарри кивнул.

— Ответь с-словами.

— Да.

— С-сделаеш-шь, как я с-сказал?

— Да. Но, —Гарри издал прерывистый скрежет — так его разум перевёл неуверенное «Э-э-э» на змеиный. — Я не обещ-щаю ничего больш-ше, ты ничего не объяс-снил...

Змея слегка задрожала, что Гарри перевёл как гневный взгляд.

— Конечно нет. Обс-судим подробнос-сти на с-следующ-щей вс-стрече.

Очертания змеи расплылись, сдвинулись и перед Гарри вновь оказался профессор Квиррелл. Какое-то время он продолжал раскачиваться, и его глаза были холодны и пусты, затем профессор расправил плечи и снова стал человеком.

Чувство тревоги вернулось.

К профессору подскочил его стул, и он сел.

— Будет разумно доесть нашу еду, — сказал Квиррелл, взяв ложку, — хотя сейчас я бы предпочёл живую мышь. Как видите, никто не способен полностью отделить свой разум от тела, которое носит...

Гарри медленно занял своё место и начал есть.

— Итак, линия Салазара не оборвалась вместе с Тем-Кого-Нельзя-Называть, — спустя некоторое время произнёс профессор. — Насколько мне известно, среди наших замечательных учеников уже распространяются слухи о том, что вы — Тёмный. Интересно, что бы они подумали, узнав про этот факт.

— Или что я уничтожил дементора, — продолжил Гарри, пожав плечами. — Думаю, вся эта болтовня стихнет, как только я сделаю ещё что-нибудь интересное. А вот у Гермионы проблемы, и я подумал: может, у вас есть для неё какой-нибудь совет?