Чтение онлайн

Это была одна из девочек с отмели озера. У неё были тонкие, тёмно-красные волосы, спадающие на плечи и удивительные зелёные миндалевидные глаза — Гаррины глаза.

Гаррина мама.

— Всё в порядке, Эванс? — спросил Джеймс, и тон его голоса вдруг стал приятным, глубоким и более зрелым.

— Оставьте его в покое, — повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с большой неприязнью. — Что он вам сделал?

— Ну, — сказал Джеймс, стараясь замять ситуацию, — это скорее из-за того, что он просто существует, если ты понимаешь, о чём я…

Многие стоящие вокруг студенты засмеялись, Сириус и Червехвост присоединились, а Люпин, продолжающий изучать свою книгу и Лили — нет.

— Ты думаешь, это забавно, — холодно сказала она. — Да ты просто надменный, задиристый салага, Поттер. Оставь его в покое.

— Я сделаю это, если ты пойдёшь со мной, Эванс, — быстро ответил Джеймс. — Ну же… пошли со мной, и я никогда больше не подниму палочку на старого Снивелли.

Заклятие Подвластья за его спиной смягчилось. Снейп начал двигаться к своей упавшей палочке, на ходу выплёвывая мыльную пену.

— Я не пойду с тобой даже если придётся выбирать между тобой и гигантским кальмаром, — ответила Лили.

— Опять неудача, Пронгс, — оживлённо произнёс Сириус и повернулся назад к Снейпу. — ОЙ!

Но было уже поздно; Снейп направил палочку прямо на Джеймса, последовала вспышка, и на лице у Джеймса появилась глубокая рана, орошающая мантию кровью. Джеймс засуетился: последовала вторая вспышка света, Снейп перевернулся вверх ногами в воздухе, его мантия свисала на голову и открыла тонкие бледные ноги и серые трусы.

Многие в этой маленькой толпе развеселились; Сириус, Джеймс и Червехвост заревели от хохота.

Лили, чьё гневное выражение лица на миг, казалось, сменилось улыбкой, сказала: "Отпустите его!".

— Конечно же, — ответил Джеймс и взмахнул палочкой вверх; Снейп свалился смятой кучей на землю. Освободившись от мантии, он мгновенно встал на ноги и поднял палочку, но Сириус произнёс: "Петрификус Тоталус!" и Снейп снова перевернулся, твёрдый, как доска.

— ОСТАВЬТЕ ЕГО В ПОКОЕ! — закричала Лили. Она вынула свою собственную палочку. Джеймс и Сириус с осторожностью наблюдали за ней.

— О, Эванс, не вынуждай меня причинять тебе боль, — убедительно сказал Джеймс.

— Тогда снимите с него заклятье!

Джеймс глубоко вздохнул, затем повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятье.

— Ты свободен, — сказал он, когда Снейп поднялся на ноги. — На твоё счастье, за тебя заступилась Эванс, Снивеллус…

— Я не нуждаюсь в помощи от грязной маленькой Полукровки, как она!

Лили моргнула.

— Хорошо, — холодно сказала она. — В следующий раз я не буду беспокоиться. И я бы на твоём месте постирала трусы, Снивеллус.

— Извинись перед Эванс! — ревел Джеймс на Снейпа, угрожая направляя на него палочку.

— Я не хочу, чтобы он извинялся, — крикнула Лили, поворачиваясь к Джеймсу, — ты ничуть не лучше его.

— Что? — завизжал Джеймс, — Я бы НИКОГДА не назвал тебя… сама-знаешь-кем!

— Взъерошивая волосы, потому что ты думаешь, что это круто выглядеть так, как будто ты только что слез с метлы, красоваться с этим тупым Пронырой, гулять по коридорам и заколдовывать всякого, кто тебе докучает, только потому, что ты это умеешь — я удивлена, как только метла отрывает от земли твою жирную голову. Ты очень меня ОБИДЕЛ.

Она развернулась и пошла прочь.

— Эванс! — крикнул Джеймс ей вслед. — Эй, ЭВАНС!

Но она не оборачивалась.

— Что это с ней? — сказал Джеймс, пытаясь безуспешно сделать вид, что этот вопрос его, на самом деле, совершенно не интересовал.

— Читая между строк, я могу сказать, что она считает, что тебя немного занесло, дружище, — ответил Сириус.

— Верно, — сказал Джеймс, в бешенстве, — верно…

Последовала ещё одна вспышка света, и Снейп снова перевернулся вверх ногами в воздухе.

— Кто хочет увидеть, как я сниму трусы со Снивелли?

Но о том, снял ли на самом деле Джеймс трусы со Снейпа, Гарри так и не узнал. Чья-то рука вдруг сжала сверху его руку, бульдожьей хваткой. Взбрыкнув, Гарри обернулся, чтобы посмотреть, кто его держит, и увидел, к своему величайшему ужасу, полностью выросшего, взрослых размеров Снейпа, стоящего справа, белого от бешенства.

— Повеселились?

Гарри почувствовал, что поднимается в воздух; летний день вокруг него растворился; он летел вверх через ледяную тьму, рука Снейпа продолжала сжимать его запястье. Затем, с чувством падения, как будто он сделал сальто через голову в воздухе, его ноги ударились о каменный пол подземелья Снейпа, и он вновь стоял возле Дубльдума перед столом Снейпа, в тени нынешнего учителя Зелий.

— Ну, — сказал Снейп, так сильно сжимая Гарри за руку, что она онемела, — Ну как… повеселились, Поттер?

— Н-нет, — ответил Гарри, пытаясь освободить руку.

Это было ужасно: Губы Снейпа тряслись, его лицо было белым, его зубы оскалены.

— Забавный человек, твой отец, не так ли? — спросил Снейп, так сильно встряхнув Гарри, что его очки соскользнули вниз по носу.

— Я… я не…

Снейп отбросил от себя Гарри изо всех сил. Гарри жёстко упал на пол подземелья.

— Ты не повторишь того, что ты видел, больше никому! — проревел Снейп.

— Нет, — ответил Гарри, вставая на Ноги настолько далеко от Снейпа, насколько это было возможно. — Нет, конечно я…

— Убирайся, убирайся, я никогда не хочу больше видеть тебя в своём кабинете!

И как только Гарри натолкнулся на дверь, раздался треск мёртвых тараканов, сыпавшихся ему на голову. Он рывком открыл дверь и стремглав побежал по коридору, остановившись только когда между ним и Снейпом было уже три этажа. Там он опёрся на стену, запыхавшись и потирая повреждённую руку.

У него не было никакого желания ни так рано возвращаться в башню Гриффиндора, ни рассказывать Рону и Гермионе о том, что он только что увидел. Он чувствовал себя так ужасно и несчастно вовсе не потому, что был пойман или обсыпан тараканами; но из-за того, что он знал, каково быть униженным посреди толпы зрителей, он в точности знал, каково было Снейпу, когда его отец дразнил его, и, судя по тому, что он только что увидел, его отец и в самом деле был настолько высокомерным, как Снейп всегда говорил ему.