Чтение онлайн

— Думаешь, что ты крутой, раз носишь с собой эту штуку? — спустя несколько секунд спросил Дадли.

— Какую штуку?

— Ту, которую прячешь.

Гарри опять усмехнулся:

— Я вижу, ты не так глуп, как выглядишь, Дад? Но вообще-то если б ты был настолько глуп, то не смог бы в одно и тоже время и ходить, и разговаривать.

Гарри вытащил палочку, краем глаза заметив, что Дадли это увидел.

— Вам не разрешают, — сразу сказал тот, — Я знаю, что не разрешают. Тебя выгонят из этой дурацкой школы, куда ты ходишь.

— Откуда ты знаешь, что они не изменили правила, Большой Ди?

— Они не изменили, — не очень уверенно сказал Дадли.

Гарри приглушенно рассмеялся.

— Без этой штуки ты ничего не можешь со мной сделать, — огрызнулся Дадли.

— Ага, особенно если учесть, что тебе нужно четыре помощника, чтобы напасть на десятилетнего… Думаешь, боксерский титул дает тебе право колотить всех подряд?… Сколько лет было твоему сопернику? Семь? Восемь?

— К твоему сведению, ему было шестнадцать, — буркнул Дадли, — и он был в нокауте двадцать минут после того, как я его свалил, а еще он был в два раза тяжелее тебя. Смотри, вот скажу папе, что ты мне угрожал этой штукой…

— Теперь побежишь к папочке, да? Сладенький чемпион испугался палочки противного Гарри?

— По ночам ты не такой храбрый, да? — осклабился Дадли.

— Сейчас ночь, Дюдюшка. Ночью называется время, когда темно, так, как сейчас.

— Я имел в виду, когда ты спишь, — взвился Дадли.

Он остановился. Гарри тоже остановился и посмотрел на кузена.

Из того немногого, что смог увидеть в темноте на здоровенном лице Дадли, он уловил его торжествующий взгляд.

— В смысле? Что это значит: я не такой храбрый, когда сплю? недоуменно спросил Гарри, — Я что, по твоему боюсь подушки или еще чего?

— Я слышал тебя прошлой ночью, — затаив дыхание, сказал Дадли, — Как ты разговариваешь во сне. Стонешь.

— Что ты имеешь в виду? — повторил Гарри, но ему стало не по себе. Прошлой ночью ему опять снилось кладбище.

Дадли резко рассмеялся, а потом сказал тонким, жалобным голосом.

— Не убивайте Седрика! Не убивайте Седрика! Кто это Седрик? Твой дружок?

— У меня… Врешь, — автоматически ответил Гарри, но во рту у него пересохло.

Он знал, что Дадли не врет, иначе откуда бы он узнал про Седрика.

— Папа! Помоги мне, папа! Он собирается убить меня, папа! Ха-ха!

— Заткнись, — тихо сказал Гарри, — Заткнись, Дадли, я тебя предупреждаю!

— Появись и помоги мне, папа! Мама, появись и помоги мне! Он убил Седрика! Папа, помоги мне! Он собирается… Не наставляй на меня эту штуку!

Дадли вжался в стену переулка. Гарри направлял палочку прямо ему в сердце. Гарри чувствовал, как кипела в венах вся злость на Дадли, накопленная за 14 лет. Ну почему нельзя сейчас прикончить Дадли, заколдовать так, чтобы тот пополз домой, как насекомое, бессловесное, шевелящее усиками…

— Никогда больше не говори об этом, — зарычал Гарри, — Ты меня понял?

— Убери от меня эту штуку!

— Я сказал, ты меня понял?

— Убери от меня эту штуку!

— ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?

— УБЕРИ ЕЕ…

Дадли издал странный, короткий всхлип, будто его окунули в ледяную воду.

С ночью что-то случилось. Усыпанное звездами темно-синее небо внезапно стало черным, как смоль, а весь свет — звездный, лунный, свет уличных фонарей — исчез. Исчез также далекий гул автомобилей и шорох деревьев. Душистый вечер внезапно стал пронизывающе холодным. Они были окружены со всех сторон непроницаемой тихой темнотой, словно какая-то гигантская рука укутала дорожку толстым ледяным покровом, ослепляя их.

На долю секунды Гарри показалось, что он неосознанно что-то наколдовал, несмотря на то, что сопротивлялся этому изо всех сил — потом его в его эмоции вмешался рассудок: у него не хватило бы сил выключить звезды.

Гарри завертел головой во все стороны, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь, но темнота покрывала глаза, как невесомый занавес.

Испуганный голос Дадли достиг ушей Гарри:.

— Ч-что ты д-делаешь? П-перестань!

— Я ничего не делаю! Заткнись и не двигайся!

— Я н-не вижу! Я ос-слеп! Я…

— Я сказал — заткнись!

Гарри продолжал стоять неподвижно, поглядывая влево и вправо невидящими глазами. Холод был таким сильным, что он дрожал всем телом; руки тряслись, а на затылке волосы встали дыбом. Он открыл глаза как можно шире, озираясь вокруг, но бесполезно.

Это невозможно… они не могут быть здесь… только не в Литтл Уингинге… он напрягал слух… он должен услышать их прежде, чем увидит…

— Я ра-аскажу папе! — хныкал Дадли, — Г-где ты? Ч-что ты д-делаешь…?

— Ты заткнешься? — прошипел Гарри, — Я пытаюсь слу…

И тут он замолчал. Он услышал то, чего боялся.

На дорожке, кроме них, было нечто, издающее длинные, хриплые, шумные вздохи. Стоя в ледяном воздухе, дрожащий Гарри ощутил жуткий страх.

— Ос-станови это! Прекрати! Я теб-бя ударю, клянусь, ударю!

— Дадли, заткнись…

БУМ.

Сбоку прилетел кулак, попав в голову и сбив с ног. Перед глазами замелькали маленькие звездочки. Второй раз за час Гарри показалось, что голова его раскололась на две половинки; он свалился на земле, а палочка выпала из руки.

— Ты идиот, Дадли! — завопил Гарри.

Из глаз брызнули слезы, он вскочил на четвереньки, отчаянно шаря руками в темноте. И тут услышал, как Дадли убегает, спотыкаясь, натыкаясь на забор.

— ДАДЛИ, ВЕРНИСЬ! ТЫ БЕЖИШЬ ПРЯМО НА НЕГО!

Раздался ужасный громкий визг и шаги Дадли замерли. Одновременно с этим Гарри почувствовал сзади приближение холода, которое могло означать только одно. Их было больше, чем один.

— ДАДЛИ, НЕ ОТКРЫВАЙ РОТ! ЧТО БЫ ТЫ НИ ДЕЛАЛ, НЕ ОТКРЫВАЙ РОТ! Палочка! — в отчаянии бормотал Гарри, шаря руками по земле, — Где… палочка… ну… же… lumos!

Он произнес заклинание автоматически, просто потому что нуждался в свете, чтобы облегчить себе поиск — и с невероятным облегчением увидел луч, вспыхнувший в дюйме от правой руки, — засветился наконечник палочки. Гарри схватил ее, вскочил на ноги и обернулся.

И чуть не упал в обморок.

Ужасная фигура в капюшоне плавно скользила к нему, парила над землей: не было видно ни ног, ни лица — и всасывала ночной воздух.

Спотыкаясь, Гарри попятился, поднимая палочку:

— Expecto patronum!