Чтение онлайн

– Ничего, что-нибудь придумаю, – отмел все возражения Гарри. – Добби, ты молодчина!

– Шкверчок тоже умница, – ласково похвалила Гермиона. Шкверчок, однако, не выразил и тени благодарности, а лишь отвел в сторону громадные, в красных прожилках глаза и скрипуче забубнил в потолок: – Мугродье обращается к Шкверчку, Шкверчок притворится, будто не слышит мугродья…

– Пшел вон, – рыкнул Гарри. Шкверчок, отвесив напоследок низкий поклон, дезаппарировал. – Тебе тоже лучше пойти поспать, Добби.

– Спасибо, Гарри Поттер, сэр! – счастливо пискнул Добби и тоже испарился.

Едва эльфы исчезли, Гарри повернулся к Рону и Гермионе и с жаром спросил:

– Ну, как вам это? Мы знаем, где бывает Малфой! Теперь он у нас в руках!

– Потрясно, – хмуро буркнул Рон, пытаясь промокнуть чернильную кашу, которая еще недавно была почти законченным сочинением. Гермиона подтянула пергамент к себе и стала собирать чернила волшебной палочкой.

– А что это он говорил про «разных других школьников»? – вспомнила Гермиона. – Сколько у Малфоя помощников? По идее, он не должен доверять свой секрет всем и каждому…

– Да, странно, – нахмурился Гарри. – Я слышал, как он говорил Краббе: тебя, мол, мои дела не касаются… и если он рассказывает всем этим… всем этим…

Гарри замолчал и уставился в огонь.

– Какой же я дурак, – тихо проговорил он. – Все совершенно очевидно! В подземелье целый чан этого добра … он мог стащить немного тогда на уроке…

– Что стащить? – не понял Рон.

– Всеэссенцию. На самом первом уроке Дивангард показывал ее нам, и Малфой немного украл… На страже стоят не разные школьники… а Краббе и Гойл, как обычно… да-да, все сходится! – Гарри вскочил и принялся расхаживать перед камином. – Эти болваны сделают для него что угодно, даже если он не объяснит, зачем… но он не хочет, чтобы их видели рядом с Нужной комнатой, вот и заставляет менять облик… те две девчонки, которых я видел с ним, когда он пропустил квидишный матч… Ха! Краббе и Гойл!

– Ты хочешь сказать, – очень тихо произнесла Гермиона, – что та маленькая девочка, которой я починила весы …

– Конечно! – громко воскликнул Гарри, глядя на нее широко распахнутыми глазами. – Конечно! Видимо, Малфой как раз был в Нужной комнате, и она – тьфу, что я говорю! – он уронил весы, чтобы предупредить Малфоя: не выходи, здесь постороние! А девочка, которая уронила жабью икру, помните? Мы все время ходили рядом, сами того не понимая!

– Он превращает Краббе и Гойла в девочек? – грубо хохотнул Рон. – Ну и ну… неудивительно, что в последнее время они такие несчастные… как это они его еще не послали….

– И не пошлют, если видели Смертный знак, – сказал Гарри.

– Хм-м-м… Смертный знак, в существовании которого мы далеко не уверены, – скептически заметила Гермиона. Она свернула в трубочку высохшее сочинение Рона, пока с ним не случилась еще какая-нибудь напасть, и передала Рону.

– Посмoтрите, – уверенно заявил Гарри.

– Посмотрим, – согласилась Гермиона, встала с кресла и потянулась. – Только, Гарри, не сходи с ума раньше времени, мне все-таки кажется, что ты не сможешь попасть в Нужную комнату, не зная, что он там делает. И не забывай, – она вскинула на плечо свой тяжелый рюкзак и очень серьезно поглядела на Гарри, – по уму тебе следовало бы сосредоточиться на воспоминании Дивангарда. Спокойной ночи.

Гарри проводил ее недовольным взглядом и, как только дверь в спальню девочек закрылась, повернулся к Рону:

– Что скажешь?

– Вот бы уметь дезаппарировать, как домовый эльф, – произнес Рон, мечтательно глядя на место, откуда недавно исчез Добби. – Тогда права были бы у меня кармане.

Ночь Гарри провел плохо. Он, как ему показалось, много часов пролежал без сна, гадая, для чего Малфою потребовалась Нужная комната и что он, Гарри, увидит там завтра. Ведь, невзирая на опасения Гермионы, Гарри был уверен: если Малфой смог попасть в штаб-квартиру Д.А., то и он попадет… но куда? Что это может быть? Комната для встреч? Убежище? Хранилище? Мастерская? Мозги Гарри гудели, а его сны, когда он наконец заснул, были обрывочны и неспокойны: Малфой превращался в Дивангарда, тот, в свою очередь, становился Злеем…

Наутро за завтраком Гарри дрожал от нетерпения; он твердо решил потратить свободное время перед защитой от сил зла на то, чтобы попытаться проникнуть в Нужную комнату, и сейчас шепотом рассказывал Рону о своих замыслах. Гермиона нарочно не проявляла к этому никакого интереса, и Гарри сердился, считая, что она могла бы сильно помочь ему, если б только захотела.

– Слушай, – тихо сказал он, наклоняясь вперед и накрывая ладонью свежий номер «Прорицательской», чтобы не дать Гермионе спрятаться за газетой. – Я не забыл про Дивангарда, но не представляю, как выудить у него воспоминание. А пока меня не осенит, почему бы не последить за Малфоем?

– Я же сказала, ты должен уговорить Дивангарда, – ответила Гермиона. – А не перехитрить или околдовать, иначе Думбльдор и сам бы давно это сделал, причем в две секунды. Поэтому тебе надо не толкаться у Нужной комнаты, – она выдернула «Прорицательскую» из-под руки Гарри и развернула ее на первой странице, – а искать Дивангарда и взывать к лучшей стороне его натуры.

Она принялась просматривать заголовки.

– Кто-нибудь из знакомых…? – спросил Рон.

– Да! – воскликнула Гермиона. Гарри и Рон едва не поперхнулись. – Нет-нет, все в порядке, никто не умер – здесь про Мундугнуса. Его арестовали и отправили в Азкабан! Судя по всему, он хотел кого-то обворовать и притворился инфернием… Еще пропал некий Октавиус Перетс… А еще, какой ужас, арестовали девятилетнего мальчика! Он пытался убить бабушку с дедушкой, вроде бы под проклятием подвластья…

Они доели завтрак в молчании. Затем Гермиона пошла на древние руны, Рон – в общую гостиную дописывать сочинение про дементоров, а Гарри – в коридор на седьмом этаже, к гобелену, на котором Барнабас Безбашенный обучал троллей балету.

В первом же пустом переходе Гарри надел плащ-невидимку, но он зря беспокоился: у гобелена никого не было. Гарри не знал, как проще попасть в Комнату – когда Малфой внутри или, наоборот, когда его там нет, но обрадовался, что на первый раз под ногами хотя бы не будут путаться Краббе и Гойл в обличье одиннадцатилетних девчонок.

Перед потайной дверью в Нужную комнату Гарри закрыл глаза. Он хорошо помнил, что надо делать; в прошлом году успел здорово натренироваться. Сосредоточив всю волю на своем желании, он твердил про себя: «Мне нужно увидеть, чем там, внутри, занимается Малфой… Мне нужно увидеть, чем там, внутри, занимается Малфой… Мне нужно увидеть, чем там, внутри, занимается Малфой»…

Он три раза прошел мимо двери, а затем, с громко бьющимся сердцем, повернулся к ней лицом и открыл глаза – но уперся взглядом в абсолютно гладкую стену.

Гарри шагнул вперед и попробовал ее толкнуть. Стена осталась каменной и неподатливой.

– Ладно, – вслух проговорил Гарри, – хорошо… я не то думал…

Немного поразмыслив, он опять заходил с закрытыми глазами, усердно концентрируясь на мысли:

Мне нужно увидеть место, где тайно бывает Малфой… Мне нужно увидеть место, где тайно бывает Малфой…

После трех проходов он с надеждой открыл глаза.

Двери не было.

– Слушай, не дури, – недовольно сказал он стене. – Я же ясно выразился… ну, хорошо…