Чтение онлайн

Библиотеку мальчик, разумеется, посмотрел, и даже стеллаж с детскими книгами отыскал. Последний ему, разумеется, понравился. Глаза так и разбегались по полкам. Богатство, как оно есть богатство. Не потрёпанное, будто бы и вовсе совсем новое. Но главное - все полки в доступности, всего лишь руку протяни. Все книги как будто бы специально поставлены так, чтобы без проблем при его росте дотянуться.

Чуть постояв, Гарри аккуратно провёл по корешкам пальцем, задержался на детской версии рассказов о рыцарях Круглого стола с картинками. Властелин колец, Сага о драконах, а в самом конце ряда обнаружились: “Дневники юного айкидоки”, “Боевое искусство Шаолиня: история, теория и практика”, “Иммунитет против страха”, “Боевые искусства как способ проживания жизни и построения характера”, “Дзюдо”, “Техника самообороны”, “Дзюдо: практическое пособие в рисунках”. И ещё несколько. Все красочные, но при этом лаконичные и манящие. В итоге остановился на той, что называлась “Киокушинкай Каратэ, Масутацу Оямы, или как победить собственный страх”. Было в ней что-то по-настоящему завораживающее, привлекательное.

Три часа спустя

"Зачитался" — всполошено подумал отреагировавший на включившийся в помещении свет Гарри. И именно в этот момент увидел улыбающегося ему Шибу-сама. В руках у того был небольшой поднос с чаем, и нехитрыми, без каких бы то ни было изысков булочками. Обычные, совершенно определённо магазинные, скорее всего из пекарни за поворотом, сконы.

— Уже пять часов, поэтому не стесняйся и угощайся. — сообщил он , ставя поднос на столик, а заметив выбранную ребёнком книгу, продолжил — Оу, карате значит, драконы и эльфы по вкусу, как я понимаю не пришлись?

— Я просто, просто я… я хотел…, я так устал Шиба-сама. Мне надоело то, что меня постоянно гоняют. То псину на меня спустят, то втроем вчетвером загонят. А тут, тут написано, что…

— Я знаю, что тут написано. Это ведь вводное пособие по одному из видов карате. Притом далеко не самому простому, — после чего немного помолчал и дождавшись, когда ребёнок сделает глоток чая продолжил — Хотел бы ты научиться?

— Конечно, — горячо выпалил не сразу сообразивший, что же именно у него спросили Гарри — Вот только, — и тут же, на глазах поникнув, продолжил — никто не станет оплачивать мне секцию. Я юрод, нахлебник и тому подобное. Дядя и тётя никогда ничего подобного для меня не сделают…

— Вот оно как, ну да это и вовсе не проблема. Мальчик ты хороший и, кто бы там что не говорил, ни разу ни юродивый. А что до секции, зачем она, если я и так мастер шестого дана. Дочитал ведь уже до градации? Вижу, что дочитал. — кивнув на почти дочитанную книгу, продолжил Тацуя — В общем, если ты сам этого хочешь, то я тебя научу. Как это положено, как учитель ученика. Все данные у тебя есть, шлифануть немного, физическую форму подтянуть…

— Правда? Вы правда согласитесь меня учить, Шиба-сама? — выпалил едва верящий в своё счастье Гарри. И, совершенно неожиданно словив в собственной голове образ одетого в кимоно черноволосого парня, почти не задумываясь его повторил. Кимоно, правда, сейчас не было, но принять в как он впоследствии узнал позу сейдза, которая практически правильно перетекла в дза-рэй немного угловато, но для первого раза сумел. — Научите меня Шиба-сама, — произнёс замерший около него на полу ребёнок. — Научите меня, как победить свой собственный страх!

— Вот даже прямо так? И ведь почти правильно, чуть с растяжкой поработать… — протянул Тацуя, и вправду удивившийся такой его прыткости. И чуть помедлив добавил — Ты ведь понимаешь, что обратного пути у тебя уже не будет? Ты просишь меня совершенно не по европейским канонам. И если я соглашусь, то и учить тебя я буду точно также, как и меня самого когда-то. С поправками на возраст и навыки, разумеется, но тем не менее. Никаких поблажек, никаких “я не могу”, “устал”, “мне лень”. Первая же попытка чего-либо подобного, и мы с тобой распрощаемся. Тратить время на индивидуальные занятия, с тем, кому они даром не нужны, прости Гарри, но тут я умою руки.

— Я буду стараться и отлынивать ни за что не стану. Правда, наверное, не всегда смогу, дядя и тётя, они…

— Это-то понятно, — чуть смягчённым, с нотками понимания, тоном ответил мальчику Тацуя. — И это как раз причисляется к, скажем так, обстоятельствам непреодолимой для тебя сейчас силы. Всё же, что вне — не котируется. И полученная в школе двойка, и, как её следствие наказание — это вовсе не непреодолимая сила. Это лень, твоя и только твоя. Сам получил, сам себя наказал. Я понятно выражаюсь?

— Да, сенсей, — с осторожностью, как бы пробуя произносимое, сообщил Гарри.

— Ну раз так, то пошли, покажу тебе свою тренировочную, не прям аутентичный додзё, конечно, но европейский его вариант.

Именно так Гарри и оказался в помещении, которое он после пусть и не законченного им ещё прочтения, но тем не менее, уже воспринимал, как нечто если не божественное, то где-то рядом с ним находящееся. Послушно повторил за согласившимся его всему обучить сенсеем предшествующий шагу на татами поклон и неуверенно попробовал босой ногой оный. Безразмерные носки дяди Вернона мальчик предварительно снял.

После чего выслушал короткую и очень поучительную лекцию о том, что такое уважение к и в додзё, как оно проявляется, что делать можно, а что нет. А затем выяснилось, что у наставника даже кимоно для него — и то нашлось. Всего минуту, ну, может быть, две побыл в помещении один, а когда наставник вернулся, тоже кстати уже переодевшимся в собственное кимоно, у него в руках был лёгкий на вид свёрток. Оказавшийся ничем иным, как выглядящим будто бы и вовсе совсем новым кимоно, прилагающимися к нему штанами на резинке и белого цвета поясом. Сам Шиба-сенсей был опоясан поясом черным, с неизвестными для Гарри пока символами и обозначающими дан носителя идущими в ряд полосками нашивками.

— Вот, возьми, — произнёс протянувший ему обновки Тацуя. — Это моё детское, я думаю ты заметил, что оно как будто бы новое. И это мой тебе первый урок, Гарри, всегда будь бережлив. Как видишь, я на практике доказал, что это более чем возможно.

То, с каким благоговением мальчик принял на деле никакое не его, а очень даже совершенно новое кимоно, заставило едва заметно поморщиться.

Врать своему сюзерену, да маленькому, да совершенно не опытному, а уж если он ещё и контактёр. И это исключительное счастье что дар мальчика пока что спит. Хотя спит ли? Сейдза тот же, да и дза-рэй он выполнил практически безупречно. Никогда ведь этого даже не видел и тем не менее всё в точности выполнил. Растяжки чуть больше и вообще идеально получилось бы. И от того было только поганее, но и не сказать, что не жалел, что на книгу нужную чары наложил, да и сами книги специально для него купил и в библиотеке поставил. "Нет, рано ещё" — мысленно одёрнул сам себя увлёкшийся и от того не заметивший того, как уже переодевшийся в новенькое, купленное немного на вырост облачение, Гарри вернулся на татами и встал перед ним в ожидании того, чему же и как же именно его будут учить. "Даже пояс совершенно правильно завязал" — хмыкнул про себя Тацуя. Вслух же:

— Молодец. Дай-ка подумать, я надеюсь, ты понимаешь, что прям вот сразу, каким-либо приёмам я тебя не научу. Начинать надо не с них, а с азов, азов и основ. А потому повторяй за мной, посмотрим, что именно и как именно ты можешь, а что нет.

Следующие полчаса послушный воле своего учителя Гарри, в начале тянулся, как мог и как умел, затем бегал, прыгал и даже несколько десятков раз кувыркался. А вот после ему таки разрешили попробовать. Протянули, опять-таки выглядящие будто бы только что из магазина, перчатки без пальцев, тогда как сам Шиба сенсей вооружился чем-то похожим на кожаную ракетку-переростка для настольного тенниса и после этого приказал ему бить. Со всей силы.

И Гарри ударил, в начале не уверенно, затем снова, снова, и ещё, и ещё раз. В какой-то момент на месте ракетки переростка оказались его давешние, да и сегодняшние тоже, обидчики. Удары стали сильнее, резче, а учитель только подбадривал. “Руку выше, локти прямее!” “Куда ты руки опустил?! Бей как положено!” — раздавалось вокруг и Гарри молотил, как он впоследствии узнал, "Лапу". Правой, левой, вновь правой — и так пока хватало сил. Унялся только практически через пол часа. Сам того не заметил, как три полных круга по додзё сделал. От стены до стены и обратно, и так трижды. А ведь стоящий перед ним Тацуя и не думал поддаваться. Мальчик на полном серьёзе своим натиском принуждал его отступать. Медленно, нехотя, будто бы с ленцой, и тем не менее шаг за шагом… сантиметр за сантиметром. Бил ребёнок, как говорится, от души. По щекам мальчика текли слёзы. И стоящий перед ним наставник прекрасно его понимал.