Чтение онлайн

Несмотря на то, что каждая секунда боя могла стать решающей, анализируя особенности позиций каждого из своих “визави”, я размышлял, как правильней обставить свое внезапное появление. Хотя, если разобраться, то первый ход не вызывал ни малейших сомнений. Поодаль стояла не менее высокая скала, вследствие чего, позиция засевшего на ее вершине пулеметчика стала для меня приоритетной целью. А значит, его надлежало устранить первым, и для достижения этой цели, боеприпасов я решил не экономить.

Учитывая, что ему приходилось стрелять вниз с самого края, мною его позиция просматривалась относительно неплохо, но только если он не отойдет назад. В таком случае он сможет надежно укрыться вне зоны моей видимости, и вот тогда с его стороны могут последовать крайне нежелательные сюрпризы. Оставалось только пожалеть, что у меня не было возможности проверить пристрелку пулемета, учитывая, что от этого зависит благополучный исход всей операции. Конечно, соответствующую поправку можно сделать уже “по ходу пьесы”, но работать на идеально выверенном прицеле значительно проще и эффективней.

Первая же очередь наглядно продемонстрировала, что мои опасения оказались напрасны. Ну, если только прицел немного “заваливал” влево, поэтому следующую очередь я положил, целясь чуть правей от фигуры пулеметчика. И если результативность первой очереди можно было считать спорной, ввиду того что пулеметчик элементарно “шуганулся” от неожиданности. То вторая очередь заставила его фигуру изогнуться от гарантированного попадания выпущенной точно в цель очереди. Буквально парой следующих очередей я оборвал его мучения, потому как его судьба была уже предрешена.

Но выбирая свою первую жертву, я определил и приоритеты последующих целей, по которым предстояло отработать в первую очередь. Как эта одиночная пулеметная точка на дальнем утесе, тем не менее, доставлявшая моим сослуживцам наибольший дискомфорт. Ввиду того, что находясь вне досягаемости для ответного огня, надежно прикрывала идущих в атаку спецназовцев. Благо, что его вершина имела ровную поверхность, и с моей позиции просматривалась практически полностью. Поэтому, несмотря на ее внушительную удаленность, покончить с этой пулеметной точкой не потребовало особых усилий.

Ведь мое внезапное появление не осталось незамеченным, и результатом столь хамского поведения стала вполне предсказуемая ответная реакция. Конечно, первыми меня обнаружили пулеметчики на соседних вершинах, незамедлительно приложив все усилия для моей ликвидации. Стоило мне зачистить дальнюю точку, как скальный уступ рядом со мной хлестнули первые очереди пулеметов противника с соседних вершин. Как не вызывало сомнений, что стреляли с двух позиций, которые я рассматривал как наиболее опасные направления.

Скользнув назад в глубину гранитного нагромождения, я оказался надежно укрыт от пулеметного огня противника, получив полную свободу передвижения по дальней части вершины. Чем и воспользовался в полной мере, в процессе подготовки своего следующего “выхода на публику”. Благодаря богатому выбору, по какой из расщелин безопасней подобраться к каждой пулеметной позиции противника, чтобы мое появление оказалось для них наиболее неожиданным.

По понятным причинам, моему нападению подвергались в первую очередь пулеметные расчеты на наиболее высоких вершинах. Во-первых, у них было больше возможных укрытий, помимо возможности укрыться от моего огня на противоположной стороне вершины. Но даже оттуда они будут иметь возможность продолжать мне досаждать, поэтому я приложил все усилия, чтобы со следующей атакованной мною вершины никто не ушел живым.

Несмотря на свое численное превосходство сдвоенной позиции, быстро поняв всю бесперспективность дальнейшего выяснения отношений, противник решил отойти. Вот только их попытки прикрывать друг друга во время передислокации особого результата не принесли, в результате чего до края вершины добрался лишь один пулеметчик. Но замешкавшись с веревками, получил от меня полновесную очередь в спину, и отправился вниз уже без всякой страховки.

Последующую сдвоенную позицию на другой вершине удалось вынести еще быстрей. Потому как те быстро поняли, что пришел их черед, и не стали медлить. Успев отойти к краю скалы прежде, чем я взялся за них всерьез. В результате одному удалось “улизнуть”, вот только по той поспешности, с какой он скрылся, опасений, что он вернется, не возникало.

Оставалось еще две пулеметных позиции, когда у меня закончилась лента. И неудивительно, ведь предпочитая действовать наверняка, патронов я не жалел, вот две сотни патронов как-то незаметно оказались израсходованы. Впрочем, временно покидая поле боя, я был вполне удовлетворен переломом, который внес в его ход. По крайней мере, силы теперь примерно уровнялись, и немедленный разгром моим “подельникам” уже не грозил. И как будут развиваться дальнейшие события, теперь зависело от них самих.

Как я и планировал, после установки новой ленты, первым делом я прояснил ситуацию с оставшимися пулеметными точками. Но в виду того, что располагались они значительно ниже, то просматривались мною как на ладони. Поэтому прежде, чем я закончил с пулеметным расчетом на одной вершине, весь личный состав последней предпочел самостоятельно покинуть свою обреченную позицию.

Правда теперь придется постоянно отвлекаться, ведь чтобы разглядеть ряды атакующих спецназовцев, мне требовалось выглядывать вниз намного дальше. Поэтому я невольно подставлялся для стрелка, решившего вновь занять свою прежнюю позицию. Но вопрос о целесообразности поддержки своих соратников огнем не подлежал сомнению, поэтому я был вынужден пойти на определенный риск. Впрочем, держа все свои сторожевые рецепторы на максимуме, в полной готовности отреагировать на появление малейшего движения на соседних вершинах.

Но к этому времени мои воинственные соратники уже и сами разобрались в ситуации, и как только завеса пулеметного огня спала, перешли в решительное наступление. Оставшись без прежнего эшелонированного прикрытия, бравые спецназовцы были вынуждены занять оборону. Немилосердно расходуя боеприпасы, чтобы не позволить противнику приблизиться. Вот только бойцы Аслан-Бека, похоже, были прекрасно осведомлены о подобной пиндосовской привычке. Поэтому приближались, активно используя рельеф местности, укрываясь от интенсивного огня со стороны противника.

Судя по всему, патроны у этих ребят еще и не думали заканчиваться, поэтому я счел нужным вмешаться в происходящее. И как только мои первые очереди ударили по позициям спецназовцев, в ходе боя произошел переломный момент. Хотя интенсивность огня противника практически не снизилась, ее эффективность упала в разы, потому как теперь противник продолжал активно отстреливаться, одновременно отступая.

Немедленно уловив это изменение, с целью окончательно сломить боевой дух противника, мои соратники перешли в решительное наступление. Конечно, они по-прежнему предпочитали не подставляться, тем не менее, их ответный огонь по своей результативности значительно превосходил показатели противника. А учитывая поддержку, которую я оказывал сослуживцам, находясь на значительно более выгодной позиции, вскоре отступление противника переросло в откровенное бегство. В связи с чем, вскоре театр боевых действий переместился за ближайшую скалу, а потом и вовсе исчез из поля моего зрения.