Чтение онлайн

Марис неохотно кивнула.

– Но даже если он и выиграет, летатели не простят ему прошлого. Для них он навсегда останется Однокрылым.

– Я вовсе не прошу тебя шефствовать над ним всю оставшуюся жизнь. Я прошу лишь помочь мне сейчас, чтобы Вэл смог завоевать крылья.

– Чего ты хочешь конкретно?

– Ничего сверх того, что ты делаешь для остальных студентов. Укажи ему на ошибки, учи его так, как тебя учил твой приемный отец-летатель, как ты учила бы своего ребенка. Давай советы, направляй его, состязайся с ним в скорости и точности полета. Студенты «Деревянных Крыльев» ему не соперники, а меня, как ты сегодня видела, он не очень-то слушает. Да и кто я такая, чтобы учить его? Старуха-калека, давно уже летающая лишь во сне. Но ты – настоящий летатель, по праву считаешься одной из лучших. Марис, ты нужна ему.

– Я подумаю. – Марис допила киву и поставила пустую кружку на стол. – Хорошо, я согласна его учить, если только он будет прислушиваться к моим советам.

– Отлично. – Сина поднялась. – Спасибо. А теперь, извини, дел по горло.

– У двери она остановилась и добавила: – Понимаю, Марис, как тебе тяжело, но уверена, что когда ты узнаешь Вэла получше, то проникнешься к нему симпатией. Я знаю, он уважает тебя.

Марис попыталась не выказать удивления.

– Зато я его не уважаю. И чем дольше вижу, тем меньше симпатии к нему испытываю.

– Он молод, Марис. И жизнь его была не из легких. К тому же сейчас все его мысли, все побуждения, как и у тебя несколько лет назад, направлены на то, чтобы вернуть крылья.

Разгневанная подобным сравнением, Марис лишь усилием воли сдержала готовую сорваться с языка тираду о том, насколько, по ее мнению, Вэл-Однокрылый отличается от нее в юности.

Наступило тягостное молчание, затем Сина вышла из комнаты, тихо затворив за собой дверь.

На следующий день начались окончательные тренировки перед Состязаниями.

Шестеро претендентов на крылья летали с восхода до заката. Живущие на Сиатуте, Большом или Малом Шотане и других близлежащих островах студенты, чья очередь в этом году еще не подошла, разъехались на каникулы; в академии остались лишь те, чьи дома находились далеко. Сидя на голой скале, они часами напролет во все глаза наблюдали за полетами счастливчиков и мечтали о дне, когда и им выпадет такой шанс.

Сина, опираясь на деревянную трость, но чаще размахивая ею в такт словам, выкрикивала со смотровой площадки советы и похвалы своим оперившимся птенцам. Марис летала рядом – наблюдала, направляла студентов; сопровождала С'Реллу, Деймена, Шера, Лиа и Керра во время соревнований в скорости; состязаясь сразу с двоими, показывала им различные варианты фигур воздушной акробатики, способные произвести благоприятное впечатление на судей.

Вэл пользовался крыльями наравне с остальными, но Марис, хоть и постоянно помнила о данном Сине обещании, наблюдала за его полетами молча. Обращаться с ним, как с другими студентами «Деревянных Крыльев», по ее мнению, было глупо. Ведь он уже дважды участвовал в Состязаниях, значит, сам знает, что делать. Все-таки она решила поговорить с ним за ужином.

Войдя в трапезную, Марис обнаружила, что сегодня здесь пылает лишь один очаг из трех, лавки непривычно пусты; все не принимающие участия в Состязаниях этого года студенты сгруппировались за одним столом; за другим Сина что-то объясняла Шеру, Лиа и Керру; С'Релла и Вэл сидели за третьим в углу.

Деймен положил в тарелку Марис тушеную рыбу с овощами, и, налив себе кружку белого вина, она подошла к угловому столу.

– Как тебе наша еда? – спросила она, усаживаясь напротив Вэла.

Он спокойно взглянул на нее, и в его больших темных глазах ничего нельзя было прочесть.

– Вполне, – ответил он. – Да и в «Воздушном Доме» я на пищу не жаловался. Летатели едят отменно, даже летатели с деревянными крыльями.

Сидящая рядом с ним С'Релла пренебрежительно отпихнула вилкой на дальний край тарелки кусок рыбы.

– Стряпня Деймена всегда ужасно пресная. Вот когда по кухне дежурю я, получается действительно вкусно. Я готовлю по южным рецептам, от души пользуюсь специями.

Марис рассмеялась.

– По-моему, специй в твоих блюдах с избытком.

– Я говорю не о специях, а о еде, – сказал Вэл. – Сейчас у меня на тарелке не меньше четырех сортов рыбы, и свежие овощи, а в соус, похоже, добавлено вино. Пищи вдоволь и не кусочка тухлятины. Так, как мы, питаются только летатели. Правители да богатые торговцы.

С'Релла выглядела обиженной. Марис, нахмурившись, отложила нож и сказала:

– Ты не прав, Вэл. Большинство летателей едят немного и только простую пищу. Толстеть для нас – непозволительная роскошь.

– Бывало, я ел рыбу, от которой просто смердило. А бывало – уху, в которой не найдешь даже плавничка, – сказал Вэл холодно. – Я вырос на объедках со стола летателя, и буду счастлив до конца своих дней есть такую простую пищу. – Слово «простую» он произнес с нескрываемым сарказмом.

Марис вспыхнула. Ее настоящие родители не были богаты, но отец имел лодку и рыбачил у берегов Малого Эмберли, поэтому еды в семье было достаточно. А вскоре после смерти отца ее и вовсе взял на воспитание летатель Расс.

Марис сделала глоток из кружки и перевела разговор на другую тему:

– Вэл, я хочу узнать, как ты поворачиваешь в воздухе.

– Поворачиваю? – Он положил в рот последний кусок рыбы и отодвинул пустую тарелку. – Я делаю что-то неверно, летатель? – Его голос прозвучал бесстрастно, и Марис не поняла, была ли в его словах ирония.

– Нет, но я обратила внимание, что ты всегда разворачиваешься с потерей высоты. Почему?

– Так легче.

– Да, – согласилась Марис. – И к тому же при таком маневре ты еще и набираешь скорость, но он требует большего свободного пространства, чем поворот с набором высоты.

– Поворот с набором высоты при сильном ветре весьма сложен.

– И требует большей сноровки и силы. А твои мышцы недостаточно развиты. Не стоит избегать трудностей. Привычка поворачивать с потерей высоты выглядит безобидной лишь на первый взгляд. Когда-нибудь тебе необходимо будет повернуть с набором высоты, а ты не сможешь.

– Что-нибудь еще? – спросил Вэл, сохраняя совершенно непроницаемое выражение лица.

Ободренная успехом, Марис рискнула перейти к более скользкой теме:

– Да. Сегодня я видела, что ты летал с ножом на поясе.

– Ну и что с того?

– Не бери его с собой в следующий полет. Понимаю, что этот нож для тебя немалая ценность, но законы летателей запрещают брать в небо любое оружие.

– Законы летателей, – холодно произнес Вэл. – А кто дал летателям право устанавливать законы? Я что-то не слышал о законах фермеров. Или о законах стеклодувов. Законы издают Правители и только они. Отдавая мне нож, отец просил никогда не расставаться с ним, но в тот год, когда я владел крыльями, я, подчиняясь глупым законам летателей, нарушил данное отцу обещание, и мне до сих пор стыдно. Меня оправдывает лишь то, что тогда я был совсем желторотым юнцом, но теперь вырос, и, что бы ни случилось, нож всегда останется при мне.