Чтение онлайн

Правитель отложил телескоп.

– Его спасли. И крылья – тоже.

С'Релла описывала круги над мачтой корабля, подобравшего Гарта. Она слишком поздно поняла, что произошло, но, даже окажись она рядом с Гартом раньше, помочь ему вряд ли смогла бы.

Правитель, приказав стражнику выяснить, что случилось, вновь занял свое место. Судьи обеспокоенно переговаривались, подавленные случившимся Марис и Сина молчали. Минут через десять вернулся стражник и доложил:

– Гарт жив и, хотя порядком наглотался воды, уже пришел в себя. Его препровождают домой.

– Что же с ним стряслось?! – вскричал Правитель.

– Его сестра проговорилась, что он давно уже болен. Видимо, в воздухе с ним случился приступ.

– Но он никогда не говорил мне о своей болезни. – Правитель обеспокоенно взглянул на судей-летателей. – Неужели мы будем судить этот поединок?

– Боюсь, что да, – мягко промолвила Шалли, беря со стола черный камешек.

– Ты собираешься присудить победу девчонке?! Но ведь как белый день ясно, что, если бы не приступ, Гарт с легкостью ее перелетал бы!

– Но твой разлюбезный Гарт свалился в океан! – вмешался в спор судья с Внешних Островов. – Даже Летай он лучше Лейна, после падения он – проигравший.

– Согласна, – кивнула Восточная. – Ты не летатель. Правитель, и оттого не понимаешь. Гарту еще повезло. Если бы он упал в океан, летя с поручением, то достался бы на обед сциллам.

– Он болен, – гнул свое Правитель, не желая, чтобы Скални лишился пары крыльев.

– Это неважно, – заявил Южный, кидая в ящичек черный камень.

Его примеру последовали остальные судьи-летатели, Правитель же демонстративно бросил белый камень.

Падение Гарта усилило неприязнь между летателями и студентами «Деревянных Крыльев». Проходившие в сгущающемся мраке и грозовых облаках послеполуденные игры не имели особого успеха. Восточная с Кошачьего Острова, многократный призер в фигурном пилотировании, как и многие другие летатели, в последнюю минуту отказалась от участия в дружеских соревнованиях, а некоторые летатели, непосредственно не участвующие в поединках за крылья, в тот день даже отправились на родные острова. Керр, единственный из студентов посетивший игры, рассказал, что зрители изнывали от скуки, и все их разговоры крутились вокруг Гарта.

Сина попыталась ободрить своих питомцев, но на этот раз у нее ничего не получилось. Шер и Лиа, хотя и не надеялись всерьез на победу, вполголоса взвешивали свои шансы, Деймен тоже приуныл, а Керр готов был сию же минуту утопиться в океане. Пребывавшая в мрачном расположении духа С'Релла, сославшись на усталость, ушла, а вновь появившись вечером, поссорилась с Вэлом.

Произошло это сразу после ужина. Деймен сидел за доской гичи и оглядывал комнату в поисках соперника, Лиа, вновь достав свирель, негромко наигрывала печальную мелодию. С'Релла сидела на лавке рядом с Марис, когда Вэл без приглашения подсел к ним.

– Пойдем в таверну, отметим свою победу, – предложил он С'Релле. – Избавимся от кислых мин проигравших и заодно послушаем, что о нас болтают люди. Может, даже поставим монетку-другую на завтрашние поединки.

– Мне нечего праздновать, – угрюмо сказала С'Релла. – Летала я сегодня из рук вон плохо и победу не заслужила.

– Твои победы или проигрыши ничего общего с заслугами не имеют. Пошли.

– Вэл схватил С'Реллу за руку и попытался поднять на ноги, но та со злостью вырвалась.

– Тебя ничуточки не волнует, что произошло с Гартом?

– Похоже, нет. Да и тебя, наверно, тоже. Ведь, как мне помнится, разговаривая с ним в последний раз, ты сказала, что ненавидишь его. Для тебя было бы значительно лучше, если бы он утонул. Тогда судьям, волей-неволей, пришлось бы отдать тебе его крылья, а теперь они непременно попытаются тебя надуть.

Марис, не выдержав, воскликнула:

– Замолчи сейчас же, Вэл!

– Не вмешивайся, летатель, – отрезал он. – Разговор касается только меня и С'Реллы.

С'Релла вскочила.

– Почему ты всех ненавидишь?! Ты жесток даже с Марис, а ведь она постоянно помогает тебе. И о Гарте ты сказал такое!.. Он был добр ко мне, а я, неблагодарная, вызвала его на поединок. Из-за меня он чуть не погиб, а ты говоришь о нем гадости! Ни слова о нем больше! Ни единого!

Лицо Вэла застыло неподвижной маской.

– Понятно, – сказал он бесстрастно. – Если ты так печешься о летателях, то отправляйся к столь любезному твоему сердцу Гарту и откажись от его крыльев. А я тем временем пойду и отпраздную свою победу.

Он резко повернулся и вышел.

Марис, взяв руку С'Реллы, предложила:

– Не навестить ли нам в самом деле Гарта?

– А можно?

Марис кивнула.

– Он и Риса занимают большой дом всего в полумиле отсюда. Гарту нравится жить около океана и пристанища летателей. Пойдем его проведаем?

С'Релла сразу согласилась, и они тут же отправились в путь. Хотя Марис и побаивалась недружелюбного приема в доме Гарта, забота о друге пересилила страх.

Беспокоилась она, как оказалось, напрасно. Открыв дверь, Риса тут же расплакалась, и Марис поспешно обняла ее.

– Входите же, входите, – бормотала Риса сквозь слезы. – Он обрадуется.

Гарт лежал на кровати. Голова его покоилась на груде подушек, ноги прикрывал лохматый шерстяной плед. Завидев в дверях гостей, он приподнялся на локтях, и на его осунувшемся бледном лице заиграла искренняя улыбка.

– Марис! – как всегда во всю глотку закричал он. – Вместе с бесенком, который хотел отобрать у старика Гарта крылья! Проходите же, поговорите со мной. А то Риса лишь причитает, ахает да охает. Даже кружечку эля больному не принесет.

– Эль тебе ни к чему, – улыбнулась Марис.

Подойдя к кровати, она наклонилась и коснулась губами лба Гарта. С'Релла в нерешительности топталась у двери. Посмотрев на нее. Гарт серьезно сказал:

– Не бойся, С'Релла, я на тебя не сержусь.

Девочка, встав рядом с Марис, спросила:

– Ты правда не сердишься?

– Правда. Риса, принеси гостям стулья. – Через минуту, когда Марис и С'Релла уселись; он продолжил: – Если откровенно, то, когда ты вызвала меня, я был в ярости…