Чтение онлайн

В 1997 году Виктор Александрович Кузнецов, бывший ответственный секретарь газеты Второй ударной армии «Отвага», прислал мне из Уфы свою «Книгу памяти». Там в дневниковой записи за 20 апреля 1942 года он рассказывает о совещании в политотделе армии, на котором вступил только что прибывший новый командующий Власов. Перед началом контрнаступления под Москвой он после контузии под Киевом лежал в госпитале. Вдруг, по его словам, позвонил Сталин и спросил о его здоровье. Это опять-таки было не изъявлением нежностей к человеку, которого Сталин никогда не видел, а кадровым интересом Верховного Главнокомандующего: можно ли его поставить командармом? «Конечно, - воскликнул Власов, - на другой же день я был здоров!» Вот как подействовал на него один звонок Сталина. И дальше он говорил о Сталине с восторгом: «Удивляла его осведомленность. Он всё хорошо знал. Дислокация не только армий, но и дивизий ему хорошо известна. Знает на память множество имён командиров» и т.д. Было сказано ещё немало прекрасных слов: «Командир должен быть отцом родным для бойцов... Человека любить надо... Мы должны помочь ленинградцам» и т.п. А в конце опять о Сталине:«Надо учиться у товарища Сталина спокойствию и выдержке даже в самые тяжёлые времена». Так что есть все основания сказать: не Власов был любимцем Сталина, а Сталин – любимцем Власова, но – только до того, как настали для генерала лично эти самые «тяжелые времена». Тут его покинуло спокойствие, и он вскоре, когда его разыскали немцы, перешёл на немецкий язык: «Nicht schissen! Ich bin Vlasoff!»

Пивоваров приводит в усеченном виде характеристику Власова, данную ему Жуковым в радостные дни после разгрома немцев под Москвой. Она имеет сдержанно положительный характер. Однако голова восклицает: «Образцовый сталинский генерал! И никаких намёков на будущую судьбу Власова». За измену родине судьбой генерала оказалась виселица. Так этот умник ожидал, что в характеристике будет сказано: «Генерал-лейтенант Власов А.А. в оперативном отношении подготовлен хорошо, организационные навыки имеет, с управлением войсками армии справляется. Но после окончания войны заслуживает виселицы». Увы, этого в характеристике не было.

Кстати, о конечной судьбе предателя мы слышим с экрана: «Генерал Власов с группой подвижников(!) повешен по решению Политбюро». Нет, все эти «подвижники»-шарамыжники были повешены не по решению, а по приговору и не Политбюро, а Военной коллегии Верховного суда. Хоть в таких-то вещах надо бы даже энтэвешникам разбираться при всём их невежестве. А вот в нынешнем правовом бардаке, созданном под руководством двух кремлёвских юристов, вполне можно ожидать, что Грызлов скоро будет повешен по решению Политбюро ЦК «Единой России». За что? Хотя бы за полную профанация своей партии бессмертным афоризмом«Парламент – не место для дискуссий».

Будучи питомцем и обитателем серпентария, Пивоваров во всём видит тайные замыслы, интриги, хитрости («Мерецков разыгрывает свою комбинацию» и т.п.) и, конечно, ужасы. Как известно, на второй день войны Мерецков был арестован. Надо полагать, подозрения были весьма веские: ведь речь шла о генерале армии, недавнем начальнике Генштаба, Герое Советского Союза. Голова ворочает языком и мы слышим: «Это были фантазии Сталина о заговоре». Да почему же фантазии, попа? Сколько примеров в мировой истории! От Цезаря до Индиры Ганди, от Линкольна до Гитлера, от Александра Второго и Столыпина до Ленина и Кирова, от Марата до Садата!.. И ведь заговоры-то далеко не безуспешные. Почему же не мог быть заговор против Сталина? Был, и не один. Вот и Чубайс уверяет, что на него тоже, как на Цезаря, было покушение. Ведь что такое Чубайс? Одна читательница из Ленинграда, вообще-то его воспитанница, но недавно почему-то привела в интернете выдержку из «Мифологического словаря» Д. Лихачёва: «Чубась («чубысь» по-украински, «чубайс» по-литовски) – древнеславянское мифологическое существо, зловредный дух, обитающий в жилых помещениях, творит пакости и поглощает положительную энергию жилища. («Не ест он ни жита, ни мяса, не пьёт ни пива, ни кваса, а питается людской бедою. Если его не выжить из избы, может целую волость запустошить».) Изображался в виде рыжей крысы с человеческим лицом». Вполне естественно, что многие хотят очистить избу от таких рыжих крыс.

Но слушайте крутолобого дальше: «Как позже признался Берия, в отношении Мерецкова применялись беспощадные избиения. Это была настоящая мясорубка». Его любимое словцо! О «мясорубках» мы наслышаны много и в прежнем фильме. А есть, например, ещё телеакадемик Борис Самойлович Илизаров. Он сочинил вопиюще умственную книгу «Тайная жизнь Сталина». В ней выдаёт за тайну то, что просто не афишировалось, не рекламировалось при Сталине, как ныне, например, любовь Путина к белым медведям и гимнасткам или Медведева - к городовым и околоточным, к Держимордам и Очумеловым. Сей академик пивоваровского разбора не знает даже имени К.К. Рокоссовского (как и отчества А.М. Василевсего), но уж о «мясорубке»-то осведомлён дотошно. Так, заодно со своим братом по разуму К.А. Залесским, уверяет, что «Г.К. (видимо, думает, что Георгию Константиновичу.
– В.Б.) Рокоссовскому во время следствия выбили глаз, девять зубов, сломали три ребра и разбили молотком пальцы ног». Все десять (с.410). Но так как положение на фронте было отчаянное, то Сталин хоть и не знал комдива Рокоссовского, но освободил его и сразу после «мясорубки» назначил командовать механизированным корпусом, и тот с одним глазом, без трех рёбер и девяти зубов на разбитых ногах побежал на фронт и добежал до должности комфронта, до звания маршала, дважды Героя и кавалера орденов Суворова и Победа. Да и как было не дать всё это одноглазому и беззубому! И что, всё это, по слухам, не помешало очаровательной артистке Валентине Серовой увлечься так изуродованным?

Примерно то же слышим и о Мерецкове: «К сентябрю (то есть в конце августа), когда вермахт рванул(!) к Москве (надо бы уточнить: «захлёбываясь кровью».
– В.Б.), его освободили и направили командующим Волховским фронтом». Поверить, что в деле Мерецкова, как и в делах Рокоссовского, генерала Горбатова, конструкторов Туполева, Королева и других, несправедливо арестованных, просто разобрались, установили их невиновность и освободили, - поверить в это Пивоварову не позволяют его лакейский ум, трусливая душа и финансовые интересы: за правду кто ему заплатит – Пушкин? А ведь следствие по делу хотя бы Рокоссовского прекращено было в марте 1940 года и тогда же, а не в критический час войны, он был освобождён и поехал с семьёй отдохнуть в Сочи. Там у него на животворном солнышке выросли новые пальцы на ногах, от полоскания морской водой - новые зубы, появился и новый глаз, правда, неизвестно как и откуда, возможно, Бог послал звезду с небес. И вскоре в полном блеске мужской красы молодой генерал возглавил 19-й механизированный корпус. Таким и узнала его Валентина Серова. Ах, встретить бы ему в Сочи на пляже, а ещё лучше - в море Пивоварова, который ведь умеет плавать только в море лжи! Вот такие пловцы и упекали в тюрягу помянутых выше честных людей...

Но пловец настаивает: сразу после «мясорубки» генерал Мерецков рванул на Волховский фронт! Это очень интересно, ибо Волховский-то ни в августе и сентябре, ни в октябре и ноябре не существовал, он был создан только 17 декабря 1941 года. Где же пропадал командующий три с половиной месяца? Наш вопрос не смутит теле-Трындычиху: «Как где? Как Рокоссовский, приходил в себя, лечился после мясорубки, вставлял зубы, менял рёбра, зашивал мочевой пузырь!».

Но всё-таки кому, когда Берия сделал помянутое признание о мясорубке? Он что, дурак был? Это очень напоминает ходячую байку, будто Берия же на трибуне Мавзолея признался – и нашёл, кому!
– Молотову, что смерть Сталина – дело его рук. Где это видано, чтобы люди добровольно, безо всякой нужды признавались в тяжких преступлениях!

Как и в первом фильме, Пивоваров подыскал себе подручных. Некоторые из них производят странное впечатление. Вот старичок по фамилии Чеков жалуется: «Нас погнали в наступление...» Дорогой, а ты ожидал приглашения? Дескать, господа, не изволите ли прогуляться в атаку? А мы вам тут пока шашлычок пожарим. В армии, на войне – ты просто забыл, братец, - всё делается по приказу. Приказ дан – деваться некуда, надо его выполнять.

Есть и другие подручные, о которых скажем позже, но главный из них - некий обер-фельдфебель Георг, фотограф Жора, сумевший улизнуть от карающего меча Красной Армии. Он вспоминает, во-первых, о том, как плохо питались русские и как прекрасно кормили их, оккупантов: суп с мясом, свиная тушенка, рыба, шоколад. Даже шоколад... Ещё бы! Ограбили всю Европу от Франции до Норвегии, от Роттердама до Смоленска... Но вот вопрос: что ж они под ударами голодной Красной Армии при столь отменном питании так позорно обшоколадились в мае 1945-го?

И ещё: «У нас были большие потери, но у русских гораздо больше. А ведь у них было преимущество в живой силе в 20 раз». Хорошо. А сколько было русских? Гаврик разевает рот: «В окружении оказалось около 100 тысяч». Значит, немцев было всего 5 тысяч, т.е. меньше, чем полдивизии. Прекрасно. Однако снова, как из пустой пивной бочки, раздаётся голос: «За шесть месяцев операции Вторая ударная потеряла только убитыми 150 тысяч человек и десятки тысяч (допустим, 50 тысяч.
– В.Б.) при попытке прорыва из окружения». Только убитыми! Да ведь раза в три больше было и раненых. И как же это могло быть, если окружили-то 100 тысяч? Может, слали и слали подкрепления? Нет, говорит, обещали подкрепления, но коварно обманули - не прислали. Значит, из 100 тысяч убили 150+50 тысяч и ранили тысяч 500-600 исключительно благодаря русской бездарности и немецкому мастерству помянутых 5-ти тысяч нибелунгов. Это очень похоже (и даже превосходит) на открытие Солженицына и его супруги: большевики расстреляли столько народа, что некому было и фашистов разбить, а потом и восстановливать страну. Сделали это инопланетяне с помощью Александра Исаевича, Натальи Дмитриевны и их трех сыновей.

Фотограф Жора рассказывает, как дело было: по снежному белому полю без маскхалатов они шли и шли на нас, шли и шли, а мы их косили и косили из пулемётов, косили и косили. В прежнем фильме такой же недобитый фриц вещал нам то же самое о нашей коннице, а этот – о пехоте. Пивоварову то и другое любо, он еще присовокупляет: «А оружие было только одно – крик «Ура!». Писатель Гранин добавлял: ещё вилы и косы. Но слова эти звучат на фоне советской фронтовой кинохроники, где мы видим бегущих в атаку по снежному полю солдат. Да, они кричат «Ура!», однако – все в маскхалатах с винтовками и автоматами. Как же это понимать, чучело энтэвешное?А потом даётся немецкая кинохроника об итогах сражения: «Взято в плен 202 тысячи солдат, 649 единиц оружия, 171 бронемашина, 2904 автомата, много пусковых установок, гранат, пистолетов и другой техники». Тут пропасть вопросов.

Значит, в армии-то Второй ударной было совсем не 100 тысяч человек, а 150 тысяч убитых + 500(600) тысяч раненых + 202 тысяч пленных, т.е. что-то под миллион, так? И оружием-то было не только «Ура!», а вон сколько самой разной боевой техники. Однако почему при без малого миллионе бойцов оказалось всего лишь около 3,5 тысяч единиц оружия? А с другой стороны, откуда так много бронемашин – зачем они были нужны и что могли делать в гиблой лесисто-болотистой местности? И опять - никакой попытки как-то увязать уничтожающие друг друга данные, придать им правдоподобный вид. Не соображает, что фильмы о войне ставить - это не пиво варить.