Чтение онлайн

По письму министра обороны Российской Федерации Ачалова В.А. для вооружения дополнительных подразделений, создаваемых с целью несения охранной службы внутри здания и подчинённых на начальном этапе министру обороны, со складов Департамента охраны Верховного Совета Российской Федерации было выдано 74 автомата АКС-74У, 7 пистолетов, 9600 патронов к АКС-74У и 112 патронов к пистолетам. Для легализации ношения и хранения оружия и боеприпасов членам охранных подразделений оформлялись разрешения.

Формирование дополнительных охранных подразделений вызвало немедленный отклик «президентской стороны», начавшей информационную кампанию вокруг «проблемы оружия», «незаконных вооруженных формирований» и «военной опасности», якобы исходившей от Дома Советов Российской Федерации. При этом широко использовалась не соответствовавшая действительности информация о неконтролируемой «раздаче» оружия сторонникам Верховного Совета Российской Федерации.

На страницах 18-19 этого же документа освещен инцидент с походом группы лиц под руководством председателя «Союза офицеров» Терехова С.Н. к штабу Объединенных Вооруженных Сил СНГ, во время которого, по данным Генеральной прокуратуры Российской Федерации, были убиты один из нападавших на штаб, находившаяся в своей квартире гражданка, ранены сотрудник милиции и один из нападавших.

До настоящего времени участники того происшествия находятся на свободе. Это говорит о том, что они не признаны бандитами.

В Заключении Комиссии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября-5 октября 1993 года (страницы 268-269) отмечается, что стихийный захват мэрии города Москвы был обусловлен применением огнестрельного оружия сотрудниками милиции против мирной демонстрации, прорвавшей блокаду Дома Советов. В результате чего получили ранения различной степени тяжести несколько гражданских лиц и сотрудники милиции. Двое сотрудников милиции были убиты своими же.

С целью добиться предоставления прямого эфира для руководства Верховного Совета по распоряжению и.о. президента Российской Федерации А.В. Руцкого к Останкинскому телецентру была направлена автоколонна сторонников Верховного Совета, возглавлявшаяся уполномоченными для ведения переговоров с руководством и охраной телецентра народным депутатом Российской Федерации И.В. Константиновым и генерал-полковником A.M. Макашовым. Для обеспечения охраны при переговорах и поддержания порядка среди демонстрантов в составе автоколонны находились 16 членов дополнительных охранных подразделений Верховного Совета, имевших при себе оружие и подчинявшихся A.M. Макашову. Насильственного захвата Останкинского телецентра не планировалось и не осуществлялось.

Подтверждением этого может служить заметка Владислава Шурыгина под заглавием «Выстрел, которого не было! Главная тайна бойни «Останкино», опубликованная в газете «Завтра» №39, сентябрь 1995 г. (прилагается). В заметке отмечается: «Очень долго распространялась версия о том, что якобы «штурмующие» - практически безоружные люди - спровоцировали огонь на поражение со стороны «Витязей». Что «Витязь» защищался. И что первопричиной всего якобы послужил выстрел из гранатомета, находившегося в руках у одного из сопровождающих генерала Макашова охранников, что именно этим выстрелом был убит один из бойцов ОМСДОН «Витязь», после чего ими и был открыт огонь.

Именно эту версию озвучивали и Филатов, и Гайдар, и даже Ельцин в своих «Записках». Но дело в том, что, оказывается, никакого выстрела из гранатомёта не было». Далее приводится рассказ одного из бывших бойцов спецназа «Витязь», из которого следует, что рядовой Ситников был убит своим же товарищем выстрелом из подствольного гранатомета.

О мирном характере демонстрантов при походе в «Останкино» говорится в статьях Людмилы Суровой «Я это видел и не сошёл с ума», опубликованной в «Независимой газете» 16.10.93 г., и академика Международной академии наук высшей школы, доктора экономических наук Владимира Масленникова под заглавием «Перед расстрелом», опубликованной в газете «Советская Россия» 3 октября 1996 г. №115. Обе эти газеты прилагаются.

Также прилагаются письма защитников и сторонников Верховного Совета Белова А.В. из Липецка, Каттерфельда Г.Н. из Санкт-Петербурга, Крупы И.Н. из Белгородской области, Аллагулова А.А. и Шельметьевой B.C. из г. Электростали. В них они рассказывают о событиях осени 1993 года и о своем отношении к высказываниям ответчика.

Из приведенных фактов вытекает, что нас и других защитников Верховного Совета РФ нельзя считать бандитами.

К такому же выводу можно придти при рассмотрении слова “мятежник”. В том же Толковом словаре русского языка мятеж определяется как стихийное восстание, вооруженное выступление против власти. Все те происходившие события показали, что никакого выступления против власти со стороны защитников Верховного Совета РФ не было. Более того, после подписания указа №1400 “О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации” в соответствии со статьей 121-6 действовавшей Конституции (Основного Закона) Российской Федерации-России президентские полномочия Ельцина Б.Н. прекратились немедленно. Исполнение полномочий Президента Российской Федерации перешло к вице-президенту Российской Федерации Руцкому А.В. Последний исполнял свои обязанности, находясь в здании Верховного Совета РФ.

Таким образом, высказывания ответчика не соответствуют действительности, являются оскорбительными и порочащими нашу честь и достоинство как защитников Верховного Совета Российской Федерации.

В связи с этим считаем необходимым взыскать с ответчика в счет возмещения причиненного нам морального вреда компенсацию в общем размере один миллион рублей. Указанную сумму перечислить на расчётный счет Регионального благотворительного общественного фонда содействия увековечению памяти погибших граждан в сентябре-октябре 1993 года по следующим банковским реквизитам: РБОФ содействия увековечению памяти погибших граждан в сентябре-октябре 1993 года. ИНН 7713386381, р/с 407038103381101321. БИК 04425225, к/с 30101810400000000225. Московский банк Сбербанка России ОАО.

В соответствии со статьями 151, 152 ГК РФ

ПРОСИМ:

обязать Леонида Михайловича Млечина опровергнуть высказывания, порочащие честь и достоинство защитников и сторонников Верховного Совета Российской Федерации, в средствах массовой информации;

взыскать с него в счет компенсации морального вреда один миллион рублей.

23 ноября 2011 года Савеловский районный суд Москвы в удовлетворении исковых требований отказал. С таким решением товарищи не согласились и 2 декабря подали в Судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда Кассационную жалобу, в которой, в частности, отмечали.

Согласно статье 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Ответчик Л.М. Млечин ни на одном предварительном судебном заседании и судебных разбирательствах не присутствовал. Никаких доказательств того, что защитники Верховного Совета РФ, в числе которых находились и мы, истцы, действительно являлись бандитами и мятежниками, Л.М. Млечиным представлено не было. Кроме того, все доказательства, представленные нами, истцами, в суд о том, что мы не являлись бандитами и мятежниками, Л.М. Млечиным не опровергнуты.

При вынесении Решения судом данное обстоятельство во внимание принято не было, что, по нашему мнению, является нарушением норм материального права (ст. 362 ГПК РФ).

В своем исковом заявлении мы, истцы, в подтверждение иска просили вызвать ряд свидетелей. Однако в нарушение статьи 113 ГПК РФ судебные повестки им не направлялись. Наши ходатайства о привлечении свидетелей к участию в деле, даже при явке их в суд, судом откланялись.

В мотивировочной части Решения отмечается, что Млечин Л.М. во время передачи программы “Суд времени. События осени 1993 года. Выход из тупика или крах демократического проекта России?” наряду с другими участниками передачи изложил свое мнение и свое восприятие относительно происходивших событий в воспроизводимых документальных видеозаписях. Наряду с этим судом не было принято во внимание то обстоятельство, что другие участники программы, выражая свое субъективное мнение к происходящим событиям, не допускали выражений, оскорбляющих честь и достоинство всех участников сентябрьских - октябрьских событий 1993 года.