Чтение онлайн

Вот и получается, что неправы те, кто представляет нашу власть монолитным Левиафаном, а её между тем раздирают на части человеческие страсти и подводные разновекторные течения. Казалось бы, ну что Шмаков? Старейший профсоюзный лидер, который, как зиц-председатель Фунт, «сидел при всех» (в смысле в президиумах сидел), по-пролетарски пил пиво на Первомай с дуумвирами, и вдруг такая личная неприязнь с приговором: «Исключить из состава ОПРФ текущего созыва».

По ряду товарищей авторы текста колеблются, и следы этих колебаний видны на бумаге. Вот, например, Сергей Абакумов, глава каких-то многочисленных и загадочных «общественных» структур. Вроде проверенный кадр, «рекомендован М.В. Островским», «был оператором президентских грантов», подписант «Письма пятидесяти пяти», которое в его случае «снизило авторитет». Но — не проявляет активности, и в следующий созыв его рекомендовано не включать.

С большим почтением и вниманием кремлевские стратеги и тактики относятся к религиозным деятелям. Игнатий, митрополит Хабаровский и Приамурский, удостоен лучших характеристик: он и «адекватен», и «лоялен», и, прости господи, «рекомендован В. Чаплиным», и «может давать взвешенные комментарии». А Никон, митрополит Уфимский и Стерлитамакский — вообще святой человек: выступал за введение уголовной ответственности за «осквернение религиозных святынь». Что мы делаем с таким кадром? Правильно! «Оказать медиаподдержку».

Конечно, на фоне хроники текущих событий, которые обнаружили в России нефальсифицированное гражданское общество, суррогат общественности в виде Общественной же палаты выглядит весьма архаично. Документ, попавший в редакцию, — свидетельство того, что политическая власть не готова идти на контакт с реальными, а не бутафорскими и прикормленными общественными организациями и движениями.

Тот, кто желает всем на свете управлять, на самом деле боится. Боится неконтролируемой гражданской активности, «неправильной» идеологии, боится широких масс трудящихся, в которые псевдообщественники должны нести свет, а иной раз и деньги из Кремля и со Старой площади.

У них — свое «гражданское общество», у нас — свое. И им, как сказал классик, не сойтись никогда.

Андрей КОЛЕСНИКОВ, novayagazeta.ru

Лев отзывается на голос грома,

а не на вой шакалов.

Восточная мудрость

Мышь рыла, рыла и дорылась до кошки.

Грузинская пословица

Высшие сорта лжи готовятся из полуправды.

Леонид Максимович Леонов

В информационной войне трудно определить начало её и конец. Она накрывает страны и народы подобно ядовитому облаку, и виртуальная отрава такого условно-газового наплыва не менее смертоносна, чем физически ощутимые боевые отравляющие вещества. В ней нередко воюют все против всех, вчерашние союзники начинают выступать друг против друга, а недавние враги объединяются – чаще всего на меркантильно-шкурной основе – для согласованного броска ради временно совпавших целей.

Нередко непримиримые противники и даже заматерелые враги в горячке политической возни и свар в глазах не причастных к ним политически нейтральных слоёв населения внешне ничем не различаются между собой, и тогда поневоле в памяти всплывает вопрос недоумевающего крестьянина из кинофильма «Чапаев» (в исполнении Б. Чиркова): «Ну что за карусель получается… Белые пришли – грабят, красные пришли – тоже грабить начали. Ну куды ж крестьянину податься?» Даже активно интересующиеся политическими проблемами и много читающие люди нередко чувствуют себя загнанными в тупик от неожиданных кульбитов и перепадов в поведении известных и вроде бы предсказуемых политиков при изменениях политической конъюнктуры – особенно в тех случаях, когда проклёвывается и даже прорывается рваческая заинтересованность, в жертву которой приносится всё, что составляет доброе имя человека, его достоинство, совесть и честь (если таковые у них когда-либо существовали). А как же в подобных ситуациях сориентироваться затурканному и зашоренному обывателю, перед которым изо дня в день на экране телеящика мелькают одни и те же затасканные, мято-небритые физиономии, вдалбливающие несусветные чушь и ложь, в которые безответственными словоблудами иезуитски расчётливо вкрапляются крупицы действительно совершившихся фактов?

В империалистической войне начала ХХ века потери атакующих в наступательном бою с обороняющимися соотносились примерно как 4:1. Но сегодня эти потери вряд ли возможно прикинуть хотя бы приблизительно, потому что здесь чаще всего точные математические выкладки бессильны и бесполезны.

Остро задуматься об этом заставила неожиданно возникшая – причём, не по моей инициативе – переписка с некой Русской правозащитной лигой, в которой скоро информационную (а справедливее сказать – дезинформационную) нагрузку взял на себя Владимир Иванов. Примечательно в ней следующее.

Вначале мне были электронной почтой присланы интересные материалы, характеризующие нынешнюю политическую обстановку и все уровни власти такими эпитетами и оборотами, что они полностью совпали с моими оценками и позицией… кроме одного, но весьма определяющего подхода, о чём я вполне откровенно и написал им. Но авторы исходного письма очень заинтересовались, в чём именно я с ними не согласен, и этот вопрос повторили два или три раза.

Я ответил, что для меня абсолютно неприемлемы их антисоветские, антикоммунистические инвективы, а особенно самый чёрный, патологический антисталинизм (полностью цитировать их достаточно противно). Но в дальнейшем электронные эпистолы такого рода почти целиком превратились в антисталинские и антисоветские нападки (где советских и коммунистических вождей, как и вообще всех коммунистов, обзывали бандитами, а И.В. Сталина причислили к еврейскому племени и выставили активным проповедником и проводником идей сионизма. В числе общих оскорбительных выпадов несколько раз абсолютно бездоказательно обыгрывалась избитая, затёртая цифирь – 40 миллионов репрессированных: семь нулей – и ни на единицу меньше.

Пришлось терпеливо изложить в обстоятельном ответе свою аргументацию, которая для адекватно мыслящих людей давно уже стала аксиомой на основании данных В. Кожинова, Ю. Мухина, В. Земскова, С. Кара-Мурзы, И. Пыхалова и множества других авторов современных исторических исследований. Это вызвало явное неудовольствие В. Иванова (Истархова), но мне продолжали поступать от него всё новые и новые материалы того же очернительского пошиба. Он глумливо вытер свои штиблеты даже о священный для каждого русского, советского человека праздник Победы Советского народа в Великой Отечественной войне, кощунственно извратив её смысл и значение. Однако последний пасквиль на тему либерализма превысил барьер возможностей терпеливого обмена мнениями. В этой злобной стряпне в крайне оскорбительном тоне опорочены А. Проханов, А. Севастьянов и даже поистине народный бард А. Харчиков. Автор её запросто всем отказывает в уме, делая прямо-таки гениальный ход, поскольку из всей переписки явствует, что разум как высшее благо, дарованное Природой homo sapiens, отныне и безраздельно принадлежит только лично ему. Правда, в своём последнем опусе он милостиво снизил 40-миллионную планку общего числа репрессированных уже до 30-и миллионов – 10 миллионов (сущая мелочь!), видимо, завалилась в какую-то щель его никогда не меркнущей памяти. Но и на том уже спасибо ему, сердешному заботнику о русском народе, – всё как-то полегче для восприятия...

Автор не ответил на мой вопрос, на каком основании делает ругаемому им «богоизбранному» народу столь роскошный, сказочно щедрый подарок (правда, за наш счёт), причисляя к его размытой численности И.В. Сталина, а также оставил без внимания рекомендацию прочесть или хотя бы полистать на досуге труды современных историков, не купленных сионистскими силами и потому заслуживающих доверия с научных позиций.

Авторитетные и достаточно информированные люди говорили мне, что В. Иванов имеет родовую фамилию Гутман (какая чушь! – прим. ред.) и что ему определена особая роль в патриотическом движении, но тогда это казалось натяжкой, малореальным преувеличением – ведь за ним же незыблемым утёсом стоял якобы преследуемый властями «Удар русских богов» (звучит-то как грозно!). Однако последний, испепеляющий «удар» по именам известных, признанных патриотов заставил несколько по-иному взглянуть на деятельность автора названной книги, которую я вынужден был прочитать дважды – ввиду головокружительной противоречивости содержания, доводящей до психологической сшибки.

Её появление, похоже, было заранее расчётливо – и весьма неглупо! – задумано планово-эпатирующим по многоплановой композиции – с таранным эффектом воздействия, проломившим в сознании практически всех читателей огромную брешь, через которую стало возможно беспрепятственно потоками вливать в общественное и индивидуальное сознание любые клеветнические измышления и дезинформационные помои. Разрекламированная провокационная попытка запрета книги была не более чем формой необходимого прикрывающего камуфляжа, по простейшим законам психологии вызвавшего волны защитной реакции читателей, когда многие признанные политики горячо вступились за преследуемое произведение, отстаивая свободу слова. Она подлила масла в огонь читательского интереса и вполне укладывается в замысел простейшей имитации этого гонения, принёсшей колоссальные барыши, поскольку цена на многократно переиздаваемый «шедевр» моментально взметнулась в 2-3 раза (наблюдал и сравнивал лично). Этому прославляющему рекламному виражу в немалой мере поспособствовало открытое письмо Генеральному прокурору в защиту опально-гонимого автора, которое подписали такие мощные политические фигуры, как генерал И. Родионов и многие другие (в их числе депутаты Государственной Думы).