Чтение онлайн

– Не буду я на трассе тормозить. Я не самоубийца. Вдруг из леса сейчас палить по нам начнут? Так что терпите до конца.

Водители, ездящие по маршруту Уфа - Аскино, в последнее время стараются без особой нужды на дороге не останавливаться. Добираться до самого северного района Башкирии почти три часа, поэтому всем пассажирам заранее говорят, что никаких перекуров и остановок «по малой нужде» не будет. Аскинский район сегодня главная горячая точка республики. Здесь уже несколько месяцев действует хорошо вооруженная группа боевиков. Причем сотрудники правоохранительных органов до сих пор точно не знают, сколько людей в составе бандформирования и чем конкретно они вооружены.

Впервые об аскинских боевиках заговорили месяц назад. Группа из пяти вооруженных мужчин совершила налет на пост ДПС в Суксунском районе соседнего с Аскино Пермского края. Милиционеров в течение получаса обстреливали с нескольких точек, затем сожгли патрульный автомобиль. Один милиционер погиб. Нападавшие забрали табельное оружие - пистолеты, автомат Калашникова - и ушли в тайгу. Боевиков безрезультатно искали силовики сразу трех субъектов РФ: Пермского края, Свердловской области и Башкирии.

Что это было? Сразу несколько высокопоставленных милиционеров высказали версию, которую я меньше всего ожидал услышать в центре России: местные исламисты провели очередной экзамен по боевой подготовке.

Спустя три недели террористы объявились в районе города Бирск. Это чуть южнее Аскино, в сторону Уфы. Трое боевиков заминировали магистральный газопровод в районе села Угузево. Взрывное устройство случайно обнаружили охранники, обслуживающие этот участок трубы. Вызванные на место происшествия военные и милиционеры практически нос к носу столкнулись с боевиками, но тем опять удалось уйти.

Сегодня вооруженных преступников ищут специально вызванные из Москвы бойцы спецназа. Но даже для многих приезжих федералов стало откровением, что нынешние события вокруг Аскино - лишь небольшой эпизод в длинной череде боевых диверсий, информация о которых не выходила за пределы региона.

Еще в марте этого года выстрелы звучали в небольшом городе Октябрьский. Спецназ ФСБ ликвидировал группу некоего Башира Плиева. Семь боевиков долго и упорно отстреливались от превосходящих сил правопорядка, забаррикадировавшись в многоквартирном жилом доме. Один из террористов - русский мусульманин Александр Яшин даже умудрился вырваться из окружения и попытался захватить заложников в городской больнице, но был нейтрализован снайпером. А главарю банды вообще удалось уйти от преследования, он был задержан только неделю спустя в соседней Челябинской области.

В Аскинском районе, по данным властей, в основном проживают башкиры. Но говорят они по-татарски. Уже в Уфе нам объяснят, что республиканские чиновники считают их ненастоящими башкирами. Почти как в Киргизии, где северные киргизы считают своих южных собратьев как бы не совсем полноценными и наоборот. Впечатление о сходстве с происходящим в Киргизии в дальнейшем будет только усиливаться — конечно, с учетом географической специфики региона: развитый нефтяной юг, нищий сельскохозяйственный север, посередине столица, которая как бы сама по себе. И до недавнего времени та же безупречная репутация - самой спокойной в своем геополитическом регионе республики.

Пейзаж за окном автомобиля - пустынные горы, непроходимые леса, романтичная разруха. Хороший асфальт заканчивается, как только мы проезжаем табличку с надписью «Аскинский район». Местные жители фронтовое состояние дорог объясняют просто: район на всех выборах голосовал против президента Башкирии Муртазы Рахимова и его ставленников. «В благодарность» Аскино финансировали по остаточному принципу. Работы в местных деревнях почти нет. Селяне выживают за счет подсобных хозяйств и торговли лесом, большей частью нелегальной.

На каждом заборе и столбе милицейская ориентировка на трех молодых парней: Ильпата Шафиева, Ирека Гайнуллина и Нафиса Шаймухаметова. Боевиками, терроризирующими север Башкирии и соседний Пермский край, силовики считают именно их. Но у местных свои ориентиры. Рядом с фотороботами висит объявление, призывающее правоверных мусульман приходить в местную мечеть для изучения арабского языка, Корана и основ ислама.

Три деревни - Кубияз, Новокочкильдино и Урмияз, откуда родом предполагаемые боевики, - бойцы спецподразделений зачистили пару дней назад. Сегодня на улицах практически никого нет. Но настороженные взгляды провожают нас из каждого окна. Через пару часов начинаешь понимать: силовиков здесь не любят и своих не выдадут. Бойцам башкирского ОМОНа, приехавшим прочесывать окрестные леса и горы, в деревенском магазине принципиально продавали только просроченные продукты. В итоге, вместо того, чтобы заниматься делом, часть милиционеров вынуждена была сидеть в кустах вдоль дороги. Теперь продавец сельпо почти национальный герой.

Особенно раздражают местных гламурные метросексуалы из Москвы с удостоверениями сотрудников ФСБ, приехавшие бороться с мировым терроризмом. Они пытаются общаться с аборигенами по-татарски, но взаимопониманию мешают штаны в обтяжку, лощеные лица и ухоженные руки контрразведчиков.

Альфариза - мать Нафиса Шаймухаметова, самого старшего из разыскиваемых боевиков, - встречает нас на пороге дома. Долго говорит о том, что сын ни в чем не виноват. Потом неожиданно добавляет:

– Год назад в соседнем селе какие-то бородачи появились. У них там полевой лагерь был летом. Нафис к ним ездил. Вернулся, сжег все свои фотографии, даже свадебные, стал ходить в мечеть. Но он точно ни при чем. Какой из него боевик?

Про лагерь непонятных приезжих в лесу рядом с селом Султанбеково в районе знали все. Да и местные жители с бородами без усов, в укороченных штанах, с женами, одетыми по всем канонам шариата, уже никого не удивляют. Даже если лица у них подозрительно русские.

Отец второго из разыскиваемых, Ильпата Шафиева, менее словоохотлив:

– Сначала коммунисты нас доставали, сейчас Москва доит и менты беспределят. Оставьте уже нас в покое. Не мешайте просто жить. Мы у вас больше ничего не просим.

– Наши парни не виноваты. Их просто хотят подставить. Поэтому и дали милиции команду стрелять на поражение и не брать их живыми, даже если они придут сдаваться сами, — глава администрации Кубиязского сельского поселения Мухаматьян Файзрахманов полностью солидарен со своими односельчанами.
– Они все работали на вахте, не пили, не курили. А вы, кстати, зарегистрировались в районной администрации?

– Это еще зачем?

– Как зачем? У нас в республике приезжающие из России должны регистрироваться у главы. Вдруг вы что-то против нашего президента писать будете.

Наконец я понимаю, кем ощущаю себя в Башкирии: приезжим из России, которому здесь не рады, но вынуждены временно терпеть. К тому же и визы от главы района у меня нет. Так что по местным чиновничьим понятиям я как бы вне закона. В правоте этой мысли меня окончательно убеждают подъехавшие местные милиционеры:

– Парни, вы бы тут не отсвечивали, а то ненароком или наши вас случайно шлепнут, или те, из леса, но уже специально.

Столица Уфа со всех сторон окружена усиленными постами милиции. Сегодня это единственный крупный город в республике, в котором боевикам еще не удалось провести ни одной диверсии.