Газета Завтра 303 (38 1999)
Шрифт:
По ходу дела подконтрольные Березовскому СМИ всячески подчеркивали "непричастность" к терактам саудовского миллиардера Усамы бен-Ладена, убеждая общественное мнение, что бен-Ладен — всего лишь "мыльный пузырь". По каким-то причинам информационные структуры Березовского решили дезавуировать версию о причастности к взрывам "хорошо подготовленных международных террористов", на чем, как известно, настаивали СМИ, принадлежащие Гусинскому. Возможно, что подобная информационная акция должна придать еще больший вес обещанию Березовского "спасти" граждан России от "теракта на АЭС", вовремя "договорившись" с террористами.
На фоне резких заявлений спикера Совета Федерации Егора Строева, слухов о возможной отставке Ельцина и передаче президенстких полномочий Примакову, на чем настаивают сегодня "друзья Билл и Альберт", от "миротворческих инициатив" Березовского веет откровенной жутью. Идет ли речь о реальной опасности? Или это — очередной блеф в духе "страшилок"от генерала Лебедя, в свое время пытавшегося привлекать к себе внимание прессы, рассказывая истории о "ядерных чемоданчиках"?
По-видимому, второе предположение сегодня, к счастью, ближе к истине, чем первое. Однако от этого не легче, особенно на фоне "встречной дипломатической активности" Лебедя и Масхадова и организации переговоров "Хасавюрт-2", за которыми снова вырисовывается тень Березовского. Запугивая общественность перспективой "ядерных терактов", "придворная группировка", похоже, готовит предательскую "сдачу" всего Кавказа, которая может принести России во много раз больше горя и позора, чем последствия "первого Хасавюрта".
Александр РУДАКОВ
Самые приемлемые цены на КАМАЗ 4308 5 Вас ждут в магазинах РУСБИЗНЕСАВТО.
Денис Тукмаков К ПОБЕДЕ!
Они ждали от нас слез — получили ненависть. Сеяли страх — пожнут возмездие. Хотели сплясать зикр на наших похоронах — захлебнутся собственной кровью.
Русское самосознание взращивается кровью мучеников. Сегодня оно — вровень с девятью смятыми, скомканными этажами из кирпича, арматуры и истерзанных человеческих тел. Завтра оно обрушится девятым валом на головы врагов России.
Они заговорили с русскими на языке невинных жертв. Что ж, мы владеем им в совершенстве. Лучше других знаем мы, что такое безжалостность слепой судьбы, тотальная война на уничтожение, единение всего народа перед смертельной опасностью. В самые жестокие моменты истории мы становимся самой стойкой нацией. Не сломить нас.
Своими взрывами они разбудили миллионы тех, кто, казалось, был ни при чем. И вместе со спящими подняли к свету нашу древнюю дремавшую безжалостность. Вместо иррациональной паники — метафизический гнев. Развалины взрывов — из них в небо огонь бьет — стали священными местами приобщения к общерусскому духу.
Так они нажили сто пятьдесят миллионов кровников. Отныне мы будем воевать правильно — всем народом. Когда идет война, для русских поле боя — каждый сантиметр земли. Кучки оберегающих собственные дома — будущие отряды сопротивления. Началось с дежурств у подъездов — закончится резней в последних ваххабитских лагерях...
Лучше бы эти горцы читали умные книжки; а если не умеют — пусть прислушаются к своим старцам. Те яснее всего втолкуют, что идти против русских — гибель. Разорвут на куски. Или свезут в вагонах — скопом, как свиней, — в ссылку, в пустыню, в забвение.
Прах взорванных домов не исчез, поднялся в небо, покрыл всю русскую землю. Как мазь, врачует он наши раны, кормит всходы имперского величия России. За две недели растоптана подлая идея примирения с "маленькой свободолюбивой" швалью. Мысль оставить Кавказ на откуп террористам нынче видится кощунственной даже домохозяйке. Теперь даже ребенку ясно, что страх бесполезен там, где требуются действия, и последний пацифист принимается рассуждать геополитическими категориями.
Нужна была Крымская война, чтобы потом дойти до Проливов. Нужен был позорный Хасавюртский мир и четыре взорванных дома, чтобы понять: Кавказ должен быть русским. Отступать некуда, теперь только вперед, растоптать тварь, и вместе с ней — всех, кто криво смотрит на Россию. Грозный — это либо название российского города, либо одна сплошная дымящаяся воронка — иному не бывать.
Это не “пропаганда войны”, господа “миротворцы”. Это сама война — нам ее навязали. Война так война — не впервой. Законы ее всем понятны. Полностью пробудиться и преисполниться силой. Познать врага и сражаться с ним. Не бояться. Не ныть. Не сдаваться. Сжать в кулак боль и страдания. Мочить беспощадно, защищать самозабвенно. Всегда и во всем стоять за своих, потому что на войне правда не может быть на чужой стороне. Стать равнодушно гордым к великим потерям и к собственной жизни. Быть наготове — жить или умереть. А главное — каждый миг приближать победу.
Победа — вот достойная плоть для русского духа. Победа — вот верстовой столб для русской истории. Победа над Чечней неизбежна — она станет началом возрождения Империи, и русский флаг над Грозным укроет собой все потерянные земли.
Военные горны трубят. Даже демпресса растеряла политкорректность и теперь жаждет крови. Но вслух сказать все равно стесняется, и оттого восхищается работой английских спецслужб против ИРА. Аплодирует американским ударам по Судану и Афганистану. Впадает в экстаз от моссадовской мести террористам, расстрелявшим в Мюнхене израильских спортсменов. У нас есть примеры получше, пусть не такие свежие.
Двести лет назад во время русско-турецких войн наши войска взяли и вырезали то, что еще оставалось от Ногайской орды, чтобы не досаждала своими набегами. Сделал это Суворов Александр Васильевич. Вырезал всех поголовно — до седьмого колена. Да-да, жестоко и дико. Но с тех пор никто не слышал о "факторе ногайского сепаратизма". И мало кто сможет хотя бы показать на карте, где эти ногайцы жили...
За своих выродков отвечает весь народ. Кто живет по кровным законам — тот кровью и расплатится. Кто считает, что дело обойдется террористами? Сотрем в порошок ваххабитов, поджарим на медленном огне Хаттаба, четвертуем на московской площади Басаева… А как быть с их тетками-бабками, что носят террористов на руках, провозглашают их героями нации? Как относиться к их благообразным старейшинам, без согласия которых ни один волос не упал бы с головы русского или дагестанца? Что делать с их "юными басаевцами" в военной форме, которые в свои тринадцать браво чеканят шаг на параде в честь годовщины Буденновска, а в стрельбе упражняются на пленных? Перевоспитать щенка шакала нельзя. Откупиться от убийц работой и пенсиями нелепо.
Мы начали уничтожать врагов Родины, но останавливаться нельзя. Использовать одни лишь штурмовики и "вертушки" вкупе с тяжелой артиллерией — недостаточно. У нас есть еще бомбардировщики, вакуумные бомбы, химическое и бактериологическое оружие, напалм — посмотрим, как горят ваххабитские гнезда. А то и вплоть до тактического ядерного оружия — это будет практичнее, чем испытывать его на Новой Земле.
Охота за командирами, старейшинами, террористами и членами их семей, как за дикими зверями. Интернирование всех "гастролеров", находящихся на территории России. Обнаружен с оружием — истреблен как агрессор, с наркотиками или крупной суммой денег — диверсант, расстрел на месте. Арест банковских счетов и расчетов. Перекрытие нефтяной и газовой трубы и электричества. Полная блокада, и информационная в том числе. Не рвы, не кордоны, а минные поля вдоль всей санитарной зоны, чтобы у них все деньги на протезы уходили. Безжалостная борьба с пятой колонной: любой, кто поддерживает врага, — сам враг. И — круглосуточные ковровые бомбежки чтобы на их фоне Косово показалось райским местом.
Еще нигде и никогда теракты не могли стать защитой против стратегических бомбардировщиков. Их там — горстка. Каждый день бомбежек — по тысяче трупов. За год — триста тысяч. Посмотрим, сколько эти "свободолюбивые" выдержат.
В вечности — там, где причудливо переплетаются разные имена и далекие события, взрывы в русских городах превратились в предтечу скорого чеченского разгрома. Сегодня среди оставшихся в живых на Каширке растет новый Ермолов. В соседнем доме на Гурьянова смотрит из окон на пепелище юный Воронцов. По буйнакским развалинам бродит, бросая гневные взоры в небеса, второй Барятинский. Никто не устоит перед ними.