Чтение онлайн

Привожу характерное разглагольствование Золотоносова, относящееся ко мне лично. Оно опубликовано сравнительно давно — в №8 журнала "Новое литературное обозрение" за 1994 год (см. с.274), но журнал этот попался мне на глаза только теперь, к тому же и ныне стиль данного сочинителя не изменился.

Обращаясь к моей статье "В.И.Вернадский о самосознании России и единство древности и современности" ("Наш современник", 1992, №6), Золотоносов "обнаруживает", что "вне связи с логикой, но неизбежно Кожинов вышел на тему масонства… Поскольку "масон" означает (на арго "НС") "жидомасона", ясно, что хотел сказать Кожинов. Стоит лишь обратить внимание на навязчивость комплекса страха перед евреями и явно получаемое от этих бессмысленных рассуждений наслаждение. В противном случае, автор (то есть я. — В.К.) солидной статьи не стал бы неоправданно и резко отвлекаться от темы русского". Таким образом, начав разговор о "самосознании России", я, по уверению Золотоносова, фатально свел его к разговору о масонах — то бишь евреях.

В моей статье, о которой идет речь, из 17 занятых ею журнальных полос только одна, да и то не полностью, посвящена проблеме российского масонства. Но дело даже не в этом. На этой полосе назван целый ряд имен людей, принадлежавших так или иначе к масонству: это писатели Новиков и Херасков, архитектор Баженов, государственные деятели Сперанский и Сергей Гагарин, а также всем известные Кутузов (генерал-фельдмаршал), Карамзин, Грибоедов, Чаадаев, Иван Киреевский и сам Пушкин…

В конце концов Золотоносов с его "логикой" может объявить всех их "жидомасонами", но зачислить их в евреи, пожалуй, даже и он не решится…

А между тем, он заявляет, что, заговорив о российском масонстве, я имел в виду евреев. Поскольку у меня нет хоть какого-либо намека на это, его заявление нельзя понять иначе, как бред.

Из этого, полагаю, вполне ясно, что перед нами в точном смысле слова патологический сочинитель (а таковые, как правило, приписывают собственную патологию всем остальным), и читать его опусы имеет смысл только психиатрам.

Сошлюсь еще на книжку Золотоносова под названием "Мастер и Маргарита" как путеводитель по субкультуре русского антисемитизма (СРА)". Я уж не говорю о том, что Михаил Булгаков объявлен здесь воплощением "элементарного антисемитизма". Но Золотоносов достигает, так сказать, своего апогея, объявляя в этой книжке антисемитом и Осипа Мандельштама (с.10)!

В заключение считаю уместным сказать (хотя и не в первый раз) об удивительных, почти мистических возможностях языка. Слово как бы обладает способностью "отомстить" тому, кто пользуется им всуе. Золотоносов, определяя свое толкование булгаковского романа — "субкультура русского антисемитизма",— счел нужным дать и аббревиатуру "СРА", которая, вполне понятно, имеет в виду начинающийся этими буквами просторечный глагол.

Но Золотоносов не учел при этом, что его фамилия таит в себе иронический "двойник", о котором можно узнать не только из словаря Даля, но и, скажем, из четырехтомного "Словаря русского языка", изданного уже в наше время (правда, тут уже с пометкой "устар."). "Золотом" в русском языке называется не только благородный металл, но и некое иное вещество, имеющее отношение к действию, заявленному заголовком золотоносовской книжки ("СРА").

В результате становится очевидным, какое именно "золото" несут читателям творения сочинителя по фамилии Золотоносов.

Вадим КОЖИНОВ

Рекомендуем: мебель металлическая по отличным ценам 11– "МДС Металл-Голд" - только лучшее.

Еще во время учебы в училище она прославилась как исполнительница главной роли Шен Те в дипломном спектакле по пьесе Брехта "Добрый человек из Сезуана" (постановка Ю.Любимова).

Теперь народная артистка России отмечает свой юбилей ведущей актрисой театра "Содружество актеров Таганки", художественным руководителем которого является Николай Губенко.

Самыми впечатляющими ее работами в театре на Таганке стали роли Ниловны в спектакле "Мать", Пелагеи в спектакле "Деревянные кони" по Федору Абрамову, Дорины в спектакле "Тартюф" Мольера, Катерины Ивановны в спектакле "Преступление и наказание".

Славина была и остается символом и легендой "Таганки", московская театральная публика ходила "на Славину", как ходили когда-то "на Высоцкого". Кстати, Высоцкий, который был партнером Славиной во многих спектаклях, в анкете 1970 г. назвал ее своей любимой актрисой.

Артистический дар Славиной стихиен. Путь ее в театре — не путь самоутверждения, но путь служения.

Обостренность, надрывность ее театрального таланта на первый взгляд контрастируют с образом мягкого и скромного человека, коим является актриса Славина в повседневной жизни. Однако в этом кажущемся несоответствии как раз и сокрыта тайна театрального искусства, выстраивающего параллельное живое мироздание.

Редкий талант Славиной как декламатора, поразительные свойства ее сильного грудного голоса много раз были отмечены критикой. Говорилось, что произносимые со сцены ритмичные монологи в ее ролях поразительным образом напоминают пение.

Мы поздравляем прекрасную актрису современной России Зинаиду Славину. Знаем, что ей скоро предстоит играть одну из ведущих ролей в новом спектакле "Очень простая история", поставленном Губенко по пьесе молодого киевского драматурга М.Ладо.

Зинаида Анатольевна! Творческих вам радостей и побед!

Редакция "Завтра"

Санкт-петербургский театральный режиссер Лев Додин вот уже пятнадцать лет культивирует в себе и актерах страсть к правде. Жить не по лжи!

Правда оказалась путаной вещью. Получалось, что человек стремится к уничтожению других и самоуничтожению. От "Повелителя мух" Уильяма Голдинга до "Клаустрофобии" Вовы Сорокина он выстрадал эту правду. И сейчас самые сокровенные для актеров Додина истины они выражают словами ненатуралиста Вовы Сорокина. (Ненатурализм — натурализм, замешанный на ненависти, или дерьмовизм, — современное литературное течение.)

Правда оказалась выгодной. Западный зритель, на которого ориентирован театр Додина, воспринимает эти человеческие качества как свойственные именно русским, что повышает рыночную стоимость театра и режиссера, поэтому театру Додина присвоено звание "театр Европы".

В самые последние годы режиссер испытывал некоторые затруднения в связи с тем, что Европа требует от русского режиссера русских классиков, а здесь специфический талант Додина неприложим: мы прикованы к русской классике чувствам очарования, а не любопытством к чужому позору.