Чтение онлайн

Ларуш переходит к анализу того, в чем заключается принципиальная ошибочность идей "нулевого роста" экономики. Дело в том, что системы и Смита, и Маркса, и Неймана, и Дж. М. Кейнса, и Дж. С. Милля — вся британская политэкономия — описывают исключительно энтропийные процессы. "Когда же физическим процессом, таким, как экономический, управляют идеи, математическое представление которых является энтропийным, тогда результатом будет развал любого процесса, который регулируется таким способом".

"Для Смита, Рикардо, Маркса, Милля и фон Неймана прибыль есть нечто, взятое одной личностью из кармана другой в форме, например, торговой прибыли, ростовщичества или некоторого отъявленного спекулятивного обмана типа сегодняшних "бросовых" облигаций", — пишет Ларуш. "На языке фон Неймана для них, как и для сегодняшних мальтузианцев, экономика — это лишь гигантское круглогодичное казино или игра с n-игроками и нулевой суммой". Попутно им французские физиократы доказывали, например, что весь чистый рост богатства общества на душу населения представляет собой "дар природы", а не результат производительного труда человека. "Любимая физиократами Земля-Гея производила все увеличения богатства, а трудящиеся были просто "щиплящим травку скотом” на полях Геи, пережевывающим ее щедрый дар".

Ключом к пониманию экономических догм Смита, Мальтуса, Маркса, Рикардо и прочих Ларуш называет общественную доктрину Джона Локка. Согласно ей, общество людей — это не более чем скопление отдельных единиц, которые движутся хаотично под воздействием лишь трех основополагающих импульсов: "оставаться в живых (жизнь), стремиться к чувственному удовольствию (свобода) и удовлетворять жадность (собственность)". Индивидуум рождается как "чистый лист" без каких-либо врожденных идей и подвластен всем ветрам этого мира. Современный человек — это своего рода животное, с животными инстинктами и животной же жизнедеятельностью, который мало чем отличается от бабуинов, живших 10 миллионов лет назад.

Однако, замечает Ларуш, в подобных рассуждениях что-то не вяжется. "Мы поднялись над теми существами, которые были от природы наделены культурным потенциалом на уровне бабуинов, над тем периодом, когда население Земли составляло не более 10 млн. человек с непродолжительным сроком жизни. Мы вышли на современный глобальный потенциал, когда при достигнутом уровне технологий на Земле могут проживать около 25 млрд. человек и даже больше. Мы сделали первые шаги на пути создания возможностей не только для исследования, но и для освоения космического пространства". На протяжении всей своей истории, и чем ближе к нам, тем больше, человечество непрерывно совершало гигантские революционные открытия, а вовсе не "щипало травку" или "перекладывало прибыль из одного кармана в другой". Антиэнтропийный прогресс человечества сравним, по убеждению Ларуша, разве что с "развитием нашей биосферы или порождением вселенной упорядоченной совокупности элементов и изотопов, представленных в Периодической таблице". Следовательно, простые энтропийные политэкономические системы не в состоянии так просто брать и описывать всю историю человечества и тем более диктовать ему, как жить дальше.

Отвечая на вопрос, чья же политэкономия могла бы более правильно описать прогресс человечества, Ларуш называет имя Лейбница — противника Локка, Смита и Маркса. Именно Лейбницу принадлежит заслуга в разработке идеи тепловых машин и понятия технологии, которые увеличивают общую физическую, а не "ростовщическую", производительность общества на душу населения. Из философии Лейбница вытекает, что от животного мира человека отличает рост плотности населения благодаря росту производительности труда, который “ставит его над другими живыми существами во временной вечности и характеризует отдельного индивидуума как неполный образ Творца”. И сам труд, физическое воспроизводство богатств этого прекрасного мира есть не что иное, как подвизание в делах Бога, сотрудничество с Богом, уподобление Богу в Его вечном антиэнтропийном "подкручивании мировых часов", чтобы те не остановились. Как же чужды были эти идеи разуму теоретика "животного человечества" Джона Локка или Адаму Смиту, состоявшему на службе у британской Ост-Индской компании, занимавшейся опиумной контрабандой и торговлей рабами, или французским физиократам — феодальным землевладельцам и ростовщикам!

Лейбницевские идеи, нашедшие отклик у Римана и Вернадского, у Листа и Менделеева, у Витте и Гамильтона, у де Голля и Аденауэра, оказались чуждыми современным "мозгоправам" из мировой политико-экономической элиты. "В результате любая национальная и даже мировая экономика, — утверждает Ларуш, — если управление ею основано на современных "неоконсервативных" идеях "демократии и свободной торговли" или на так называемых "обусловленностях" Международного валютного фонда, обречена на скатывание к хозяйственной и политической разрухе, к хаосу и гибели".

Выявить и решить эту глобальную проблему и призвана, по мысли Ларуша, его физическая экономика как наука, способная описать и предсказать фактическое неэнтропийное развитие человечества.

Дальнейшие свои построения Ларуш возводит на фундаменте двух взаимосвязанных категорий. Во-первых, это "потенциальная плотность населения", которая является истинным показателем развития производительных сил общества и вмещает в себя физические процессы производства, потребления и воспроизводства человечества, а также необходимые услуги вроде образования, здравоохранения и искусства, в стоимостных показателях в расчете на душу населения, на домохозяйство и на квадратный километр.

Рост потенциальной плотности населения обеспечивает возникновение "революционно-аксиоматических открытий", второй важнейшей категории в системе Ларуша. Эти открытия являются продуктом творческого ума человека и непрерывно влекут человечество по пути прогресса, служа в свою очередь источниками роста физической производительности труда. "Не пустое математическое пространство-время, а именно мы благодаря творческой силе ума создаем неэнтропийные формы экономического роста", — пишет Ларуш.

Прозреть и отказаться от гибельных догм и отчетов "энтропийных учений", преодолеть власть мировых олигархов, тормозящих технологический прогресс и превращающих большинство народа в оглупленное стадо, впрячься в благородный производственный труд и дать простор революционной силе нашего ума, чтобы преодолеть угасание в тепловой смерти, — такова, по мысли Линдона Ларуша, стоит сегодня задача перед человечеством. И лишь выполнив ее, каждый из нас до конца постигнет, что он есть образ и подобие Бога.

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 26 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

27

Напишите нам 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]