Чтение онлайн

Поснимав общие планы, отправляемся обратно к институту. Конференция подошла к концу, и мы решили взять интервью у нескольких учёных. Довольно активно отреагировал вице-президент Россельхозакадемии академик Иван Савченко:

— Наша конференция состоялась в честь 125-летия учёного Н.И.Вавилова. На основании своих исследований он разработал теорию о создании сортов: его учения о гомологических рядах, о происхождении растений — как таблица Менделеева для агрономов. Вавилов первым, ещё в 20-х годах, создал генный банк России. И сейчас Россия является уникальнейшим генным банком, где хранятся гены (образцы растений), которых больше нигде нет. В результате собранных по всему миру образцов и создаются новые сорта. Сама конференция была посвящена именно селекции картофеля, выведению новых сортов. Вот многие говорят, что не нужны никакие стандарты — "рынок сам всё расставит на свои места". А мы послушали доклад гостя из Шотландии: очень чётко было сказано, что необходима строгая сертификация и посадочного, и товарного материала. Но у нас в стране это отвергается, в результате чего завозится материал с различными заболеваниями. Россия — уникальнейшая страна — у нас присутствуют почти все климатические пояса, в каждом из которых возделываются свои культуры.

Но возьмём, например, капусту. Она может возделываться от юга до севера, и тем не менее, порядка 600 тысяч тонн капусты мы закупаем ежегодно! Как это можно объяснить? Рыночные отношения, которые нам диктуют, вошли в противоречия и с интересами государства, и с интересами людей.

— А каких результатов уже достиг институт в своих исследованиях?

— Примерно 25 сортов, которые занесены в госреестр, созданы в этом институте. Но самое главное: здесь создаётся семенной материал — оригинальные семена выведенных сортов. В России более 1000 агроэкологических местообитаний, для каждого из которых нужен свой сорт. А то многие говорят: "Зачем нужны такие исследования? 2-3 сортов с лихвой хватит". Возвращаясь к докладу из Шотландии: даже на их небольшой территории выращивается около 300 сортов. Столько же примерно и у нас. Но сравните Россию и Шотландию — нам этого недостаточно. У нас территория зачастую нестабильная — где-то сегодня засушит, где-то завтра зальёт. Поэтому необходимы самые разные сорта под наши климатические условия.

Глядя на поток выходящих из конференц-зала людей, обращаешь внимание на такой факт: среди участников конференции практически нет молодых людей. Средний возраст научных работников и гостей — в районе 45-50 лет. Почему же так происходит? Почему молодёжь не интересуется наукой в одной из самых развитых (по крайней мере, так было раньше) в научном плане стран? На этот вопрос решился ответить заместитель директора по инновационной деятельности, доктор технических наук, профессор, заслуженный изобретатель России Виктор Старовойтов:

— Перспективы аграрной науки связаны с перспективой отечественной науки в целом. Это — один конгломерат, который трудно разделить. К сожалению, на сегодняшний день в связи с определённой государственной политикой у нас поменялись приоритеты. Раньше наука считалась престижным занятием, и не так сильно люди обращали внимания на зарплату: она была достойной, был престиж изобретать, продвигать что-то новое. А сегодня из-за того, что главным общественным критерием становятся деньги, возникло много проблем как в науке в целом, так и в аграрной отрасли. Низкие зарплаты, отсутствие моральной мотивации, общественного престижа… В результате в науку приходят люди с крайне низкой подготовкой, т.к. упало качество образования от школы до университета. Это огромная проблема, которая встала перед нами. Средний возраст научных кадров очень высокий. Знания просто необходимо передать молодёжи, а почти некому. Я считаю, что государству жизненно необходимо развивать престиж науки, если не в финансовом, то хотя бы в идеологическом отношении.

Стоящий неподалёку академик Савченко добавляет:

— На науку вообще выделяется много денег. Но эти средства идут не на те исследования, которые актуальны сегодня, а которые реализуются завтра-послезавтра: Сколково, Роснано и так далее. Миллиарды рублей на это идут. А на науку, которая сейчас кормит, обеспечивает людей продовольствием, выделяются копейки. Например, в этом институте бюджетных средств всего 30% — еле хватает на заработную плату. Остальное зарабатывайте сами, где хотите: хоть договора заключайте, хоть траншеи копайте. Даже эту ухоженную территорию вокруг здания сотрудники убирают сами — проводятся субботники, за которые никто не платит. Наверное, только в России учёные могут так работать.

— Альтруисты... — с горькой улыбкой комментирует мой коллега.

— У "альтруистов" тоже есть семьи, им нужно на что-то жить, питаться, кормить детей. Очень сложно — зарплаты небольшие. Например, доплата за степень доктора всего 7 тысяч, а для получения этой степени требуется как минимум 10-15 лет. Институт, аспирантура или работа соискателем — это очень долгий процесс. Сельское хозяйство — это же не теоретическая работа, а практические полевые исследования — как минимум 3 полевых сезона, но обычно гораздо больше. А институт очень авторитетный — сюда приезжают специалисты из зарубежных стран, вот недавно из Шотландии приезжали. Ведь если бы тут было нечему поучиться — никто бы сюда не приехал. Два года назад мы проводили международный конгресс по картофелю, а такие мероприятия абы где не проводятся. Наши аспиранты получают стипендию 1500 рублей — как на такое жить?

Позднее участники конференции отправились в поле. Для съёмки завершающего плана вслед за ними пошли и мы. Возле картофельной рассады замечаю очень пожилую, с трудом ходящую женщину, что-то записывающую в блокнот возле каждого ряда саженцев.

— Ещё два года назад пытался взять у неё интервью. Но она уже с трудом говорит — с самим Лорхом ещё работала, — сообщает коллега.

Наконец появляется директор ВНИИ Евгений Симаков в окружении слушателей и научных работников. В отличие от опрошенных мною учёных, он старается говорить бодро и без особого пессимизма:

— Сегодня у меня исследователей моложе 30 лет всего 26%. Но я не скажу, что это фатальная трагедия. Те молодые, которые у нас есть сейчас, — это по-настоящему идейные люди, а не карьеристы, гоняющиеся за зарплатой. Поэтому, я думаю, что всё со временем образуется, переживём...

Поснимав и пообщавшись с директором ещё какое-то время, мы вернулись к машине и поехали назад. Лично у меня от ВНИИКХ им. А.Г.Лорха остались самые положительные впечатления. При всеобщей коммерциализации и зачастую наплевательском отношении властей к важнейшим сферам жизни удивительно, откуда находятся такие самоотверженные люди, как Алла, готовые честно и эффективно работать в таких "немодных", "некрутых" и "непрестижных отраслях"? Российская наука практически полностью живёт и функционирует на советских знаниях, кадрах и разработках — это ясно всем. А что будет тогда, когда этот ресурс иссякнет? Для возрождения сильной национальной научной базы необходимы колоссальные изменения в политике государства. Но кто это будет делать?

Рекомендуем к прочтению:

Жили-были

Битва за историю

Об оттенках клеветы

Лукавство

Жили-были

Реклама

Комментарии

Toja_Ebanutiy , [деактивирован] time datetime="2012-08-01 09:13:39.595199" 01.08.2012 09:13 time

комментарий скрыт

Nina Ni-s , time datetime="2012-08-01 09:36:57.793318" 01.08.2012 09:36 time

Путину и Ко бизнес и спорт как-то ближе науки.

Василий Федотов , time datetime="2012-08-01 13:42:09.873338" 01.08.2012 13:42 time

Кормят страну сельхозработники, они же труженики полей. Наука для аграриев тоже необходима на самом серьезном уровне и притом достаточно хорошо финансируемая. Ведь хорошее питание - это самое главное для человека, основа жизни. Деревни сейчас заброшены и их обязательно нужно возрождать. А иначе наступит капут!