Чтение онлайн

Но, вниманию читателей! На пресс-конференции 2 сентября с. г., как это прошло по телевидению, И. Спасский снова буквально в трех словах, как говорится, по касательной, затронул проблему причин катастрофы и проговорился, что причиной детонации (взрыва) боезапаса в первом отсеке атомохода, возможно, стало некое блокирование торпедного аппарата. Но такое "блокирование" возможно только при наружном воздействии с подводным объектом (или препятствием). Эта проговорка И. Спасского дает, как говорится, информацию к размышлению и позволяет снова возвратиться к версии столкновения иностранной АПР с нашим атомоходом. Тем более, что совсем недавно в подтверждение этой версии столкновения, что повлекло детонацию боезапаса в носовом отсеке корабля и его гибель, появился еще один свежий, ранее, насколько мне известно, не публиковавшийся материал, оригинально и доказательно обосновывающий в дополнение к публикациям Р. Голосова и В. Алексина всю картину возможного столкновения и его последствий. Кстати, почему-то этот материал пока замалчивается нашими СМИ. Но обо всем по порядку.

Как раз к началу операции под подъему "Курска" из печати вышла книжка известного среди нашего поколения военных моряков журналиста (почти "писателя-мариниста") капитана 1 ранга в отставке Николая Черкашина — любителя описывать всякие "жареные" события и происшествия на флоте — "Унесенные бездной" (изд. "Коллекции "Совершенно секретно", г. Москва, 20001 г., тираж 20000 экз.).

Я не собираюсь рецензировать это очередное "произведение" Н. Черкашина, он просто обобщил некоторые информационные материалы той сумятицы, которая царила в СМИ после катастрофы "Курска", с повторением, в том числе, и в собственной иногда спорной интерпретации, известных версий, слухов, домыслов о катастрофе и сопутствующих ей обстоятельства и деталей.

Надо отдать должное Черкашину — в книге уделено большое внимание экипажу "Курска": жизнеописание командира АПРК капитана 1 ранга Г. Лячина, капитан-лейтенанта Д. Колесникова, ряда офицеров, мичманов, подробности службы и быта подводников нашего ныне разгромленного без войн и поражений флота. В этом отношении книга, конечно, понравится и даже можно назвать ее подарком для родных и близких погибших моряков-подводников. Понравится книга, наверное, и читателям, несведущим или малосведущим в "морских делах" и жизни флота. Но для военных моряков нашего (и Черкашина) и более молодого поколений, заставших еще наш океанский ракетно-ядерный Военно-Морской Флот в его полном "здравии" и могуществе, прошедших по 20-25 лет корабельной службы, многократные многомесячные боевые службы в различных районах Мирового океана (например, командующий СФ адмирал В. Попов — 25 боевых служб на подводных лодках!) — эта книга в основной ее части интереса и ценности не представляет. Рядовая беллетристика на потребу дня всего лишь.

Удивляет и фотография Черкашина на этой же обложке: на погонах — три звезды капитана 1 ранга, а на рукаве тужурки четыре нашивки капитана 2 ранга (!). Как это понимать? Ну все это, так сказать к слову, вернемся к нашим баранам.

Так вот, основную, на мой взгляд, весьма посредственную в освещении катастрофы "Курска" часть книги полностью перекрывает и делает всю книгу, я бы сказал, весьма ценной, всего лишь одно из трех приложений. Два других приложения вообще непонятно зачем включены в книгу, особенно стихи таких "мореманов", как Вознесенский и Евтушенко, которые тоже подсуетились по поводу гибели "Курска" (или Черкашин решил "прогнуться" перед такими "мэтрами" поэзии?). Это ценное приложение № 2 — на 32 страницах, где представлен всесторонний анализ возможных обстоятельств столкновения американской АПЛ с атомоходом "Курск, обосновываются причины детонации боезапаса первого отсека и развития катастрофы.

Анализ сделан одним из компетентнейших в ВМФ подводников, бывшим уполномоченным постоянной комиссии Государственной приемки кораблей ВМФ капитаном 1 ранга Михаилом Волженским (Черкашин почему-то обозвал его "испытателем подводных лодок"?), участвовавшим в 1990-1996 годах в работе Госкомиссий при испытаниях и приемке всех кораблей типа "Курск" (пр. 949), построенных за эти годы.

Считая все три версии катастрофы равновероятными, Волженский, как видно из его анализа, все же отдает предпочтение версии столкновения американской АПЛ с "Курском". Вот как, по анализу Волженского, произошла и развивалась катастрофа, ниже цитирую фрагменты авторского текста, дабы не исказить путь анализа и не быть обвиненным в плагиате.

"…Иностранная АПЛ осуществляла слежение за АПЛ ("Курском". — В. З.) и вела гидроакустическую разведку… Возможно, "Курск" обнаружил слежение… и решил донести командующему учениями. Для этого командир "Курска" объявил учебную тревогу и начал поэтапное всплытие на перископную глубину. Сначала АПЛ заняла безопасную от столкновения с надводными кораблями глубину (30 м), послушала… горизонт и кормовые курсовые углы, потом, возможно, всплыла под перископ, подняла выдвижные устройства и начала описывать циркуляцию для осмотра горизонта визуально, готовясь передать донесение.

Командир иностранной АПЛ, когда "Курск" начал всплытие на безопасную глубину, потерял с ним контакт и решил его восстановить… "подскоком в упрежденную точку"… Но американец неправильно оценил последующее возможное маневрирование "Курска" или "пожадничал" попросту…". В результате, как считает Волженский, произошло столкновение, при этом "…горизонтальный стабилизатор… горизонтального и вертикального рулей… ударил по плоскости торпедных аппаратов "Курска"… От удара стабилизаторов столкнувшейся АПЛ ("гигантский молоток" массой 6900 тонн)… щит …передняя крышка и носовая часть торпедного аппарата вместе с торпедой, которая в ней находится, получают значительные деформации — сминаются и расплющиваются… В торпедном аппарате от полученной деформации происходит первый взрыв (эквивалентный 100 кг тротила) — взрыв двигателя торпеды. От взрыва разрушается задняя крышка торпедного аппарата, и в торпедный отсек бьет столб огня… начинается объемный пожар…"

Далее Волженский в следующей последовательности реконструирует развитие катастрофы:

"— …личный состав первого отсека мгновенно погиб в результате взрыва;

— в отсек бьет раскаленная газовая струя из аварийного торпедного аппарата. По отсеку с высокой кинетической энергией разлетаются обломки оборудования (возможно, через 135 секунд после первого взрыва удар… одного из таких обломков по разогретому пожаром боевому зарядному отделению боевой торпеды, хранящейся на стеллаже, и вызвал взрыв торпеды… с детонацией всех стеллажных боевых торпед);

— в первом отсеке нарастают температура и давление (разрастается объемный пожар), в результате чего забортная вода не поступает в отсек и АПЛ сохраняет плавучесть…".

Как полагает Волженский: "…В течение этих роковых 135 секунд экипаж АПЛ оценивал обстановку, готовился к всплытию и, возможно, всплыл в надводное положение, начиная борьбу с пожаром в аварийном отсеке... На АПЛ объявлена аварийная тревога (возможно, по аварийному телефону, так как водолазами установлено, что трубки аварийных телефонов вынуты из гнезд и висят на проводах). Но времени не хватает. Через 135 секунд происходит второй взрыв — стеллажных торпед, по мощности эквивалентный 5-7 тоннам тротила. Первые три-четыре отсека разрушаются полностью… носовая часть корпуса раскалывается, как орех, мгновенно погибают командование и часть экипажа АПЛ, находившиеся во 2-5-м отсеках (приблизительно 94 чел.). Разрушенная, потерявшая плавучесть АПЛ падает со 110 метров на дно Баренцева моря. Возможно, при третьем ударе (на этот раз о дно) уцелевшее крупногабаритное оборудование и механизмы АПЛ… смещаются со штатных мест… загромождают проходы, превращают уцелевшие отсеки в хаотичное нагромождение оборудования и искореженного металла. Легкий корпус АПЛ деформируется от удара, при этом выходит из строя система шлюзования аварийно-спасательного люка 9-го отсека..."

И вот какой вывод сделан Волженским о последствиях катастрофы: "второй взрыв и последующее падение на грунт уничтожили на АПЛ практически все первопричины", вызвавшие первый взрыв, как и последствия первого взрыва".

Американская АПЛ, как полагает Волженский, тоже должна была получить повреждения и на какое-то время, возможно, потеряла или снизила ход.

Волженский, отдавая должное мужеству и самоотверженности уцелевшей части экипажа "Курска", пишет: "Поражает мужество этих людей и справедливая уверенность Д. Р. Колесникова, что рано или поздно его записку найдут… Как ни ужасна гибель этих людей, ее нельзя не признать славной… На этих примерах надо воспитывать!"

Таким образом, по сути, анализ Волженского развития катастрофы "Курска" о столкновении американской АПЛ совпадает с версиями В. Алексина и Р. Голосова. Разница только в деталях. И эта версия подтверждается еще одним доказательством, приведенным в книге Черкашина (стр. 122): "Как сообщили хорошо осведомленные источники, во втором отсеке затонувшего АПРК найдена задняя крышка торпедного аппарата, выбитая при взрыве торпеды с такой силой, что она приварилась к прочной межотсечной переборке". Не знаю, откуда у Черкашина такие сведения, но если они соответствуют действительности, то такой факт является серьезным "вещдоком" столкновения американской АПЛ с "Курском" (в этом случае надо быть благодарным Черкашину за обнародование такой информации). Как известно всем подводникам, при "нештатной" ситуации в торпедном аппарате, например, запуске или взрыве двигателя торпеды (стартового двигателя ракетоторпеды) вышибается (открывается) в первую очередь передняя крышка торпедного аппарата, что предусмотрено конструкцией аппарата и соответствующих корабельных устройств. И аварийная торпеда (ракета) уходит за борт.