Чтение онлайн

А после — такие уж все мы —

Не руша традиции лет,

Тут спорят на давнюю тему:

Кто лучший в России поэт?

Увы, не решив непременно

Сегодня же этот вопрос,

Порой расстаются надменно,

Порою повздорят всерьез.

Такое и прежде бывало —

Достаточно Блока прочесть...

Но в нашем поселке, пожалуй,

Навряд ли пропишется спесь:

Поэмы твори и сонеты,

Но здорово, брат, не гордись.

Во Внукове двадцать поэтов —

Но есть и один пародист!..

С ТОБОЙ

Какие силы разлом творили,

Какой крушитель дробил эпоху!

Но нас с тобою — не разделили.

И слава Богу.

Какие люди во тьме споткнулись,

Какие взрывы снесли дорогу!

Но наши руки — не разомкнулись.

И слава Богу.

Какие бесы во мгле носились,

За отреченье суля подмогу!

Но мы с тобою — не искусились.

И слава Богу.

Какие волки в овец оделись,

Неся с экранов всего помногу!

Но мы с тобою — не загляделись.

И слава Богу.

Какие орды заголосили

О нашем прошлом, где все так плохо!

Но мы с тобою — навек в России.

И слава Богу.

Какие беды, какие боли,

Какое завтра трубит тревогу!

Но мы с тобою. Но мы с тобою.

И слава Богу.

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 22 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

23

zavtra@zavtra.ru 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

События, произошедшие в Аргентине накануне католического Рождества, вроде бы не имеют прямого отношения к социально-политическим перспективам нашей страны — Латинская Америка достаточно далека от России не только по географи- ческим, но и по культурно-историческим, военно-стратегическим, да и по системно-иерархическим характеристикам государства и общества. Однако для нынешнего “глобального” мире эти различия в значительной мере отходят на второй план, а на первом оказываются самые элементарные, выражаемые через цифры, показатели экономики: структура, объем и темпы роста внутреннего валового продукта (ВВП), капитализация национального рынка, сумма и удельный вес долговых обязательств (как внешних, так и внутренних) величина “золотовалютных” запасов, а также экспортно-импортный баланс. И вот как раз по этим показателям Аргентина оказывается вполне сопоставимой не только со своей соседкой Бразилией, но и с Российской Федерацией. Сближает их и общий правительственный курс последнего десятилетия, выдержанный в духе “либерально-монетаристских” рецептов МВФ. Не случайно “диктатора” аргентинских реформ Доминго Кавальо (Domingo Cavallo) отечественные монетаристы предлагали России в качестве спасителя после дефолта 1998 года. Но тогда “модель Кавальо” Кремлем все-таки принята не была, и “гуру монетаризма” вернулся на историческую родину. Сегодня аргентинцы погнали господина Кавальо поганой метлой. Не исключено, впрочем, что их бунт вскоре будет подавлен “железной пятой” глобалистов, и Кавальо снова вернется к власти — как его единомышленники в российских “верхах”, ведущие нашу страну и наш народ к исчезновению с лица земли. И пока некому отправить этих “агентов влияния” в Аргентину прямым рейсом “Москва — Буэнос-Айрес”. Видимо, “лететь” придется всем и сразу.

Итоги прошедшего, 2001 года для России еще не подведены — во всяком случае, формально. Однако события последних месяцев позволяют сделать вывод о том, что этап консолидации общества и консолидации “элит” вокруг “властной вертикали” Кремля завершен, и наступающий год имеет все шансы стать годом серьезных социально-политических потрясений. Причем потрясения эти, согласно отечественной традиции, скорее всего, будут инициированы “сверху”, и отставка правительства может оказаться далеко не самым громким из них.

Рост противоречий между различными группами российской “верхушки” вызван в первую очередь резким ухудшением мировой экономической конъюнктуры и обострением международной конкуренции, особенно — на сырьевых рынках, являющихся “коньком” отечественного экспорта. Пока в кабинетах и коридорах власти проходит этап “подковерной” борьбы, даже приглушенные звуки которой позволяют судить о накале страстей и серьезности намерений схлестнувшихся сторон, а следовательно — и об их готовности перейти к открытой конфронтации.

До танковых залпов в Москве по образцу “черного октября” на этот раз, возможно, дело и не дойдет, поскольку силовой ресурс федеральной исполнительной власти постоянно снижается, а следовательно, исход борьбы будет решаться в основном на информационно-финансовом поле, а роль регионов окажется куда более значимой, чем в 1993 году. С учетом почти полной зависимости современной России от международного кредита, импорта продовольствия и мировых цен на сырье становится понятнее выбор Кремлем своей позиции после событий 11 сентября, ознаменовавших собой “точку катастрофы” и новый вектор глобальной политики.

МИР И РОССИЯ ПОСЛЕ 11 СЕНТЯБРЯ

Замедление темпов экономического роста в ведущих странах Запада, ставшее одним из следствий сентябрьской атаки на США, привело к устойчивому снижению спроса и, соответственно, к падению мировых цен на энергоносители. Столь масштабное ухудшение конъюнктуры не могло остаться без реакции со стороны ведущих экспортеров нефти из “третьего мира”, объединенных в ОПЕК. Стандартным шагом этой структуры в подобной ситуации всегда было снижение уровня нефтедобычи для корректировки спроса-предложения. Однако 14 ноября ОПЕК решила сократить добычу нефти только с начала 2002 года, да и то лишь при условии адекватных мер со стороны России. Следует заметить, что подобное условие прозвучало впервые, и оно фактически закрепляет статус РФ в ряду “сырьевых” стран “третьего мира”. В этой связи необходимо отметить, что с подобными требованиями ОПЕК до того никогда не обращалась ни к Норвегии, ни к Великобритании, ни, тем более, к СССР, которые также выступали в качестве экспортеров нефти, но обладали развитой диверсифицированной экономикой, по большому счету, не зависящей от “нефтедолларов”.