Чтение онлайн

Если не брать в расчет религиозно-историческую составляющую стремления евреев вернуться на родину их далеких предков, Израиль можно воспринимать как огромную военную базу в сердце арабского мира, этакий "геополитический гомункул", выращенный усилиями мировых держав во имя реализации их разновекторных, но весьма конкретных целей. Пятьдесят пять лет существования Израиля не принесли покоя вечному страннику. Мечта о возвращении в землю обетованную так и осталась мечтой. Вместо утерянного идеала "вернувшиеся" евреи получили грубую декорацию, фальшивку, замешанный на крови и насилии спектакль. Объявив ХХ век веком сионизма, идеологи возвращения решили не брать в расчет два тысячелетия, и, как следствие, вместо мистического еврейского царства получили уродливый полицейский муляж. Так называемое мировое еврейство, центры которого расположены далеко от пыльных дорог на Хацерим, то самое еврейство, которое сто лет упорно двигало проект еврейского государства в Палестине, похоже, разуверилось в его необходимости. Ведь несмотря на гигантские ресурсы вбиваемые ежегодно в экономику Израиля извне, перспективы у живущих на берегу Средиземного моря евреев отнюдь не радужные. Всемогущие заокеанские спонсоры могут посчитать, что роль контрагента США на Ближнем Востоке уже не принадлежит Израилю, а существование еврейского этнокультурного заповедника в Иерусалиме слишком дорого обходится в финансовом и морально-психологическом плане. Нетрудно заметить изменения позиции США по отношении к Израилю после исчезновения их глобального конкурента — Советского Союза: поддержка еврейского государства уже не является столь тотальной и демонстративной. Ведь еврейская цитадель на арабском Ближнем Востоке, как баркас в бушующем море,— каждый день приносит новые испытания.

Тема безопасности — любимая тема израильских политиков. Во имя безопасности вырезаются лагеря и деревни палестинцев. Ради безопасности Моссад организовывает убийства и теракты за пределами Израиля. Теперь для обеспечения безопасности израильские власти надумали отгородиться от арабской части колючей проволокой, что наивно и бессмысленно. Это, действительно, напоминает жест отчаяния, ведь государство Израиль постепенно превращается в конгломерат еврейских гетто на арабских землях…

Евреи строят "периметр". Тот самый, о котором писал американский фантаст Гарри Гаррисон в своем знаменитом романе "Неукротимая планета". Неукротимая планета — это Палестина. Чем больше Израиль будет заботиться о своей безопасности, чем больше крошить из танков палестинские кварталы, чем ужаснее будут удары мести, тем меньше будет этой самой безопасности, тем яростнее будет огрызаться, хоть и безоружный, но уверенный в своей правоте палестинский народ, тем больше будет терактов, крови, слез и жертв. Организуя вокруг себя полосу выжженной земли, воспитывая поколения на жгучей ненависти и высокомерном презрении к соседям, Израиль обрекает себя на войну и уничтожение.

Андрей ФЕФЕЛОВ

Александр Проханов

18 марта 2002 3 0

12(435)

Date: 19-03-2002

МЫ – ГВАРДИЯ ЯСИРА АРАФАТА

Арафат столь велик, что его не с кем сравнить в окружении нынешних восковых фигурок, нарядных клерков, неудачных разведчиков, несостоявшихся раввинов, паркетных шаркунов, "президентов по вызову" и вялых придурков, поставленных во главе покоренных государств генералами Пентагона.

Арафат — последний вождь грозного ХХ века, где сталкивались великие стихии, управляемые великими политиками.

Он — мистическое порождение своего народа в самый кровавый и святой период его истории. Сын Палестины и ее Отец. Терпеливый, преданный Слуга и неукротимый, бесстрашный Вождь. Трудолюбивый, смиренный работник и светоносный Пророк. Его питает самая религиозная и святая идея,— свобода и независимость Родины. В этом служении он равен Ганди, Мартину Лютеру Кингу, Мао Цзедуну и Сталину.

Он обращается с автоматом "калашникова" столь же свободно и точно, как с тонкими навыками классической дипломатии. Мы видим его на полях сражений, где он закрывает глаза убитым братьям, и в золоченых гостиных мировых столиц, где он искусно ведет диалог с врагами. Он терпеливо и неустанно бороздит континенты, как пчела, добывая горький мед независимости. Столь же терпеливо и бесстрашно руководит из плена восстанием, под дулами неприятельских танков, видя из окна, как рвутся снаряды в домах его соплеменников.

Кто еще столь бесстрашен, что не уходит из рабочего кабинета, когда сквозь него пролетают пули?

Кто еще способен выдержать такие оскорбления, угрозы и поношения, и не спрятаться, не уйти в отставку, не погрузиться в сумеречное прозябание? Кто способен на молниеносный маневр, застающий врасплох неприятеля? Кто обладает даром убеждать, так что пасуют самые опытные проповедники?

Он — Герой в военном понимании этого слова. Герой, как самая популярная и известная личность нашего времени. Герой в античном смысле, поверивший в свое божественное предназначение, готовый умереть, но не отступить в героическом подвиге.

Сколько их было: пересы, натаньяху, шароны, рабины? А Арафат — единственный и неизменный. Те — как перчатки, которые меняет история, совершив какое-нибудь сомнительное нечистое дельце. Арафат — это обнаженная длань истории. Рука палестинского народа. Перст Божий.

Еще дымят танки на улицах Вифлиема, еще принимаются половинчатые резолюции ООН, еще не дают друг другу спать без умолку говорящие по телефону Путин и Буш, а Арафат уже победил.

С Победой Тебя, Арафат. Ты вдохновляешь палестинский народ и народ России. Мы, в "Завтра", вместе с Тобой ведем интифаду. Кидаем камень в танк с шестиконечной звездой. Несем на плечах тело погибшего палестинского мученика. Набрасываем на голову черно-белую, пятнистую, как мех леопарда, накидку федаина. Мы — Твоя гвардия, Арафат.

Александр Проханов

Владислав Смоленцев

18 марта 2002 5 0

12(435)

Date: 19-03-2002

БРОСОК В БЕССМЕРТИЕ

В истории Сталинградской битвы есть один эпизод, который потрясает каждого, кто впервые о нем узнает. Известно, с какой настойчивостью и упорством нацисты пытались деблокировать армию Паулюса, как пробивались к ней на помощь.

Возглавлял этот прорыв "военный гений" третьего рейха Эрих фон Манштейн. Его танковые клинья вгрызались в оборону русских и метр за метром продавливали ее. Не считаясь с потерями, пробивали "коридор".

И в этих непрерывных боях был такой момент, когда до ближайших позиций Паулюса оставалось всего пять километров голой степи. Очевидцы рассказывают, что последним заслоном на пути гитлеровцев встал инженерно-саперный полк. Каждый из его бойцов взял в руки по противотанковой мине и залег в снег. И поле, простиравшееся перед немцами, превратилось в живое минное поле.

Танки шли, им навстречу ползли люди и подрывали их вместе с собой. И немцы остановились.

Говорят, тогда Манштейн сказал, что его люди могут воевать с любой армией мира, но они не готовы к массовому самоубийству…

Именно эти слова Манштейна мне приходят на ум, когда я наблюдаю за событиями в Палестине.

Каждый день танковые группировки израильтян врываются в палестинские поселки и города, каждый день отточенная еврейская военная машина крушит дома, больницы, школы. И каждый день очередные шахиды — смертники уносят с собой на тот свет десятки израильтян.

В этой войне Израиль не может победить. В такой войне победить невозможно. Можно убить тысячи палестинцев, стереть с лица земли их города, но какой в этом смысл, если на следующий день после самой устрашающей карательной акции, с неотвратимостью Немизиды очередной палестинец взорвет себя в дорогом израильском универмаге или ресторане, разметав в клочья десяток сытых израильских обывателей.

Такой народ победить невозможно.

Мученичество, смерть за Родину, самопожертвование — вершина любой войны. И те, кто готов во имя своих убеждений умереть, всегда одержат победу над самой совершенной военной машиной.