Чтение онлайн

19 января, суббота, 12-й день отпуска. Утром уехал на дачу. Несмотря на свою "Ниву", к участку не пробился, машину оставил возле дома сторожа и по снежной целине тащил сумки с едой. Долли лениво скакала по снежной целине. Одно утешно: удивительная тишина, отсутствие телевизора и белый, незамутненный, провинциальный снег. Отчетливо чувствуется, что промышленность не работает. Кстати, здесь неподалеку под Малоярославцем находятся какие-то предприятия, в которых что-то и, видимо, немалое, принадлежит сыну Черномырдина. С чувством глубокого удовлетворения услышал недавно в одной из передач по телевидению упоминание его и дочери другого магната Рема Вяхирева в связи с очередными нефтяными скандалами. Радостно, что этих присвояльщиков наконец-то выводят на чистую воду. По крайней мере они живут в атмосфере тревоги. Удобную нашли форму — через детей, через наследников. Они будут лежать в сандаловых гробах, в мраморных саркофагах, а наследники — вершить нищую жизнь народа. Они стали богатыми и еще желают носить, как знамя, хорошую репутацию. Нынешнему поколению богатых людей общество вправе отказать в звании порядочных. Богатство можно было составить только путем махинаций и присвоения общенародной собственности. В лучшем случае лишь ко временам внуков что-либо забудется в наше памятливое время. Когда я читал о временах, последовавших после Французской революции у Бальзака, я удивлялся этому бесстыдству присвоения и полагал, что ни в какое другое время подобное повториться не может. Неужели общество ничему не может научиться?

На даче принялся читать вторую часть десятого номера "Нового мира". Все же лучший и самый современный раздел здесь не художественный, а который непосредственно ведет сам главный редактор А.В. Василевский, — критика и библиография. Вместе с А.В. солирует здесь и мой знакомец Серг. Костырко. Редакция мастерски показывает не только общие абрисы нашей книжной и литературной жизни, но и выдает очень точные "кусочки". Дело уже каждого над этими кусочками поразмышлять или пройти, а незримый комментарий витает над всем этим разделом. Выписываю две цитаты.

Из только что опубликованных дневников Аркадия Первенцева. Говорят, покойный мой какой-то родственник. Стр. 234. "Я думаю, что именно в это время в народе появилось исчезнувшее после революции чувство антисемитизма: большинство этих директоров и начальников в предвоенное время были евреями". Тогда-то, видимо, что-то на свой кавказский ус намотал и Сталин.

Вторая цитата связана с нашим преподавателем и студенческим любимцем Сергеем Федякиным. Он пишет книгу о Рахманинове и, видимо, начал печатать из нее отрывки. Я не могу понять, печатая цитату "Н.М." ухмыляется над автором или я что-то недопонимаю?

"Симфонические танцы" (1940) Сергея Рахманинова как провидение (ударение на первое "И" -С.Е.) будущего. Одно из самых страшных (музыкальных) произведений ХХ века подводит к черной вопрошающей немоте. Но в этом обрыве — смутная и неясная надежда, как во всяком многоточии". Стр.238, " Н.М", 10.

20 января, воскресенье, 13-й день отпуска. Вернулся домой в пять. Достал из почтового ящика газету. На первой странице одной из самых больших и ответственных газет в России, как экстренная политическая новость, аншлаг:

"Мерседес" Жванецкого найден".

Группа граждан Ингушетии, задержанных несколько дней назад по подозрению в нападении на известного писателя-сатирика Михаила Жванецкого, начала давать показания. Как сообщили "Труду" представители прокуратуры, задержанные сознались в совершении преступления.

Отыскался и "мерседес", отнятый у Жванецкого. Он обнаружен в Ингушетии.

В мое отсутствие у В.С. была ее подруга Алла, именно поэтому и таким образом в доме появилась "Советская Россия". Читать газеты надо изредка, в этом случае ты находишь даже в одном номере массу информации. Одна из полос газеты занята большой таблицей с данными по голосованию пяти крупнейших парламентских дел. Каждый может посмотреть, как голосует его депутат. Я не думаю, что все депутаты в восторге от такой перспективы. Из пяти голосований я выбрал "Проект Постановления Государственной думы "О парламентском запросе федерального собрания Российской Федерации Генеральному прокурору Российской Федерации В.В. Устинову "О проверке фактов, изложенных в публикациях газет "Трибуна", "Российские вести", "Жизнь", "Россия", "Версия", "Московская правда". Это "о незаконной предпринимательской деятельности руководителя Администрации президента РФ А.С. Волошина." Вот результаты голосования по этому вопросу: за — 171, против — 1, неучастие в голосовании — 1 и "не голосовал" — 277. Ай да депутаты — с живой и действующей властью ссориться не хотят, поэтому нашли такую изысканную форму "не голосовал"! И вроде бы и вашим, и вроде бы из зала вышел, и вроде бы за истину и честь. Интересно, что и по этому, и по другим видам голосований, приведенным в газете, Гайдар полностью солидаризировался с Селезневым: отсутствовали. Даже Щекочихин проголосовал за расследование. И вообще, судя по голосованиям Юры Щекочихина, он ближе не к либералам, а к коммунистам.

Для "Труда".

"В последнем выпуске "Культурной революции", которую ведет на телевидении наш министр культуры М.Е. Швыдкой, прозвучало сенсационное выступление знаменитого либерал-демократа В.В. Жириновского. Передача решила исследовать, есть ли юмор, ирония и сатира в России и в нашей жизни, а вот Жириновский рассмотрел все это с другой позиции. Лучше отсутствие юмора и сатиры, но наличие квалифицированной медицинской помощи. И с этим можно согласиться. Я бы сказал, что главный либерал-демократ "наехал" на сатириков, обвинив их в забвении некоторых государственных идей. А тут еще оппонент Владимира Вольфовича по передаче, известный романист и журналист Дмитрий Быков, только что выпустивший народный роман о тайном резерве КГБ, подлил масла в огонь, сообщив, что демократия это не то время, когда расцветают искусства. И с этим тоже можно согласиться. Наш Жириновский, конечно, страдает преувеличениями, но рядом с ним все другие сатирики, режиссеры, актеры и писатели, присутствовавшие на передаче, выглядели как бледные тени. А вот министр был оптимистичен".

Полностью публикуется в “ДЛ” № 3 и № 4

Владимир Бондаренко

18 марта 2002 6 0

12(435)

Date: 19-03-2002

Author: Владимир Бондаренко

ТРИ ЛИКА РУССКОГО ПАТРИОТИЗМА

Я уверен, что с августа 1991 года по октябрь 1993 года в России были все предпосылки объединить патриотическое движение в реальную единую влиятельную политическую силу. Увы, этого не произошло, и сегодня нам трудно говорить о реальном подъеме русского патриотизма. Как не раз замечал, нынче истинный патриот России может числиться в самых разных, противоположных по идеологии партиях, а чаще вообще быть далеким от политики человеком. Нынче вместо соборности мы сплошь и рядом присутствуем на торжестве индивидуального патриотизма или патриотизма воюющих друг с другом многочисленных, но при этом мизерных по численности группировок. Кажется, что главная задача наших патриотов — уничтожить друг друга, такого раздрая я не помню в патриотическом движении за всю жизнь…

С другой стороны, именно сегодня патриотизм становится прибежищем негодяев, ибо вся орда разрушителей России, от Коха до Гайдара, уже громогласно объявляет себя патриотами. В официальной путинской идеологии господствует патриотизм без патриотов: если ты — чиновник, то ты и патриот, будь ты хоть Швыдкой с его порнографически-телевизионным прошлым, хоть Черномырдин, прикарманивший целую газовую отрасль. На патриотические программы воспитания выделили деньги, и естественно, определять патриотизм будут лишь востребованные люди. Вот пример, поразивший меня. Известный публицист Карем Раш предлагает свои книги для включения в программу патриотического воспитания молодежи. Определять качество этого патриотизма будет комиссия, где один из экспертов — Лев Аннинский. Я высоко ценю талант и того и другого. Но, чтобы Лев Аннинский определял процент патриотизма у Карема Раша, такого я и в дурном сне не мыслил увидеть. А он небось еще из лучших и достойнейших в подобной комиссии. Во главе небось как главные патриоты поставлены приставкины и чупринины. Дали же недавно русофобствующей критикессе Наталье Ивановой литературную премию… за патриотизм в ее творчестве. Чур меня, чур. Наверное, я тогда — самый главный антипатриот.

А если всерьез — что происходит в нашем литературном патриотическом процессе, в русском национальном крыле?

Я вижу три лика русского литературного патриотизма.

Красный, завершенный, завораживающий своей самоотверженностью и величием замысла лик.

Белый, монархический, национально-православный, по сути, тоже завершенный, романтически-ностальгический лик.

И третий лик, не столь совершенный, иногда медузообразный, растекающийся во все стороны, поражающий своей эклектичностью, но живой и продолжающийся.

Год назад от нас ушла Татьяна Глушкова. Думаю, даже ее недоброжелатели почувствовали: в литературе русской будет чего-то не хватать. Татьяна Глушкова стала определенным символом красного лика. Таким же символом, как трагически погибший Борис Примеров с его чудной молитвой "Боже, Советскую власть нам верни…", как поздний Николай Тряпкин, воспевший красную державу, как единственно возможную для русского народа, как и ныне живущие Юрий Бондарев и Михаил Алексеев. Или даже неистовый Владимир Бушин… Эту законченность надо воспринимать сегодня прежде всего эстетически, и даже яростные крики Бушина — это отчаянные крики из уходящего великого времени. Плач при отпевании. Есть своя великая красота в гармонии завершенности сталинского ли большого стиля или же столь же законченного и завершенного, пронизанного великими идеями красного авангарда двадцатых годов. Для меня есть два абсолютных гения красного авангарда — это Павел Филонов в живописи и Велимир Хлебников в поэзии. Как бы ни присваивали их нынче себе буржуазные дельцы от искусства, имеющий уши да слышит, имеющий глаза да видит: оба этих русских гения национальны по духу и неисправимо красны по идеологии своей. Предтечи национал-большевизма.

Такая же великая завершенность видна и в белом лике русского патриотизма. От идеологии до эстетики, от правил игры до своих святынь, своих героев, своих мучеников. Они помнят свой "Лебединый стан", помнят расстрелянного Николая Гумилева. Но из гранита завершенности не переступить. Медный всадник или каменный гость только в поэмах гения способны на движение. Идеологически завершенные монументы не способны на диалог. И потому неизбежна непримиримость Игоря Шафаревича и Ильи Глазунова, Леонида Бородина и Александра Солженицына, непримиримость — к красному лику, ко всем его носителям. Так же неприемлемы были для Татьяны Глушковой и Петра Проскурина, Анатолия Иванова и Феликса Чуева любые оттенки белой идеи… Звучат два мощных русских национальных реквиема об ушедшей державе, и никто не хочет замечать их созвучий. А ведь они есть, и в героике, и в романтизации своих идей, и даже в одинаковых нормах нравственности. Одни потеряли Бога, но хранили его в душе, в подсознании, строя гигантскую советскую державу. Другие потеряли Державу, отдалились от нее, но в душе оставались такими же отчаянными государственниками. Кто и зачем свел на весь ХХ век их в непримиримом противостоянии? Какой бесовский замысел? Часто в поездках по центрам русской эмиграции, в Мюнхене и Франкфурте-на-Майне, в Джорданвилле и Монтерее, в Париже и Брюсселе встречаясь с ветеранами власовского движения, с поседевшими энтээсовцами, бойцами антибольшевизма, такими, как Олег Красовский, Глеб Рар, Григорий Климов, Николай Рутченко, Аркадий Столыпин, Абдурахман Авторханов, Николай Моршен, Петр Будзилович, я поражался сходству их консервативного сознания, их традиционализма в эстетике, в морали, в быту с подобным консервативным сознанием наших красных отцов. Да и третья, либерально-космополитическая эмиграция к ним отнеслась так же враждебно, как к каким-нибудь нашим Семену Бабаевскому и Ивану Шевцову. Впрочем, и они наших расхристанных шестидесятников критиковали в своих изданиях не хуже "Нашего современника". И как восторженно все они, эти русские власовцы, энтээсовцы и потомки белогвардейцев, принимали писателей русского национального направления в их поездке в начале девяностых годов по Америке! Казалось бы, вот оно, произошло, национальная Россия встретилась. Красные и белые державники соединились… Станислав Куняев и Виктор Лихоносов, Леонид Бородин и Павел Горелов, Светлана Селиванова и Эрнст Сафонов, Олег Михайлов — все, пожалуй, за исключением Куняева, вполне умеренные просвещенные патриоты, кто красного, кто белого толка. Иные даже с либеральной прокладочкой, но прозванные в американской либеральной прессе грозно: "десант советских нацистов в Вашингтоне". Как радостно принимали их постаревшие белогвардейцы… Прошло года два — и русская национальная эмиграция отвернулась от нашего патриотического движения. Да и сама эта дружная команда писателей разошлась по разным патриотическим непримиримым группировкам.