Чтение онлайн

Так или иначе, вся антитеррористическая деятельность теперь лежит на плечах местных силовых структур. А структуры эти зачастую комплектуются готовыми отрядами бывших боевиков. Террорист, спускаясь с гор, одеваясь в форму российской милиции, делает вид, что борется с терроризмом. Россияне каждый день боятся включать вечерние выпуски новостей, зная, что не сегодня-завтра — очередной теракт, и похороны, похороны…

В Кремле продолжают делать вид, что никакой войны нет. Против нас не громадная армия террористов, а малая кучка отморозков. Почему тогда громадная армия российских и легальных чеченских силовых структур не могут эту кучку отловить, уже десять лет зная этих отморозков в лицо, зная их повадки, места обитания, бизнесинтересы, размещение семей?

Это бессилие или нежелание? Прямое поражение перед террористами или ловкий маневр, в котором власть решила в очередной раз временно просто пренебречь интересами и жизнями россиян?

Министр обороны уверен, что госпиталь в Моздоке был взорван из-за того, что не было бетонных заграждений на подступах. Бетонные блоки, ворота и ежи с колючей проволокой там на самом деле были. Иванов уверяет, что если бы был еще один блок, то КамАЗ не доехал бы до здания. В министерстве, действительно, могут так думать, потому что через ворота их коттеджей и вилл еще ни разу не влетал груженный гексогеном автомобиль, — личного опыта нет. Поэтому министерская кара легла на плечи офицеров, которые уже который год подряд сидят на Северном Кавказе с нищей, слабовооруженной и плохо подготовленной армией. В эти "долбаные мирные времена" не смыкают глаз по ночам, ожидая атак, обстрелов или захватов наших солдат в плен. Виноватыми в проваленной работе спецлужб, милиции, прокуратуры, политической администрации Кремля признаны несколько полковников. Возможно, если комиссия будет копать поглубже, найдут виноватых солдат, в том числе и из числа раненых. Такой метод поиска уже опробован в Минобороны в прошлом году. Тогда за то, что с земли, почти с территории штаба группировки в Ханкале, боевики сбили набитый битком людьми Ми-26, крайним назначили командующего армейской авиации. Кто был виноват, что по территории штаба свободно разгуливали боевики со стингерами, — неизвестно.

Такое отношение к простым военным, на плечах которых выиграли кампанию 1999-2000 годов и внесли на престол нынешнюю власть, не вызывает уже никакого удивления и вообще эмоций после оглашенного за неделю до Моздокской трагедии приговора Северокавказского военного суда в Ростове-на-Дону по делу Буданова. Командир лучшего танкового полка, взявший своими танками Грозный в зиму 2000-го, получил в награду от Кремля десять лет строгого режима. С него так же сорвали погоны и Звезду Героя. Такое торжество справедливости не может не привести в беспокойство многих других российских офицеров. То, что современная российская власть с ненавистью и презрением относится к Российской армии, было видно еще на протяжении всех девяностых годов. Сначала офицеров гнали из Германии и Венгрии в чистое поле, где они много зим подряд мерзли вместе с семьями и гнившим оружием. Потом, кое-как вооружив, гнали на убой в первую чеченскую войну. Потом, предав их победу, выгнали опять в северокавказские степи, бросив в Чечне в 1996 году сотни пленных, десятки братских могил с неопознанными трупами. Сейчас, после новой победы, войска опять выгоняют с гор. Судьба российскому офицеру предлагает богатый выбор: гибель в засаде, гибель во время теракта, плен в чеченской рабской яме или в российской волчьей клетке. Разгром Моздокского госпиталя вполне укладывается в военную логику чеченцев. Так они добивали тех, кого не добили у себя в горах. Действия российской власти вполне укладываются в логику Горбачева-Ельцина. Это не Моздокская трагедия. Это всероссийская трагедия, которая все продолжается с конца восьмидесятых годов. Трагедия того, что у России нет своей власти.

Николай Коньков

5 августа 2003 0

32(507)

Date: 06-08-2003

Author: Николай КОНЬКОВ

ЧТО-ТО ВАРИТСЯ...

Август снова начался трагедией. Предсказуемой, что особенно гнусно. Слишком уж долго всё парилось на тихом огне. Надо же и помешивать, чтобы не пригорало. Большие деньги — это всегда большая политика. А очень часто — и большая кровь.

Когда "дело ЮКОСа" к 40-летию М.Ходорковского только начиналось, версий происходящего было множество. Сегодня, по большому счету, осталась только одна: таким способом "втемную" заинтересованные иностранные операторы, прежде всего американские, использовали структуры кремлевской власти для "предпродажной подготовки" олигархической собственности на Запад и для прекращения оттока капиталов российского происхождения со счетов американских банков.

Информация о предстоящей покупке четверти ЮКОСа американской Chevron Texaco Corp. — это, видимо, тот самый результат, ради достижения которого и заваривалась вся каша. Ну, вся не вся, однако же немалая ее часть. Одновременно процесс передела собственности, начатый через Генпрокуратуру с "дела ЮКОСа", стал расширяться на множество эпизодов, которые, словно детали мозаики или игрушку-паззл, достаточно непросто сложить в цельную картину. Взять, например, выплату Р.Абрамовичем 1 млрд. долл. в качестве дивидендов за 2002 год акционерам "Сибнефти", т.е., по большому счету, самому себе. Насколько это решение было согласовано с тем же ЮКОСом, которому "Сибнефть", в принципе, уже продана за 3 млрд., неясно. Однако то, что свою роль, наряду с "наездом" Генпрокуратуры и ФСБ, в ходе переговоров с Chevron оно сыграло — несомненно.

Газпром тоже "засветился" по части слияний, только на европейском направлении, намереваясь "доверительно" поучаствовать в процессе объединения своего давнего партнера и кредитора Ruhrgas с энергетической корпорацией EON. Немцы, как известно, большие формалисты, и в целях демонополизации внутреннего рынка обязали Ruhrgas продать часть своих газораспределительных сетей на территории Германии. "Яволь!"— ответили ребята из Ruhrgas и кликнули на помощь жучку. Схема простая до безобразия — газовые сети бывшей ГДР действительно будут проданы Газпрому, но не за деньги, а за пакет акций самого Газпрома, после чего в собственности Ruhrgas окажется уже десятая часть российской газовой монополии. Понятно, кто чего у кого покупает? Такой вот контракт "газ—трубы", часть вторая.

Скандально известный экс-олигарх Александр Смоленский ("Столичный"—"СБС-Агро"—ОВК), в Александер-хаузе которого привольно разместилась "команда Грефа", продал остатки своей "финансовой империи" "Интерросу" Владимира Потанина и тем самым обозначил прекращение активной деятельности на территории России. Потанин же с покупкой американской Stillwater "подписался" обеспечивать палладием американскую автомобильную индустрию и, соответственно, вошел в круг, обозначенный лозунгом: "Что хорошо для General Motors — хорошо для Соединенных Штатов".

Морис Гринберг, председатель правления финансовой корпорации "Америкэн интернэшнл групп" и, по совместительству, спецпосланник "клана Бушей", посетил с блиц-визитом Москву — видимо, специально для встречи с президентом Путиным. Такого характера визиты делаются обычно не для того, чтобы заявить о создании пары инвестиционных фондов на миллиард долларов. Речь идет совершенно о другом — о массовой скупке за доллары реальных производственных активов России. Видимо, расчлениние и деградация советского экономического комплекса дошли уже до такой черты, что его прибыльные в условиях "глобального рынка" куски оказались, наконец, "по зубам" заокеанским акулам капитализма.

Самое показательное здесь заключается в том, что Гринберг рассыпался в похвалах Кремлю по поводу "инвестиционного климата": "Мы понимаем правила игры — это очень важно, потому что для капиталовложений в российскую экономику американским предпринимателям нужна ясность". После официального признания граждан РФ "людьми второго сорта" в связи с новыми правилами въезда в США из России, подобная "ясность" и "понятность правил игры", видимо, заключается в признании нынешней "вертикалью власти" своего статуса колониальных управляющих. Окончательно предварительные договоренности с Гринбергом Путин, скорее всего, подтвердит в ходе своего сентябрьского визита в Вашингтон.

Наконец, "столичное ответвление" начавшегося процесса передела собственности. Начавшись с "дела оборотней", оно получило свое продолжение "делом прокуроров". Чистка московской прокуратуры и аппеляция первого зампрокурора Ю.Синельщикова к общественному мнению "города и мира" означали только то, что ключи к богатейшему субъекту Федерации в Кремле решили подбирать всё по той же схеме "масок-шоу". А для этого нужны блюстители закона, не грешащие лояльностью к большим кепкам. Сразу же по "верхам" пронесся шелест, что "лучшему ельцинскому мэру" уже сделано предложение на выбор, от которого трудно отказаться: или, мол, Лефортово, или особая экономическая зона в Калининградской области...

Тут и рвануло в Моздоке. Похоже, прав был Козьма Прутков, когда говорил: "Щелкни кобылу в нос — она махнет хвостом". Как только для "московской группы" возникает угроза каких-то серьезных неприятностей — совершенно случайно и вне всякой связи со столичными событиями сразу что-то происходит на Северном Кавказе или по поводу Северного Кавказа. Так было после "черного вторника" 10 ноября 1994 года, так было после операции "мордой в снег", когда у офиса "Мост-банка" Гусинского столкнулись спецназовцы из коржаковского ФСО со спецназовцами из севастьяновского Управления ФСБ по г.Москве, так было осенью 2002 года, когда подул "Норд-Ост". Повторю: это не прямая закономерность, а цепочка совпадений, причем прерывистая. Но она существует, и это факт, которому при желании можно найти некоторые варианты объяснений.