Чтение онлайн

Из российской экономики, бюджетной сферы должна уйти неэффективная занятость, а взамен создано не менее 25 млн. современных, высокооплачиваемых рабочих мест,.. то есть должно быть модернизировано каждое третье рабочее место...

Мы не отойдём от достигнутого высокого уровня социальных гарантий и не допустим, например, увеличения 40-часовой рабочей недели, не будем экономить на безопасности производств и экологических стандартах".

Конечно, Путин всегда умеет сказать то, что от него хотят услышать. Но тогда спрашивается, во-первых, почему он представил эту свою — вне всякого сомнения, внутриполитическую — программу вниманию вовсе не российской, а зарубежной аудитории, и, во-вторых, почему содержание этой программы оказалось практически полностью не освещенным отечественными средствами массовой информации? Похоже, ответы на оба эти вопроса тесно связаны между собой.

...И «ДМИТРИЙ НЕВСКИЙ»

Всё это было сказано Путиным 15 июня. А уже через два дня, выступая на Международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге, президент РФ озвучил, по сути, альтернативную путинской политическую программу, основным смыслом которой стала максимальная либерализация экономики и децентрализация российского государства.

Весьма любопытно было сравнить выступления президента Медведева и председателя КНР Ху Цзиньтао. Вроде бы оба лидера представляют крупнейшие в мире развивающиеся экономики, оба входят в БРИКС и ШОС, оба претендуют на лидерские роли в посткризисном мире, но их подходы к путям и формам развития своих стран в ближайшем будущем выглядят прямо противоположными и взаимоисключающими.

Медведев сделал акцент на дальнейшее развитие в рамках процесса мировой глобализации однополярного мира на принципах "Вашингтонского консенсуса" с упором на углубление либерализации российской экономики. Он хвалится, что сегодня российская экономика — одна из самых либеральных в современном мире, заявляет, что в России будет покончено с государственным капитализмом, что у нее будет максимально открытая для иностранного частного капитала экономика, что она не будет развиваться по пятилетним планам и будет делать всё возможное для привлечения в российскую экономику транснационального капитала.

"Рынки, как и парашюты, работают только тогда, когда они открыты", — заявил президент Медведев, демонстрируя полное непонимание рыночной экономики. На открытых рынках преимущество всегда имеют транснациональные корпорации, которые легко "задушат" любой национальный бизнес и не дадут ему развиться. Именно поэтому китайская экономика последние 30 лет — очень закрытая экономика, которая, благодаря жесткому протекционизму, смогла достигнуть своего нынешнего высокого уровня. Страны Латинской Америки и Юго-восточной Азии пережили мощнейшие кризисы из-за своего следования принципам "Вашингтонского консенсуса". Недаром нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц именно следование принципам "Вашингтонского консенсуса" объявил главной причиной кризисов конца 1990-х гг.

Следование в фарватере "Вашингтонского консенсуса уже привело Россию к дефолту в 1998 г. и к самому глубокому падению из 20 наиболее развитых стран мира в 2008 г. "Вашингтонский консенсус", с его упрощенными экономическими представлениями и рецептами, рухнул во время кризиса мировой экономики и остался позади", — заявил в апреле нынешнего года исполнительный директор МВФ Доминик Стросс-Кан, за что и поплатился своей должностью, а возможно, и личной свободой. Основными принципами "Вашингтонского консенсуса" являются:

— либерализация экономики;

— приватизация государственного сектора экономики;

— поддержание минимального дефицита бюджета за счет сокращения социальных программ;

— защита собственности и прав собственников;

— снятие или снижение ограничений для прямых иностранных инвестиций;

— свободная конвертация национальной валюты;

— либерализация внешней торговли;

— либерализация финансовых рынков;

— снижение предельных ставок налогов с богатых.

Именно эти принципы и прозвучали из уст президента Медведева на питерском форуме в качестве руководства к действию для модернизации экономики России на ближайшее будущее. Те самые принципы, которые обусловили деградацию российской экономики за годы "перестройки" и "рыночных реформ".

А вот Ху Цзиньтао сделал акцент на необходимости перехода от глобального однополярного к многополярному миру, основанному на принципах "Пекинского консенсуса". В своем выступлении он акцентировал внимание на развитии китайской экономики под жестким государственным контролем с опорой на государственный сектор экономики и на основании пятилетних планов, позволяющих Китаю вот уже 30 лет развиваться темпами по 10% в год. В 1990 году ВВП России и Китая были практически равны, а в 2011 году ВВП Китая стал уже на порядок больше российского. Вот достойный результат открытости "парашюта" российской экономики и следования принципам "Вашингтонского консенсуса".

Более того, Ху Цзиньтао в своем выступлении сделал особый акцент на отход от глобального однополярного миропорядка и формировании новой, более справедливой и более предсказуемой, мировой финансовой системы, свободной от надувания финансовых пузырей и финансовых кризисов, которые порождает спекулятивный капитал транснациональных банков. Собственно говоря, свое выступление председатель КНР основывал на принципах "Пекинского консенсуса", главным из которых является стремление стран к сохранению национального суверенитета и многополярности существующего миропорядка. Прав Стросс-Кан: "Вашингтонский консенсус" рухнул!" А вслед за ним рухнет во время ближайшего кризиса 2012-15 гг. и российская экономика, которую президент Медведев пытается усадить на дохлую клячу "Вашингтонского консенсуса".

ЛУКАВАЯ ЦИФИРЬ

В отличие от речи Путина, перенасыщенной конкретными цифрами (с которыми, конечно же, тоже можно и нужно спорить), Медведев назвал лишь несколько: доля частного сектора в российской экономике по сравнению с 1991 годом выросла от "близкой к нулю" до 60%, государственный долг в относительном измерении снизился с более чем со 100% ВВП до 10%, а реальное потребление российских семей "более чем удвоилось".

Слышать такое от серьёзного вроде бы политика, президента страны, более чем странно. Ведь за точку отсчёта для оценки эффективности плановой экономики им почему-то оказался взят последний год существования Советского Союза, когда горбачёвские "перестройщики", те же самые либералы, уже вчистую разрушили советскую экономику и набрали кредитов со всего мира, которые бесследно растворились в "организованном хаосе", сопровождавшем убийство СССР.

Некогда "диссиденты" вволю поиздевались над советской статистикой, которая достижения социалистической экономики сравнивала с уровнем царской России 1913 года. Если принимать эту аналогию, то Медведев сравнил успехи "новой России" даже не с 1913, а с 1917 годом, когда страна лежала в руинах...

Кстати, президент ни словом не обмолвился о том, каков сегодня внешний корпоративный долг российского частного сектора, достигшего 60%-ной отметки в экономике страны. А он составляет ни много ни мало 505 млрд. долл. — более 30% ВВП. Это что — достижение?

Кроме того, "рыночная" российская экономика и сегодня по уровню ВВП на душу населения не дотягивает (в сопоставимых ценах) до Советского Союза образца 1988-го, последнего предкризисного года. Спрашивается, как же могло "более чем вдвое" вырасти реальное потребление российских семей? Да очень просто: если сложить доходы абрамовичей и вексельбергов с доходами обычных "дорогих россиян" и поделить на общее число населения, то в долларовом эквиваленте по обменному курсу так оно, наверное, и получится. Но на деле мы имеем гиперпотребление одних (это максимум 5%) и практически полную нищету других (это минимум 80% населения). Даже за официальной чертой бедности в "рыночной" России живет свыше 40% её граждан. Это что — достижение?