Чтение онлайн

В России запрещена торговля пивом ночью

time datetime="datetime" pubdate="2013-01-01 13:14:34" 01.01.2013 /time

и в киосках

В Америке умер генерал Шварцкопф

time datetime="datetime" pubdate="2012-12-28 10:07:23" 28.12.2012 /time

Причины смерти не сообщаются

В Северной Осетии убит заместитель муфтия

time datetime="datetime" pubdate="2012-12-27 11:10:15" 27.12.2012 /time

Тело Ирбека Дударова обнаружено в автомобиле "Волга"

Реклама

Реклама

Реклама

Адрес редакции:

119146, Москва, Фрунзенская наб., 18–60

Электронная почта: zavtra@zavtra.ru

Телефон: (916) 502-49-86

Служба рекламы: (903) 131-53-97

Технический блог

Электронная почта технического отдела web@zavtra.ru .

(function(w, c) { (w[c] = w[c] []).push(function { try { w.yaCounter11286280 = new Ya.Metrika({id:11286280, enableAll: true, webvisor: true}); } catch(e) { } }); })(window, "yandex_metrika_callbacks");

"ЗАВТРА". Ансамбль существует уже четверть века. Как вы оказались в "Казачьем Круге", чем ансамбль стал за эти годы?

Владимир ИВАНОВ. "Казачий Кругъ" состоялся в 1987 году. До этого был такой период, когда люди просто собирались в разных местах и пели песни. Огромная заслуга в организации ансамбля Владимира Николаевича Скунцева, который тогда провидел образ "Казачьего круга" и решил создать его именно как мужской ансамбль казачьей песни. И все эти годы ансамбль существует фактически без изменений. Молодежь приходит, но практически все, кто начинал ансамбль или пришел в первые годы существования — и сейчас поют.

Идея была создать ансамбль, который будет петь казачьи песни так, как они поются в станицах, как пелись столетиями. Что нам удалось, и что не удалось — показало время. Нас достаточно хорошо знают и в России, и за рубежом. Ансамбль состоялся.

Николай ТРИФИЛОВ. Я увидел "Казачий Кругъ" в 1989 году на сцене ДК Ильича и был поражен таким мужским началом. Доселе на сцене видел каких-то непонятных аморфных мужчин, а тут был явлен сильный мужской дух. Я удивился: "Откуда такие мощные ребята?". Оказалось, дело не в ребятах, а в песне, которая несёт мужское начало сотни лет. Я, ещё будучи студентом театрального института, прочёл повесть об азовском осадном сидении донских казаков, которая меня потрясла. Я подумал: "Вот с такими ребятами и можно сделать эту замечательную повесть". Принес повесть в ансамбль, все очень воодушевились. Правда, диск выпустили только через десять лет, непростое это дело.

"ЗАВТРА". Мне кажется, вы со временем находитесь в таких сложных взаимоотношениях, потому что "Казачий Кругъ" — ансамбль пространства. Времени для вас не существует. Хотите — обращаетесь к очень древним вещам, хотите — используете произведения XX века.

В.И. Это правда, потому что ансамбль выражает идею честного пения и настоящих песен. За двадцать пять лет жизнь, конечно, в нашей стране изменилась очень сильно. Но те ориентиры, которые были приняты ансамблем на момент создания, оказались настолько устойчивы и верны, что не изменились за эти годы. Страна поменялась, а мы остались прежними. Поэтому творческое время внутри ансамбля бежит не с той скоростью, как меняется историческое время в нашей стране. Да, потребовалось десять лет для того, чтобы создать "Азовское сидение". Ведь создать его можно было только тогда, когда ты прочувствуешь, что пелось, как эти люди жили, чего они хотели и против чего они боролись. Утвердить то главное, о чём сказано в "Азовском сидении", в литературном памятнике XVII века.

"ЗАВТРА". Что всё-таки такое "Казачий Кругъ"? Есть ощущение, что вы нечто большее, чем просто творческий коллектив. 

В.И. Я считаю, что главным в "Казачьем Круге" для его участников является желание и возможность петь вместе. Внутреннее желание петь в каждом заложено, но возможностей петь в городе очень и очень немного. Тем более, петь коллективно. Казачья песня воздействует на какие-то бессознательные центры ощущения, понимания. Сам звук, сама техника пения очень многое рождают в человеке. Пробуждают какую-то память. Поэтому неминуемо создается особое взаимопонимание между поющими. Народное пение воспитывает внимание к психологическому состоянию товарища, к его физическому состоянию, что он может спеть, а что не может. Достаточно сказать, что мы ощущаем, кто в какую секунду вздохнет, уже не говоря о том, кому и как надо помочь, кого нужно исправить по высоте звука. Так создается хорошее пение.

"Казачий Кругъ" — больше, чем музыкальный ансамбль, потому что вместе осуществляется погружение в культуру и в то счастливое состояние казака в родной стороне. Все становится понятно, проясняются причины и следствия. То, что хорошо, становится ясно и хорошо. То, что плохо — воспринимается плохо. Самое главное — появляется сила принимать хорошее и спокойно отвергать плохое. Это у поющих казачью песню проявляется и проясняется очень чётко за пять-десять лет пения. Человек становится цельным и его очень тяжело спихнуть на какой-то ложный путь. У него есть правильное понимание жизни, и он спокойно живет.

"ЗАВТРА". То есть, песня вас фактически перестраивает?

В.И. Песня настраивает. Современный человек может много читать, знать, но песня она конкретизирует эти знания. Она их соизмеряет, сопоставляет. Нельзя рассказать на практике, как человеку плыть или как ехать на велосипеде. Если говорить о мужских взаимоотношениях, то пение их воспитывает. Амбиций в пении очень-очень много. На сколько ты можешь притушить свои амбиции и насколько ты можешь вытерпеть амбиции поющего. Ведь мы вместе создаем произведение. Человек многое узнает и о себе, и о людях, с кем поет. Потом двадцать пять лет с некоторыми участниками мы фактически прожили. С кем поём по три-четыре года — относим к молодёжи, хотя это заслуженные люди. Самому старшему нашему участнику, Николаю Никифоровичу, года семьдесят три, а самому молодому — тридцать пять лет.

"ЗАВТРА". Где проходит граница "Казачьего Круга", кто входит в состав, как пополняется ансамбль? 

В.И. Есть объединение "Казачий Кругъ". В него входят люди, которые занимаются боевыми искусствами, и те, кто занимаются коллекционированием и изучением костюма, и художники, и наездники.

Однако, пение — дело тонкое. Для того, чтобы петь хорошо, нужно знать человека. Когда человек приходит в ансамбль, сначала он не поет. Какое-то время сидит, прислушивается. Потом начинает петь на репетициях, к нему привыкают. Проходит время — не месяц и не два, а год, два, три, четыре — он постепенно становится участником ансамбля.

"ЗАВТРА". Как вы выбираете свой репертуар? Что точно не будете петь?

 Н.Т. Материала много, но то, что ложится на сердце, то и делаем. Песня приносится в "Казачий Кругъ", её пытаемся, как говориться, попробовать на язык, на слово, на чувства. Постепенно привыкаем, пытаемся воспроизвести.

В.И. У "Казачьего Круга" достаточно много проектов, которые стоят на очереди. Мы постепенно подбираем песни, разучиваем, примерно раз в два года выходят диски, ставятся спектакли. Поём песни, которые принадлежат казачьей культуре и культуре русского народа в самом широком понимании. Не поем стилизации, не поем авторские песни, но не потому, что жанр плохой. Просто у нас нет времени заниматься такими вещами — там своя есть наука о том, как их петь. Нам очень многое пришлось бы в себе изменить для того, чтобы начать петь эти песни. Все же, когда поется стилизация или авторские песни, все ансамбли стараются каким-то образом понравиться или зрителю, или автору. У "Казачьего Круга" одна цель — это спеть глубоко, правильно, достоверно, чтобы не мы понравились, а чтобы песня дошла до слушателя.

"ЗАВТРА". То есть, вы себя воспринимаете как проводники?

Н.Т. Да, мы проводники. Еще не будем петь песни а-ля рюс, которыми грешат некоторые коллективы и исполнители. Недавно нас попросили выступить на празднике около станции метро "Варшавская". Устроители спрашивают: "У вас есть минусовка?". — "Нет у нас минусовки, у нас акапельное пение". Звукорежиссер говорит: "У всех других ансамблей будет только под минусовку, получится разница звуковая между вашим пением и всеми остальными". Уже идет некоторая подмена. А зачастую просто — всё записано. Я был на одном таком концерте в Кремлевском дворце съездов, который устраивала Надежда Бабкина. Чистая фанера, которую слушать просто невозможно.