Чтение онлайн

Эта проблема в Барселоне, да и в Мадриде, как говорят, решена поистине со слоновьим изяществом — практически в каждом квартале города есть одна-две локутории. Локутория — это нечто вроде переговорного пункта: пара-тройка кабинок со стационарными телефонами разных систем, пара-тройка древних компьютеров с платным доступом в Интернет, и пара-тройка индусов или арабов, следящих за этим хозяйством и торгующих всем, что имеет отношение к мобильной связи: телефонами, сим-картами и так далее.

Но ничего этого мы не знали, когда в одиннадцать часов вечера оказались с двумя уставшими от перелётов малолетними детьми перед закрытой дверью подъезда, без всякой возможности дозвониться до хозяина помещения.

С отчаяния мы сунулись в соседнюю дверь — в маленький ночной бар, в попытке выяснить, по тому ли мы адресу вообще пришли. И там мы узнали, как в Каталонии относятся к русским. Можно сказать, это был один из самых трогательных моментов в нашей поездке. Человек, который увидел нас первый раз в жизни, без малейшего промедления, но и без лишней спешки, довёл нас до ближайшей локутории, отзвонился хозяину апартаментов, дождался нашей встречи с ним и, только убедившись, что всё у нас в порядке, отправился по своим делам. Одна из основных проблем Каталонии заключается также в том, что этого, без сомнения, образованного и интеллигентного человека, поддерживавшего с нами беседу аж на четырёх языках, включая русский (я очень плохо, с пятого на десятое, владею английским, супруга — очень хорошо французским, чуть хуже — немецким и опять же английским), чуть ли не единственного классического, "книжного" европейца, которого мы встретили за всё время, звали Хамид, и он был пакистанцем. Пакистанцем с каталонской идентичностью, — потому что он и суровый бармен обрадовались, как дети, услышав, что в 1937 году мой близкий родственник возил в Барселону самолёты для республики.

И это одна из причин, почему русских в Каталонии привечают и любят. Конечно, можно сказать, что всему виной экономический кризис и исламский фактор — с одной стороны, цены в Испании упали, а с другой — одновременно в любимом русскими туристами Египте стали происходить известные события. Поскольку на Коста Дорадо и Коста Бланка можно ещё купаться без паранджи, то поток русских туристов в Испанию значительно вырос за последний год. Да и мы также оказались в Каталонии во многом потому, что цены на аренду жилья стали гораздо либеральнее.

Да, каталонец и выгода — это синонимы, но в целом каталонцы народ очень общительный и дружелюбный, пусть не очень любящий работать, и есть между нашими народами нескрываемая симпатия.

В Камбрильсе очень много русскоговорящих официантов, и в большинстве кафешек и баров есть русское меню. С одним из таких официантов я разговорился из чисто журналистского любопытства, поскольку его русский язык был безупречен. Парня звали Мигель, и был он студентом-филологом Мадридского университета, приехавшим в Барселону на заработки. По нынешним временам, когда половина испанской молодёжи сидит без работы, 1800 евро, которые он получал в месяц, работая официантом, — это просто колоссальные деньги. Мигель — человек левых убеждений, и он достаточно жёстко посмеялся над моим вопросом про 33 тысячи долларов ВВП на душу населения в Испании. По нашим подсчётам, средний горожанин в Барселоне или Мадриде вряд ли живёт сытнее и богаче среднего москвича или питерца.

Каталонец не был бы каталонцем, если бы не завёл разговор о женщинах и футболе. Конечно, либеральный стереотип "за границей всех русских туристов считают дикарями и варварами" уже дал основательную трещину, но окончательно его добил Мигель, заявивший, что нам, русским, очень везёт, потому что из всех женщин в Европе лучше всех следят за собой русские и француженки, а англичане — дикари и варвары, потому что нажираться пивом и чипсами в стране, где бутылка отличного красного вина стоит дешевле пинты пива, могут только дикари и варвары.

Как ни странно, но через полчаса после этого разговора мы смотрели трансляцию матча Лиги чемпионов между мадридским "Реалом" и "Манчестер Сити" и болели за английский клуб. Потому что в Каталонии болеть за мадридский "Реал" — это дикий моветон, который может закончиться трагически. Противостояние между "Барселоной" и "Реалом" — не спортивное, а, скорее, культурно-политическое.

Но на следующий день в рамках Лиги чемпионов "Барселона" принимала на стадионе Camp Nou лучший русский клуб — московский "Спартак"...

Скажу сразу: когда мы заказывали авиабилеты и бронировали жильё, то турнирная сетка Лиги чемпионов была ещё тайной, покрытой мраком. Но когда мы узнали, что под конец нашего отдыха наш любимый клуб будет играть в Барселоне, на стадионе Camp Nou, против "Барселоны", да ещё в Лиге чемпионов, мы, несмотря на скудость бюджета, решили попасть на этот матч любой ценой.

"Барселона" для Каталонии — это всё. Это страсть, это бизнес, это политика, это красивейший футбол, наконец. Нет никакого сомнения, что "Барселона" является одним из краеугольных камней каталонской экономики, ориентированной на туризм. По дороге на Монсеррат я видел колоссального размера автомобильный завод SEAT; но вот машин этой марки в Барселоне я что-то особо не заметил: одни "Шкоды" да "Рено".

А вот "Барселона" в Каталонии присутствует везде: торговля околофутбольной атрибутикой налажена отменно — и редкий турист не увезёт с собой какой-либо сувенир с символикой "Барсы".

Суперсовременный стадион Camp Nou — это сейчас такой же символ Барселоны, как и Саграда Фамилия Антонио Гауди. Вы спросите меня про Гауди? Конечно, ходили, смотрели, пробираясь через дичайшие толпы туристов — индустрия, понимаете ли, отлаженный процесс. Что касаемо самого собора Саграда Фамилия, то на его примере можно изучать угасание духа Европы. Фасад Рождества, построенный самим Гауди, — это шедевр гения, фасад Страстей, построенный учеником по чертежам Гауди — ни то ни сё, фасад Славы, строительство которого завершается сейчас, на мой взгляд, — постыдный новодел. Впрочем, до окончания строительства этого самого известного европейского долгостроя ещё лет пятнадцать минимум. Посмотрим, что получится.

Но вернёмся к футболу. При попытке купить билеты на матч непосредственно в день его проведения мы столкнулись с единственным актом мягкой русофобии, который удалось заметить в Каталонии за всё время нашего пребывания там, — русским болельщиками выделили всего 5 тысяч билетов в так называемый фан-сектор, а на остальные сектора билеты по русскому паспорту не продавали. Положение спасла военная хитрость — после того, как мне отказались продавать билеты, к кассам пошла супруга и на чистом французском начала интересоваться, нужно ли покупать билеты на маленьких детей? Кассир, стараясь сделать приятное красивой женщине с детьми, мигом оформил два билета (детей следовало посадить на колени), даже не спрашивая паспорта.

Вот таким образом мы оказались на северной трибуне, в плотном окружении фанатов "Барсы". Пикантность ситуации усугублялась тем, что я лично был, как говорится, на "цветах", в спартаковской майке, и болело наше семейство за "Спартак" очень бурно — благо "красно-белая" команда продемонстрировала очень даже неплохую игру. В некоторые моменты я чувствовал себя несколько неуютно — например, когда в течение 20 минут "Спартак" вёл в счёте 2:1. Но если вы хотите знать всё о Каталонии и об отношении каталонцев к русским, то знайте, что по окончании матча мы обменялись рукопожатиями с самым голосистым "заводящим" барселонских фанатов, и он сказал мне на плохом английском следующее: "Мы любим русских, вы помогали нам в войне".

Наверное, я многое упустил — например, не рассказал о море и пальмах, об особенностях местной кухни, но об этом вы можете прочитать на туристических сайтах и форумах. Хотя, конечно, всё присутствует: маре, пальмас, бино, амор...

В целом по результатам первой вылазки в Евросоюз могу сказать следующее: сведения о рае земном и земле обетованной, мягко говоря, не соответствуют действительности. Никакого шока я не испытал, разве что удивление от некоторых, совсем уж архаичных, способов поддержания цивилизации в приемлемом состоянии типа локуторий.