Чтение онлайн

Её взгляд на мгновение задерживается на Даниле. Он стоит расслабленно, слегка улыбаясь, и непринуждённо беседует с королём ликанов, будто это просто старый знакомый.

«Как он это делает?» — думает Настя, едва заметно качая головой.

Секунда размышлений, и в голове уже роятся вопросы. Как человек, который вырос среди простонародья, смог подняться до таких высот? Каким образом он собирает вокруг себя столько сильных союзников, причём таких, которые остаются ему верны? Из чего он вообще сделан?

Настя чувствует, как её охватывает восхищение. И гордость. Ведь этот телепат — её жених!

Сижу в холодной машине, глядя на унылый фасад старого дома. Вокруг ни души, лишь редкие отблески фонарей дрожат на влажном асфальте. Серый, облезлый пятиэтажный «муравейник», таких в Невинске сотни. Но этот — особенный. Его подвал скрывает наркопритон, замаскированный под магазинчик с забитыми окнами и выцветшей вывеской. «Хлеб и молоко» — примитивно, не находите?

Сегодня я решил лично заняться зачисткой. Это будет мой эксперимент — насколько эффективно расчеты Морозова смогут работать в узких, хаотичных условиях городской застройки. Но сначала — обязательная часть: эвакуация жильцов. Не могу позволить себе жертв среди мирных жителей. Такой роскоши, как «побочный урон», мой новорожденный род не приемлет.

Рядом в машине сидят братья Смородины — два телепата, недавно присоединившиеся к моим вассалам. Молчат. Не потому что молчуны. Мы ведь телепаты и общаемся по мыслеречи.

— За дело, господа, — ментально бросаю.

Выходим из машины. Воздух холодный, влажный, в лицо дует неприятный ветер. Осень на Неве то еще удовольствие. Смотрю на дом, прикидывая, сколько времени займет очистка. Несколько десятков квартир, семья на каждой второй площади, а то и не одна. Придется потрудиться.

— Начинаем, — командую. Смородины тут же принимаются за дело.

Мы ходим по коридорам и обрабатываем местных. Смородины осторожно проникают в сознания жильцов, мягко направляя их мысли. Я подключаюсь к процессу, начиная с верхних этажей.

Первые двери открываются уже через минуту. Мужчина в тренировочном костюме, зевая, выходит в подъезд. Следом — женщина с ребенком на руках, сонный малыш тихо хнычет. Оба движутся словно во сне, направляясь к выходу. Отлично.

Я веду группы побольше, по пятнадцать человек за раз. Смородины работают с меньшими — по три-пять человек. Их уровень не позволяет взять на себя большую нагрузку, но они справляются.

Дом пустеет этаж за этажом. Чувствую, как жильцы выходят на улицу, где их встречают мои люди и отвозят подальше от зоны операции. Пока все идет по плану.

Но, как всегда, без сюрпризов не обходится. На четвертом этаже чувствую всплеск — не то гнев, не то страх. Захожу в левое крыло, спускаюсь на четвертый. Скрипучие ступени отзываются эхом. Перед нужной дверью останавливаюсь и стучу.

— Кто там? — грубый мужской голос.

— Сосед снизу, — спокойно отвечаю. — У вас все в порядке?

Дверь открывается резко, чуть не ударяя меня. На пороге стоит мужчина с налитыми кровью глазами. За его спиной женщина в уголке комнаты, прижавшая руки к голове.

— Ты кто такой? Чего тебе надо? — рычит он, перехватывая ремень, которым явно только что орудовал.

Всё-таки не ошибся. Картина знакомая.

— Вам нужно выйти, — говорю, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас же.

Он напрягается.

— Пошел ты, — бросает он, но голос уже дрожит.

Усиливаю давление, вкладывая в слова побольше своего Дара.

— В здании эвакуация, сударь. Утечка газа. А потому выйди… через окно.

Мужчина трясет головой, словно хочет стряхнуть мои слова, но не может. Разворачивается, идет к окну. Открывает его, высовывается. Женщина вскрикивает, но я останавливаю её взглядом.

— Возьмите документы и самое важное, — улыбаюсь ей, и дамочка начинает собирать сумку.

Дебошир шагает за подоконник. Тихий хлопок, и тишина снова окутывает дом. Женщина прижимает руки ко рту, глаза её блестят от слез. А потом резко успокаивается. Моя работа.

— Вы тоже выходите, только по лестнице, — говорю напоследок.

Она молча кивает, обходит меня и исчезает за лестничным пролетом. Я подхожу и закрываю окно. А то сегодня дождь обещают. Мебель может намокнуть.

Снаружи уже кипит работа. Штурмовая группа заняла позиции, «Бураны» в полной готовности. Гляжу на Ледзора, стоящего у одного из них. Он поправляет свою меховую накидку и сжимает огромный топор.

— Пора начинать, — командую.

Гвардейцы бросают в здание дымовые шашки. Густой серый дым заполняет подъезды и комнаты, заставляя наркодилеров выскакивать на улицу, кашляя и ругаясь. Но их там уже ждут.

«Бураны» начинают движение. Гусеницы гулко перекатываются по асфальту. Мощные крио-заряды превращают беглецов в ледяные статуи. Морозов стреляет точно по мишеням. Князь освоился с системой наведения огня.

Ледзор, глядя на это, хохочет.

— Хо-хо! Хрусть да треск! Вот это по-нашему! — восклицает он, размахивая топором. Один удар, и ледяная фигура разлетается на куски.

Я же жду старого знакомого. Обычно он не пропускает подобные тусовки. И точно — тут из темного переулка появляется знакомая фигура. Бершарк. Его одежда еще грязнее, чем в прошлый раз. Лицо в пятнах, волосы спутаны.

— Опять вы, лорд, — приветствую гостя моего графства. — Снова за своим?

Он морщится, нос в порошке.

— Всё вы знаете, — он кивает на притон. — Мне тут кое-что осталось?

— А вдруг потолок обвалится? — лениво подначиваю. Прикалываюсь, конечно. Никаких подрывов мы не делали хотя бы потому что жителям скоро возвращаться в свои квартиры.

— Не стройте из себя заботливого хозяина, лорд Филин, — отмахивается он, направляясь к зданию.

Я смотрю ему вслед, размышляя, не пора ли найти способ избавиться от этого наркомана. Но это уже дело на потом. Сейчас есть дела поважнее. Да и вообще неплохо бы подсадить Багрового Властелина на героин.