Чтение онлайн

Царь задумывается, его взгляд на мгновение затуманивается, словно он прикидывает все возможные выгоды. Затем он качает головой, но на губах появляется лёгкая усмешка.

— Ну что ж, если граф Данила теперь герой Чили, почему бы нам этим не воспользоваться? — заключает он, и в его голосе звучит смесь практичности и скрытого удовольствия от неожиданного поворота.

— Разумеется.

Они переглядываются, и через мгновение тихий смех заполняет комнату.

— Демоны-пингвины, — покачивает головой Царь, словно пытаясь осознать сказанное. — Ну надо же. Данила умеет находить себе оригинальных врагов.

— Кстати, — подхватывает Владислав, — у него ведь скоро особый день.

— Ах да, точно, — вспоминает Борис. — Нужно подготовиться как следует. Это не шутки.

— Не волнуйся, — с хитрым блеском в глазах отвечает Владислав. — Мы застанем его врасплох.

Угадайте, что скажу. Правильно, мое излюбленное — дом, милый дом. Наконец-то я возвращаюсь, захватив с собой всю нашу разношёрстную группу, и впервые за долгое время решаю позволить себе немного отдохнуть.

У леди Чилики мы, надо сказать, неплохо потусили. Рыба оказалась вкусной, даже пингвины оценили. К тому же, сама Чилика в итоге оказалась не такой уж и вредной. За ужином она смущённо извинилась, покраснела и пообещала сообщит своему дяде-королю, что я, как благородный герой, спас их провинцию от вторжения. Хотя, честно говоря, их бзик насчёт Антарктики просто зашкаливает. Но мне-то что, пусть играют в свою южную экспансию.

Кстати, неподалёку мы нашли Ледзора. Причём морхал умудрился зависнуть в соседней аргентинской коммуне. Судя по всему, там он развлекал местных девушек и прекрасно проводил время.

Вернувшись домой, я решаю, что отдых — это святое. Располагаюсь в бассейне, растянувшись на воде и наслаждаясь моментом. Жёны, понимая мое состояние, не отвлекают и дают побыть в одиночестве. Они просто приносят какой-то необычный кофейный напиток, который я пью с большим удовольствием. Но даже в такие минуты у меня всегда полно дел. Если не снаружи, то в голове.

Одно из таких дел — новенький легионер-портальщик. Нужно разобраться, как он вписался в систему и что с ним делать дальше. Я «включаю» легата Воронова, чтобы узнать, как продвигается работа с перспективным новобранцем.

Воронов появляется с выражением вселенской обиды и сразу бросает с сарказмом:

— Шеф, вот я вам что, нянька?

Я напоминаю Воронову, что, как легат, он обязан решать кадровые вопросы. Это его зона ответственности, и от меня он поблажек не дождётся. Воронов тяжело вздыхает, явно не в восторге от обсуждаемой темы, и нехотя сообщает:

— Портальщик оказался не менее капризным, чем этот последний до него… Как его? Ну некромант. С ним возни будет ещё больше.

— Зато перспективы у него хорошие, — парирую я. — К тому же, напоминаю, я давно отошёл от непосредственного управления легатами. Теперь эта работа полностью на твоих плечах.

Воронов закатывает глаза, но молчит. Я решаю добавить немного мотивации:

— Стимулируй бойца работать. Тем более, я вам специально добавил НПСных девушек, чтобы скучно не было. Не скажешь же, что не помогает?

— Девки хороши, конечно, — усмехается он. — Прямо как модели.

Ну так-с, модели и есть. Я же их образы с журналов и брал.

Воронов в итоге вроде выговорился и ему полегчало. Отлично. Пусть учится разбираться. Иногда я думаю, что делегировать задачи Легиона — это лучшее решение, которое я когда-либо принял.

Плавая в бассейне, я размышляю о перспективах нового портальщика. Парень оказался действительно не слабым — почти Грандмастер. Оно и понятно. Вряд ли Лич бы взял к себе слабака.

Однако, как всегда, есть нюансы. Магия портальщиков, при всей её мощи, имеет серьёзные ограничения.

Без вспомогательных средств их возможности довольно скромны: обычное перемещение ограничено радиусом около трёх километров. Для переноса на огромные расстояния — себя или, что важнее, целых отрядов — требуется специальный сигнальный камень. Этот артефакт должен быть связан с переносимым объектом или существом, иначе ничего не выйдет. Но и это ещё не всё: сам портальщик при активации обязан находиться рядом со Стеллой, что делает их применение в реальных боевых условиях куда сложнее, чем хотелось бы.

И всё же, несмотря на эти ограничения, я вижу огромный потенциал. Уже в голове вырисовываются тактические схемы. Представьте: отряд закидывается в тыл врага, выполняет свою миссию, а затем мгновенно возвращается, не оставляя ни следов, ни шанса на контратаку. Это может перевернуть подход к диверсиям и разведке.

Я ухмыляюсь, погружаясь в воду. Простор для стратегического манёвра колоссальный. Да, это направление нужно развивать.

Ух, кайф. Продолжаю наслаждаюсь редкими минутами тишины и спокойствия в бассейне, лениво наблюдая за Ломтиком. Щенок, естественно, держится на воде «по-собачьи», энергично перебирая лапами. При этом он умудряется выглядеть невероятно деловито, будто его неуклюжие круги вокруг меня — это важная часть какой-то тайной миссии. Притворщик, но занятный.

Тишину нарушает странное шипение. Подняв голову, я замечаю Шепучку, которая вылезла через стену. Горгоныш осторожно подкрадывается к подносу с моим кофейным напитком. Её ноздри дрожат, а змеиные волосы слегка покачиваются, как будто они тоже пытаются уловить аромат.

Я усмехаюсь, наблюдая за этой сценой:

— Да уж, ваша Мать выводка тоже кофе обожает.

Шепучка замерла, будто раздумывает, стоит ли рискнуть и попробовать. Губы у неё поджаты, змейки шевелятся в такт её мыслям. Смешная. Хотя я знаю, что следующим её шагом, скорее всего, будет попытка стащить стакан. Ну, попробуй, если посмеешь.

В итоге Шепучка решает проявить себя как воспитанная леди и воздерживается от посягательства на чужую посуду. Я усмехаюсь, уважая её самообладание, и прошу Ломтику перекинуть сюда собачью миску. Я наливаю туда немного из своего стакана, и Шипучка тут же принимается лакать, не забывая выразить благодарность лёгким шипением.

Малыха увлечённо опускает мордочку в миску, вся перепачкавшись. У малышей-Горгон руки ещё не скоро станут полностью антропоморфными, поэтому лакать — их единственный способ питаться. Хотя Рюса Зеленый Коготь иногда кормит свою любимицу из бутылочкой с соской.

Я рад за своих подданных — будь то звери, люди или кто-то ещё, это неважно. Каждый из них находит своё место и смысл. Некоторые, как Рюса, сближаются друг с другом, находя в товарищах тех, кого когда-то безвозвратно потеряли. Это приносит им внутренний покой.

А вот Гереса удивила. Занявшись бордельным бизнесом, она не только стала отличным управленцем, но и многому научилась у своих подчинённых. Теперь в богатырше, за её грозной внешностью, чувствуется удивительная женственность. Это лёгкая перемена делает её ещё более харизматичной. Те же гвардейцы теперь на нее смотрят другими глазами — не только уважают за удаль, но и любуются.