Чтение онлайн

— Игорь Иванович, прости парня, он по голове крепко получил на турнире у Крапивы. Сейчас плохо соображает, да и я тоже. Вот, возьми за беспокойство, а мы пойдём, — Воробей трясущимися руками протянул парню конверт с деньгами, за которые недавно лишался здоровья.

Увидев это, я начал закипать. Какого чёрта? Ушастый получил честную плату за честный бой. Да, он, конечно, проиграл, но стараний его никто не отменял. А это отребье на ровном месте создало конфликт и пытается нас обобрать? О, боги. Дайте мне терпения…

— Вот это правильный подход, — одобрительно хмыкнул Игорь, и выхватив конверт, посветил внутрь. — Неплохо.

Конверт исчез в кармане главаря шайки, и тот с улыбкой сказал:

— Считай, что ты купил своё здоровье. А вот друга твоего мы проучим, чтобы знал, что бывает, когда дерзишь Железнодорожникам. Пацаны, вали ег…

Слова парня застряли у него в глотке. Сделав резкий рывок вперёд, я ударил лбом в переносицу парня, отчего тот рухнул на траву. Пока он падал, я выхватил у него фонарь и трижды ударил им по зубам вожака.

В свете фонаря чётко виднелись разлетающиеся во все стороны кровавые капли. От такого зрелища банда Черепа-младшего замерла в ужасе.

— Т-т-ты чё, падла?! Ты хоть понимаешь, что ты сделал? — заикаясь, выдавил из себя один из шестёрок.

— У вас три секунды, чтобы свалить отсюда, — холодно процедил я.

— Да тебя Череп прикончит! — взвизгнул кто-то из темноты.

— Три, два… — начал я считать.

Поняв, что через секунду и они отхватят по полной, парни рванули к главарю, чтобы утащить его. Но я придавил бездыханную тушку ногой.

— Этот останется здесь, — сообщил я им.

— Череп этого не простит! Тебе конец! Придурок! — снова кто-то вякнул.

— Один, — закончил я счёт и сделал вид, что собираюсь напасть.

Шпана рванула наутёк, сверкая пятками. Я же присел и стал обыскивать карманы Игоря. Конверт Воробья тут же был возвращён его владельцу. Помимо этого нашёлся довольно качественный нож с выдвижным лезвием. Расчёска, пара золотых печаток и кошелёк с тремя сотнями рублей.

Забрал всё без остатка, даже ботинки. А чего добру пропадать? Кожаные с высоким голенищем. Отличная вещь, тем более у него такой же размер ноги. Всяко лучше моих пожёванных временем сапог.

Позади послышался панический шёпот Фёдора:

— Что ты наделал? Нам конец. Теперь нам точно конец… Если не убьют, то покалечат. Твою мать… Самого Игоря Ивановича. На кой-чёрт я с тобой связался? Теперь я точно труп. Поплыву в последний круиз по Амуру с распоротым брюхом…

Переобуваясь, я посветил на Воробья. Его колотила нервная дрожь. Зрачки расширены, смотрит в пустоту и мямлит какой-то бред. Явно в состоянии аффекта. Подойдя поближе, я влепил ему пощёчину. Отчего глаза парня прояснились.

— Ты чего разнервничался? Всё будет хорошо, — ободряющим тоном произнёс я. — И не нужно бояться всяких слабаков. Они только и могут, что лаять. А как только встретят сопротивление, так бегут куда глаза глядят. Давай по порядку. Кто такой Череп?

— Да ты чё?! Это же один из трёх авторитетов Железнодорожников. Его все боятся. Он же на голову отмороженный. Знаешь, почему его Черепом прозвали? — всхлипнув, спросил Воробей, который явно уже попрощался с жизнью.

— Потому что фамилия Черепанов? — предположил я.

— Ага, блин. Почти угадал, — с дрожью в голосе начал Федька. — Полицаи начали прижимать Железнодорожников. Устраивать облавы, десяток человек даже посадили. Тогда брат Игоря поймал главного полицая — он капитаном, кажись, был — и срезал у того лицо. Капитан, ясное дело, не помер, по крайней мере сразу. Но ужаса такого навёл на всю Амурскую управу, что к Железнодорожникам больше никто не суётся.

— Понятно. Обычный городской сумасшедший, который будет наводить на всех ужас, пока не столкнётся с большим психом, — усмехнулся я.

— Ты не понимаешь! Это конец! Из-за тебя теперь и меня прикончат! Зачем ты так подставил меня?! У меня только начала жизнь налаживаться… — не сдержав эмоций, Воробей всхлипнул и зарыдал.

— Ничего с тобой не случится, — произнёс я. — Если у Черепа есть какие-то вопросы, пусть со мной их обсуждает. Ты ведь ничего не сделал.

— Да ему плевать, меня грохнут за компанию-у-у… — завыл Воробей.

— Всё. Успокойся и сопли утри, — жёстко сказал я, встряхнув парня. — Есть где заночевать? — Фёдор отрицательно покачал головой, — Значит, у меня заночуешь.

— Нам конец… — прошептал Федька, повесив голову.

— Не нагнетай, — схватил я его за рукав и потащил вниз по улице.

Остановив такси, я запихнул Воробья в салон, а сам сел на переднее сиденье.

— Смотри, чтоб твой друг салон мне не залил, — буркнул таксист, глядя на окровавленное лицо Воробья.

— Ничего страшного. Отмоешь, — отмахнулся я и сунул таксисту десять рублей.

— Откуда у такой шпаны только деньги берутся? Разбрасываетесь ими, как будто рубли ничего не стоят, — таксист покачал головой и запихнул купюру в карман. — Эх, молодёжь… Ладно, куда вас везти-то?

— Нужна недорогая гостиница в районе союза охотников.

— Гостиница. Ишь чё, — удивился водила и завёл машину. — Ну поехали.

Спустя полчаса мы стояли у двухэтажного здания на улице Глинной. Окна дома смотрели на небольшие озёрца, от которых порядком пованивало. Я посадил Федьку на лавку у гостиницы, заглянул внутрь и увидел нахмуренную старуху, сидящую на ресепшене.

— Побудь тут, а я пойду насчёт жилья договорюсь, — обратился я к Воробью. — Если бабка тебя увидит, то сразу же выпнет нас.

Он безразлично посмотрел на меня и кивнул.

Войдя в здание, я тут же ощутил старческий запах в плохом смысле этого слова. Старуха грызла ногти на левой руке, а в правой держала газету.

— Уважаемая, вы жильё сдаёте? — поинтересовался я и постучал по столику, привлекая её внимание.

— А ты как думаешь? — спросила она и, опустив на нос очки, недобро зыркнула.

— Мне нужен номер, на пять ночей.

— А днём то бишь жить не будешь?

— С чего это?

— Ну ты же сам сказал — на пять ночей. Я ж откуда знаю? Может, ты путан водить к нам надумал, — хмыкнула бабка.