Где распростерся мрак…
Шрифт:
Кстати, на часах половина десятого вечера, а вокруг светло. Что за страна такая? На дворе апрель, дома сумерки спустились бы еще пару часов назад…
Что ж, за Джонсоном придется вновь тащиться пешком. Если по дороге стемнеет, тем лучше: Диего завершит задание. А если нет, то хотя бы выяснит, где тот живет, и заберется внутрь под утро.
Тут он увидел, что коп решительно поднялся со стула, вышел из бара, миновал уличные столики и двинулся по тротуару.
Диего направился за ним.
Наконец стало смеркаться. Пока что сумерки были недостаточно густыми, однако если дорога предстоит неблизкая, появится шанс что-нибудь предпринять. Диего с б о льшим удовольствием пустил бы пару пуль в голову Джонсона на тихой улочке, чем решился бы лезть в чужую квартиру, где его могло поджидать незнамо что.
Магнус шел по направлению к дому Инкилейф. Добравшись до места, он увидел свет в ее окнах. Сержант помедлил в нерешительности. Может, она и слушать-то не станет?
Есть только один верный способ получить ответ.
Он позвонил в дверь, что вела на лестницу, по которой он в свое время поднимался в квартиру Инкилейф.
Она открыла.
— А, это ты…
— Я пришел попросить прощения, — сказал Магнус. — Я вел себя как идиот.
— Вот именно. — Лицо Инкилейф ничего не отражало. Открытой враждебности нет, однако и радости от встречи тоже не наблюдается.
— Можно войти? — спросил он.
— Нет, — отрезала Инкилейф. — Хоть ты и вел себя как олух, дело не в этом. Через пару дней ты уедешь из Исландии, так что нет смысла завязывать отношения.
Магнус заморгал.
— Это-то я понимаю, к тому же сам так и сказал, только в менее тактичной форме. Но…
Инкилейф недоуменно подняла брови.
— «Но»?
Магнусу хотелось объяснить, что она ему по-настоящему нравится, что он хотел бы ближе узнать ее, что это было бы правильно, хотя и довольно бессмысленно… Увы, ее глаза сверкали льдинками. «Нет, — говорили они. — Нет, и точка».
Сержант вздохнул.
— Приятно было познакомиться, Инкилейф, — сказал он. Подался вперед, клюнул губами в щеку и, развернувшись, зашагал в надвигающийся полумрак.
Арни из своей машины, которую в нарушение правил припарковал напротив книжного магазина «Эймундссон» на Естурстрайти, позвонил в управление. Выяснилось, что Магнус уже ушел. Тогда он перезвонил Магнусу на мобильник. Нет ответа; телефон вообще выключен. Арни подумал и решил справиться у сестры.
— Привет, Арни! — сказала Катрин.
— Слушай, ты Магнуса видела?
— Сегодня еще нет, хотя он может быть на месте. Постой-ка, я проверю… — Арни сидел, отбивая пальцами нетерпеливую дробь, пока его сестра ходила смотреть комнату сержанта. — He-а, нет его…
— А где он?
— Откуда я знаю?! — возмутилась Катрин.
— Ну ладно, ладно, не кипятись… Куда он заглядывает по вечерам, ты не в курсе?
— Да нет… Или постой, кажется, он давеча упоминал что-то про «Гранд рок».
— Спасибо.
Арни нажал «отбой» и, не теряя времени, направил машину к бару. На месте он оказался через пару минут.
С Магнусом надо срочно переговорить. Потому что Арни проверил свою догадку. Он и впрямь ошибся. Теперь-то окончательно ясно, кто убил Агнара.
Арни бросил машину у входа в «Гранд рок» и влетел внутрь, где помахал своим удостоверением перед барменом и спросил насчет Магнуса. Действительно, тот сюда заглядывал, но с четверть часа назад ушел.
Арни прыгнул в машину и понесся в сторону Хатльгримскиркья. На перекрестке пришлось тормознуть — и тут он обратил внимание на мужчину, который переходил дорогу. Высокий, худой, в шерстяной ветровке с капюшоном. Смуглая кожа; решительный, целеустремленный шаг. Что-то смутно знакомое… Где он его видел?
А! В зале прилета аэропорта Кеблавик. Точно: тот самый тип, которого встречал наркодилер-литовец.
Латиноамериканец, подняв капюшон, торопливо шел по пустынной улице.
Арни наконец проехал перекресток и увидел Магнуса, который брел вверх по склону, уронив голову и глубоко погрузившись в свои невеселые думы. Впрочем, Арни тоже не был сейчас образцом сметливости и наблюдательности. Он настолько устал от перелетов, что ушло не менее пары секунд, прежде чем он понял, что происходит. Полицейский ударил по тормозам, бросил машину в реверс и покатил с холма. Врезался задом в чужой автомобиль, распахнул дверцу и выскочил наружу.
— Магнус! — завопил он что было мочи.
Сержант замер. Обернулся. То же самое проделал и латиноамериканец.
Смуглолицый незнакомец находился едва ли в двух десятках метров, и Арни отчетливо видел, что он прячет руку в оттопыренном кармане ветровки, где явно помещалось что-то еще.
Арни кинулся в атаку.
Латинос изумленно округлил глаза и выдернул пистолет из кармана. Ствол поднялся.
Арни прыгнул в воздух, и в этот момент раздался выстрел.
Магнус обернулся на скрежет сминаемого металла и увидел бегущего Арни, услышал его крик, затем разглядел и высокого человека в серой ветровке с капюшоном.
Арни навалился на ствол телом и сбил мужчину с ног. Звук выстрела прозвучал глухо. Мужчина перекатился по асфальту и тут же развернулся к Магнусу, вскидывая пистолет из лежачего положения.
Расстояние — футов двадцать, и никаких шансов опередить стрелка. Магнус на ходу отпрыгнул в сторону. Раздался грохот очередного выстрела, звонкий гул рикошета.
Магнус очутился в переулке, на задворках какого-то дома. Не снижая темпа, сержант кинулся вправо и перемахнул полутораметровый забор, едва не угодив под следующую пулю.
Впрочем, он не собирался так просто улепетывать. Негодяя надо каким-то образом достать и обезвредить.
На заднем дворе вспыхнул яркий фонарь, слепя глаза. Магнус огляделся, подыскивая укрытие.
Еще один забор, за ним — очередной зажиточный дом. Сержант бросился к нему, но перелезать на ту сторону не стал, а залег в тени: есть все шансы, что яркий свет ослепил и противника.
А вот и он собственной персоной. Преследователь влез на ограду, спрыгнул и замер, прислушиваясь.